К оружию! К оружию! - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 72

— Конечно. А теперь будь добр, освободи дорогу, младший констебль Боксит…

Детрит за его спиной набрал полную грудь воздуха.

— Не пойду я ни в ка…

— Младший констебль Боксит! Ты, ужасный, большой тролль! Встать смирно! Отдать честь немедленно! И освободить дорогу капралу Моркоу! Вы, двое, ко мне! Раз… два… три… четыре! Вы в Страже! А-аргх, не верю тому, что видят мои глаза! Откуда ты родом, Боксит?

— Из Ломтя, но…

— Из Ломтя! Из Ломтя? Из Ломтя приходят только… — Детрит взглянул на свои пальцы и быстро спрятал руку за спину. — …Только две вещи! Камни… и… и еще камни! — брякнул он наугад. — ТЫ к чему относишься, Боксит?

— Что за хрень тут происходит?

Открылась дверь штаб-квартиры Дневной Стражи, и на улицу вышел капитан Квирк с мечом в руке.

— А ну вы, ужасные тролли! Поднимайте правые руки и повторяйте за мной клятву всех троллей…

—  А, капитан, — помахал ему Моркоу. — Я хотел бы кое о чем переговорить.

— Что ты себе позволяешь, КАПРАЛ Моркоу?! — прорычал Квирк. — Ты кем себя возомнил?

— …Я буду делать то, что мне говорят…

—  Да не хочу я ни в какие…

Бам!

— …Я буду делать то, что мне говорят…

—  Гражданином этого города, капитан, — весело ответил Моркоу.

— Так, гражданин этого города, старший офицер здесь я, а ты можешь идти…

— Интересное мнение, — улыбнулся Моркоу и достал свою черную книжку. — Я снимаю вас с должности.

— …Иначе мою гухулугскую голову вобьют в плечи.

— …Иначе мою гухулугскую голову вобьют в плечи.

—  Что? Ты сошел с ума?

— Нет, сэр, но вот у вас, мне кажется, голова действительно не в порядке. Существуют определенные правила, регулирующие подобные события.

— И кто это тебя уполномочил? — поинтересовался Квирк и оглядел толпу. — Ха! Вот эта вооруженная банда, наверное?

Моркоу выглядел глубоко потрясенным.

— Ни в коем случае. «Законы и Пастановления Городов Анка и Морпорка», сэр. Там все прописано. Но на самом деле я хотел бы узнать, какие улики свидетельствуют о виновности заключенного Углеморда?

— Это проклятого тролля? Одно то, что он тролль, свидетельствует!

— Да?

Квирк огляделся.

— Послушай, я не обязан ничего говорить тебе в присутствии всего этого сброда…

— На самом деле правила утверждают обратное. Эти люди — свидетели.

— Послушай! — прошипел Квирк, наклонившись к Моркоу. — Он — тролль! Он безусловно В ЧЕМ-ТО виновен! Как и все остальные!

Моркоу широко улыбнулся.

Колон хорошо знал эту улыбку. Лицо Моркоу становилось бледным и блестящим, когда он так улыбался.

— И поэтому вы упрятали его в тюрьму?

— Именно!

— О. Теперь я все понял.

Моркоу отвернулся.

— Не знаю, что ты задумал… — начал было Квирк.

Люди не заметили движения Моркоу. Что-то мелькнуло, раздался звук, словно кусок мяса бросили на разделочную доску, и в следующее мгновение капитан уже валялся на мостовой.

Два дневных стражника осторожно выглянули из двери.

Потом все услышали какой-то шелест. Шнобби раскрутил «моргенштерн», но шипастый шар был очень тяжелым шипастым шаром, а сам Шнобби отличался от гномов скорее принадлежностью к другому виду, а не размерами, поэтому шар и Шнобби теперь описывали круги относительно друг друга. Если бы Шнобби выпустил из рук «моргенштерн», цель с равной вероятностью была бы поражена либо шаром, либо реактивным капралом Шноббсом. Обе перспективы были достаточно неприятными.

— Отпусти эту штуку, Шнобби, — прошипел Колон. — Неприятности никому не нужны, и они…

— Не могу, Фред!

Моркоу пососал костяшки пальцев.

— Сержант, как по-твоему, это можно назвать «применением минимальной необходимой силы»? — спросил он с неподдельным беспокойством.

— Фред! Фред! Что мне делать?

Шнобби вращался так быстро, что уже потерял отчетливые очертания. Если вы уж начали вращать тяжелый шипастый шар, то нужно продолжать его вращать. Остановка в таком случае является не чем иным, как интересной, но краткосрочной демонстрацией спирали в действии.

— А он еще дышит? — спросил Колон.

— Да. Я ударил вполсилы.

— По моему скромному мнению, вполне минимально, — отозвался преданный Колон.

— Фред-д-д!

Моркоу, не задумываясь, протянул руку и поймал пролетавший мимо «моргенштерн», после чего бросил его в стену, в которой тот и застрял.

— Эй, вы, — крикнул он, — выходите из караулки!

Пятеро стражников осторожно обошли поверженного капитана.

— Отлично. А теперь приведите Углеморда.

— Э… Он в несколько дурном настроении, капрал Моркоу.

— В связи с тем, что его приковали к полу, — подсказал другой стражник.

— Что ж, — пожал плечами Моркоу, — его следует немедленно расковать.

Стражники переминались с ноги на ногу, вероятно, вспомнив старую пословицу [25] , как нельзя лучше соответствовавшую ситуации. Моркоу кивнул.

— Впрочем, вам лично нет нужды этим заниматься. Так что я предлагаю вам взять краткосрочный отпуск.

— В это время года в Щеботане очень хорошо, — поддакнул Колон. — На цветочные часы посмотрите…

— Э-э… Я как раз вспомнил… мне же обещали отпуск на лечение, — сказал один из стражников.

— Еще немножко здесь покрутишься, и этот отпуск будет очень долгим, — предупредил Моркоу.

Дневные стражники умчались с максимальной скоростью, которую только допускали приличия. Толпа, впрочем, не обратила на это ни малейшего внимания. Гораздо интереснее было наблюдать за Моркоу.

— Итак, — сказал тот, — Детрит, возьми кого нужно и приведи сюда заключенного.

— Я не понимаю, почему… — начал было гном.

— А ты, урод, заткнись, — рявкнул опьяневший от власти Детрит.

Эти слова произвели эффект упавшей гильотины.

Узловатые руки в толпе сразу потянулись к спрятанному в одежде оружию.

Все посмотрели на Моркоу.

Это и было самым странным, как вспоминал потом Колон. Все смотрели именно на Моркоу.

Гаспод обнюхал фонарный столб.

— Трехногий Шеп снова заболел, — сообщил он. — И Вилли Молокосос вернулся в город.