Любовь тебя настигнет (Великий побег) - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 27

– Эти гробовые гвозди убьют тебя. Тебе нужно бросить.

Он и сейчас был беспокойный, но теперь это выглядело иначе. Кривые зубы, как и лишний вес, давно исчезли, однако он до сих пор старался прыгнуть выше головы. Неряшливые грязно-пепельные волосы теперь были модно подстрижены и залиты средствами для укладки. Целый гардероб из дешевых футболок и плохо сидящих шорт сменился белыми слаксами, шикарными рубашками поло и поясом с логотипом «Прада». Все это выглядело слишком претенциозно для спокойной жизни на острове, но хуже всего были тяжелый браслет из золота и кольцо с эмблемой колледжа.

Сигарета тлела уже у самых пальцев и обжигала.

– В чем дело?

– Тоби влип в историю с новыми ребятами, которые живут по соседству.

Бри стукнула большим пальцем по фильтру и ничего не сказала.

Он позвенел монетами в кармане.

– Похоже, никто не сказал новому владельцу, что Майра умерла, поэтому он думает, что она до сих пор присматривает за домом. Но оказывается, все это делает Тоби, с тех пор как Майра заболела. Я не знал об этом до сегодняшнего дня, и мне пришлось положить этому конец.

Сигарета обжигала пальцы. Она бросила ее и затоптала окурок. Двенадцатилетний мальчик, выполняющий работу взрослого. Ей следовало задуматься над его частыми отлучками. Опять она почувствовала себя несостоятельной.

– Я поговорю с ним.

Она повернулась и уже собралась войти в дом.

– Бри, мы были детьми, – обратился он, казалось, к ее спине. – Не говори, что до сих пор на меня злишься.

Она не остановилась.

– Я пытался извиниться, – сказал он. – Ты получила мое письмо?

Она умела подавлять свой гнев. Она десять лет только этим и занималась. Десять лет притворялась, будто не знает, что Скотт – серийный изменник. Десять лет избегала прямой вражды, которая должна была положить конец ее браку. И только взгляните, к чему это привело. Ни к чему.

Она взорвалась:

– Ты до сих пор шпионишь за людьми, Майк? Ты так и остался скользкой крысой, которой был в детстве?

– Ты мне нравилась, – заявил он, будто это могло его оправдать. – Как девочка постарше.

На год старше. Она вонзила ногти в ладони.

– И ты пошел к моей матери и сказал, что видел Дэвида со мной. Отличный способ подцепить девушку.

– Я думал, если вы с ним расстанетесь, у меня появится шанс.

– Да никогда в жизни.

И снова он засунул руки в карманы.

– Мне было семнадцать, Бри. Я не в силах изменить прошлое. Я поступил неправильно и все, что могу сделать сейчас, – это сказать, что сожалею.

Они с Дэвидом не подозревали, что Майк следил за ними той ночью, когда они спрятались в дюнах и занимались любовью. На следующий день Майк отправился к ее матери, и Бри тут же отправили в ссылку к ужасной тете Ребекке в Баттл-Крик. Бри ни разу не приезжала на остров и появилась тут снова лишь три недели назад, когда узнала, что Майра умерла и назначила Бри опекуном своего внука.

Майк вытащил руки из карманов.

– Позволь помочь тебе с Тоби.

– Мне не нужна твоя помощь. Оставь нас в покое.

Он потер золотой браслет большим пальцем.

– Я переживаю за мальчика.

– Уверена, для имиджа тебе будет полезно заботиться о сироте.

Он нисколько не смутился.

– Я знал, что ты не расстелешь передо мной ковровую дорожку, но подумал, быть может, у нас что-то сложится.

– Ты ошибался.

Он окинул взглядом заросший сорняками двор и домик для хранения меда с отслаивающейся белой краской и покосившейся жестяной крышей. Ветер, колыхавший листья, не тронул его стильную прическу.

– За этот дом ты много не получишь, если попытаешься продать. Вида на озеро нет, доступа к пляжу тоже, да и сам дом нуждается в ремонте.

Он не сказал ничего, о чем бы она уже не догадалась. Ей не везло не только с личной жизнью, но и с недвижимостью. Банк лишил их права выкупа дома, который они со Скоттом купили в Блумфилд-Хиллз. Последнее, что она слышала: банк выставил его на продажу за один миллион триста тысяч, но его так никто и не купил.

Майк прошелся по заброшенному огороду Майры, где свежие побеги томатов отчаянно боролись с сорняками.

– Если ты заберешь Тоби с острова, то разрушишь его последний оплот.

– Ты ведь не думаешь, что я здесь останусь? – произнесла она так, будто у нее был десяток других вариантов, хотя на самом деле не было ни одного.

Он с невинным видом вонзал нож все глубже.

– Я слышал, тебе не много удалось получить при разводе.

Она ничего не получила. Да и семья ей не помогала. Братья испытывали финансовые трудности, но даже если бы у них все было хорошо, она не могла просить у них денег. Уж точно не после того, как осталась глуха к их предупреждениям насчет Скотта. А что касается наследства… Оно разлетелось в течение года после смерти матери.

– Так вот, ты получила дом, – сказал он. – Майра строго следила за Тоби, так что у него не много друзей, но его корни здесь, ему и так хватило потрясений. Думаю, Дэвид захотел бы, чтобы ты осталась.

Она не могла слышать, как он произносит имя Дэвида, даже спустя все эти годы.

– Никогда больше не приходи сюда.

Бри развернулась и оставила его во дворе в одиночестве.

Тоби сидел на кухне за маленьким столом с откидной доской и опять ел хлопья. Кухня, как и весь дом, была отремонтирована во времена шкафов из мореного дуба и деревянных столешниц. На двух открытых полках разместилась коллекция горшочков для меда и керамических пчел, которую собрала Майра. В окно над раковиной она увидела Майка, который оглядывался так, словно оценивал дом и участок. Наконец он ушел.

Дэвид написал ей одно письмо.

Она была убита горем. Единственное утешение она находила в телефонных разговорах со Стар. Дочь Майры была ее лучшей подругой, единственным человеком, который понимал, как сильно она любит Дэвида и что он для нее много больше, чем просто летнее приключение.

Через шесть недель после отъезда Бри Стар забеременела от Дэвида, и тот бросил учебу, чтобы жениться на ней. Ни с ним, ни с подругой она больше не разговаривала.

Тоби поднял глубокую тарелку и выпил оставшееся молоко. Поставил тарелку на стол.

– Бабушка говорила, что вы богаты. Держу пари, вы ей врали.

– Я была богата. – Бри смотрела в окно. – Теперь – нет.

– Почему?

– Потому что доверилась мужчине в надежде, что он меня обеспечит, вместо того чтобы полагаться на себя.

– Я так и знал, что нет у вас никаких денег! – Это звучало как обвинение, очередное напоминание о том, как сильно он ее ненавидит. Хотя она его тоже не жаловала. – Когда вы уедете? – спросил Тоби.

Уже не впервые он задавал этот вопрос, и Бри пожалела, что не может ответить.

– Не знаю.

Мальчик отодвинул стул.

– Вы же не можете просто здесь сидеть и ничего не делать.

Он был прав, и ей нужно было показать, что у нее есть план. Что-то. Все равно что.

– Я и не собираюсь. – Она отвернулась от окна. – Я буду продавать мед Майры.

Люси не имела желания мило общаться с Пандой за ужином. Вместо этого обула кроссовки и отправилась на улицу. Она терпеть не могла бегать, но еще меньше нравилось чувствовать себя лентяйкой, и ей хотелось избавиться от всех эмоций, которые накопились за этот несчастливый день.

С Гус-Коув-лейн она повернула на основную дорогу. Наконец миновала заброшенную ферму. За ней заметила маленький синий дом. Она услышала, что сзади кто-то бежит, и ей не нужно было оглядываться, чтобы узнать, кто это.

– Моя семья тебе больше за это не платит, – произнесла она, когда Панда поравнялся с ней.

– Это вошло в привычку.

– Мне и так не нравится бегать, а с тобой – и подавно.

– Жаль. Дорога, черт возьми, узкая. Придется плечом к плечу.