Наемник. Дилогия (СИ) - Замковой Алексей Владимирович - Страница 95

Мы пошли дальше, направляясь к большой резной арке в дальнем конце зала. Ламил удостоил красоты водопада лишь мимолетным взглядом — гораздо больше его заинтересовали люди и гномы, находившиеся здесь. Все встречные были разодеты не менее богато, чем наш провожатый — драгоценные каменья, золотые и серебряные узоры, даже доспехи воинов, также встречавшихся здесь, сверкали, будто состязаясь в красоте с золотистой дымкой над нашими головами и сверкающими струями водопада. Я прикинул, что вес украшений некоторых из встреченных нами людей не уступает весу доспехов встреченных тут же гномов.

Пройдя сквозь арку, мы оказались в меньшем, но не менее великолепном зале. Это и был тронный зал Подгорного королевства. Стены и потолок здесь были украшены искусной резьбой, изображающей сцены сражений и мирного труда подземных жителей, гораздо лучшей той, которую я видел ранее. Невольно я залюбовался искусством гномов. Мастера умудрились настолько передать мельчайшие детали — малейшее колечко кольчуги, небольшую вмятину на панцире, каждый волосок в бороде, — что казалось, будто вот-вот изображения оживут и сойдут со стен. При виде эльфа в причудливых доспехах рука сама потянулась к булаве на поясе, а гном, опустившийся на колено и поднявший щит в попытке заслониться от удара, вызывал желание броситься ему на помощь.

Вдоль стен, на таких же ступенях, какие мы использовали в своей комнате в качестве кроватей, только поуже, устроились двадцать гномов в роскошно украшенной броне. Охрана короля Дрогана была крайне беззаботна — гномы отложили в сторону щиты и оружие, сняли шлемы и спокойно разговаривали, практически не обращая внимания на происходящее. Так же беззаботно держались и другие, находившиеся в зале. Люди и гномы, судя по богатым одеждам — местная знать, перешептывались по углам, разбившись на небольшие группы. Эти как раз, стоило нам войти, сразу же обратили свои взгляды на вновьприбывших.

Сам король Дроган восседал на высоком троне — единственной вещи, сделанной из дерева, которую я увидел в Подгорном королевстве. Трон был сделан из мощных досок, потемневших от времени и отполированных до блеска. Судя по тому, что трон, в отличии от остального, не был украшен ни золотом, ни камнями, дерево ценилось здесь само по себе. Восседающий же на троне оказался гномом средних лет. Бороды его еще не коснулась седина, а глаза смотрели ясно из-под мохнатых бровей.

— Наконец-то ты привел наших гостей, Дордон. — голос короля был глубоким, властным. Глаза его озарились любопытством, едва взгляд упал на Нарив и нас, остановившихся посреди зала. — Давно мы не видели никого из жителей Потерянных земель. Нарив шагнула вперед.

— Я, Нарив, жрица Третьего круга Храма меча Роаса. — представилась она. — Верховный жрец отправил меня с посланием.

Она извлекла из поясной сумки письмо. Едва жрица сделала шаг к королю, я увидел, что, несмотря на показную беззаботность, охрана короля знает свое дело. Гномы в доспехах тут же напряглись. Их разговор смолк, а руки потянулись к оружию.

— Интересно. — король сделал жест, после которого стража, хоть и не перестала наблюдать за нами, но все же немного расслабилась.

Ловким движением пальца король Дроган сломал печать на письме. Нарив вернулась к нам, а его величество погрузился в чтение.

— Вот как… — бормотал он, читая. — Эльфы? — на миг король Дроган отвлекся, бросив взгляд на Нарив, но тут же снова вернулся к письму. Прочитав его до конца, он чуть подался вперед. — Здесь написано… Что такое?

Он смотрел куда-то за наши спины. Головы других, присутствующих в зале, повернулись, следуя взгляду короля. Кое-кто из гномов-охранников вновь потянулся за оружием.

— Ах, твою ж, эльфом стукнутую… — рыкнул Ламил.

Только тогда и я последовал примеру остальных. Обернувшись, я увидел, что в дальнем углу Тронного зала трепещет, словно полотнище на ветру, зеленоватое сияние. Оно разгорается все ярче и ярче… До боли знакомый цвет навевает воспоминания.

— Это же… — выдохнул я. Заметив, что Нарив непонимающе переводит взгляд с меня на Ламила, которого, похоже, посетила та же мысль, что и меня, я пояснил. — Точно такое же сияние было в небе, когда нас перенесло сюда. Только тогда мы сами были внутри этого света…

— Верно, будь я эльфом проклят! — подтвердил Ламил. Подобно королевской страже, и десятник потянулся к мечу. — Не знаю, что это, но, чтоб меня свиньи сожрали, если это что-то хорошее!

— Что это? — король Дроган несомненно слышал наш разговор. Так же несомненно, что он не понял ни слова. Его величество хмуро переводил взгляд от сияния в углу на нас и обратно. — Вы…Раздался резкий хлопок. Еще один… Мои глаза метнулись к источнику звука, и…

— К оружию! — заорал Ламил. И, хотя они с королем Дроганом говорили на разных языках, но тот кричал то же самое, что и наш командир. — К оружию!

В углу, где все продолжала колыхаться пелена зеленого свечения, сопровождаемые хлопками, словно кто-то огромный бьет в ладони, прямо из пелены света все появлялись громадные фигуры. Один, второй третий… Высокие, как те эльфы, с которыми пришлось столкнуться еще у себя на родине. Одетые в странные доспехи, показавшиеся смутно знакомыми… Точно! Такие же доспехи я видел на изображениях в затерянном в джунглях городе! Такие же доспехи, каждая часть которых оказалась живым существом, я видел на эльфе, появившемся из золотой фигурки в подземельях под руинами!

— Эльфы! — крик Нарив заставил меня очнуться. Воительница, обнажив мечи, прыгнула на врагов. Руки ее окутывало красноватое сияние — сила Роаса.

Я сорвал булаву с пояса. Привычно вскинул левую руку к груди, но не ощутил тяжести щита, оставшегося в комнате. Дарен! Я слишком привык сражаться в строю, надежно прикрытый щитом и товарищами! Выругавшись, я взял в левую руку кинжал. Что ж, навыки обращения с дубинкой и ножом я приобрел еще задолго до того, как попал в роту Седого. И я даже не задумался о том, помогут ли они мне против эльфов — высоченных и облаченных в, пусть живую, но броню.

— Куда, щенок?!! — я успел сделать лишь шаг вслед за Нарив, когда Ламил, сыпля проклятиями, дернул меня назад. — Куда лезешь, чтоб тебя о стену долбануло! Строем надо! Я тебе, раз башка твоя дырявая…

— Какой строй? — заорал я, вырываясь. — Посмотри вокруг! Ты видишь строй, Ламил? Или ты из кармана вытащишь два щита и мы вдвоем с тобой строй держать будем?

Ламил настолько опешил от моей отповеди, что вырваться из его хватки не составило труда. Я рванулся вперед. Туда, где Нарив в одиночку уже схлестнулась с эльфами. Пусть я знал, что этой женщине моя помощь не нужна. Пусть я знал, что сам вряд ли выстою против этих здоровенных воинов в странной броне и с не менее странным оружием… Почему я бросился ей на помощь? Я и сам не соображал. В голове билась единственная мысль — помочь Нарив.

Гномы, охраняющие короля, только успели схватиться оружие, когда Нарив врезалась в первого эльфа. Сверкнул ее изогнутый клинок. Эльф еле успел поднять руку, покрытую блестящей роговой пластиной. Его лицо — точнее, гладкая, покрытая цветными разводами маска шлема, в которой не было никаких отверстий для глаз, — повернулось к жрице. Из роговой пластины на правой руке вырастает короткое костяное лезвие — будто меч, закрепленный на наруче. И этот костяной клинок метнулся к воительнице. Звонко щелкнула сталь о кость. Нарив пригнулась и подсекла эльфу ноги. Ее силуэт размазался от скорости, когда она вновь выпрямилась и с хрустом вонзила один из клинков в грудь падающего противника.

Дальше я уже не следил за Нарив. Мне было не до того. Жрица перепрыгнула через поверженного врага как раз в тот момент, когда я налетел на ближайшего эльфа. Воспользовавшись тем, что тот еще не пришел в себя после перемещения, я изо всех сил обрушил на врага булаву. Шипастый шар врезался в грудь эльфа. Что-то хрустнуло и, показалось, я даже услышал какой-то тонкий писк… Но удар не сразил противника. Лишь несколько маленьких дырочек, засочившихся вязкой темной жидкостью, да небольшая трещина, пробежавшая по панцирю. Эльф отшатнулся, но остался на ногах. Я же, стараясь не обращать внимания на занывшую руку, продолжил атаковать. Кинжал в левой руке скользнул по предплечью эльфа, не оставив на его живой броне ни царапины. Противник наконец опомнился. Просвистевший сверху вниз костяной клинок чуть не раскроил меня пополам — только чудом удалось отскочить в сторону. Снова взлетела булава. Удар пришелся прямо по локтю левой руки эльфа. Я пригнулся, пропуская над головой его оружие. Вот! Торс врага немного развернулся, когда тот попытался снести мне голову, открыв маленькую щель между панцирем большой твари, служившей ему нагрудником, и тварей поменьше, защищавших нижнюю часть тела эльфа. Щель была узкая, не толще лезвия ножа. Но больше и не надо было — кинжал вошел в живот эльфа, как в набитый соломой мешок. Эльф отшатнулся. Кинжал, защемленный пластинами, вырвался у меня из рук, но тяжелый шар булавы уже опускался на голову врага.