Изгой - Портер Дональд Клэйтон - Страница 61

– Джентльмены, – начал сэр Филипп, – мне поручено сообщить вам о секретном решении Тайного совета, которое одобрил Его Величество.

Бригадный генерал переводил слова майора для Гонки.

– Совет, – продолжал Ранд, – поручает вам осадить Луисберг. Его Величество гарантирует всяческую поддержку, необходимую для удачного проведения данной операции.

Все согласно кивали и улыбались. Но Пепперелла это не удовлетворило.

– И все же мои возражения остаются в силе.

– Да, ваши возражения остаются в силе, генерал, и Тайный совет прекрасно понимает сложность ситуации. Именно поэтому я здесь. Меня послали специально, чтобы разрешить создавшуюся проблему.

Все удивленно смотрели на майора, даже на лице Гонки можно было прочесть недоверие. Сэр Филипп улыбнулся:

– За несколько недель до моего отъезда из Лондона я заходил в разные игорные дома и притворялся, что играю в карты на крупные суммы. Я не делал никакого секрета из того, что собираюсь отплыть в Бостон на борту «Принцессы Анны». Через день-другой после отплытия конвоя в «Военных ведомостях» появилось объявление – меня списали из армии в связи с тем, что я растратил казну полка в игорных домах. Вы наверняка услышите об этом скандале, когда сюда прибудет следующий корабль из Англии. Можете не сомневаться, что и французам все станет известно. Мы абсолютно точно знаем, что их агенты в Лондоне регулярно читают «Военные ведомости».

Я отправлюсь в Квебек и предложу свои услуги французам. Не могу сказать точно, каким образом, но я сделаю так, чтобы меня послали в Луисберг. И я смогу все разузнать о крепости, а когда настанет подходящий момент, сбегу от них и прибуду сюда.

– Французы могут вас повесить как шпиона, – пробормотал губернатор Шерли.

– Я готов на риск, ваша светлость, – быстро ответил Ранд. – Я опытный офицер. Уверяю вас, что буду предельно осторожен, и ни один француз не догадается о моих истинных намерениях.

– Вы действительно думаете, что сможете исполнить это задание? – спросил генерал Пепперелл.

– Если бы я так не думал, я бы отказался с самого начала. Я вызвался на это задание добровольно. Но у меня есть одна слабость, которая может оказаться роковой не только для меня, но и для всего нашего дела. Я никогда раньше не был в Северной Америке, не жил в лесах, а они здесь, насколько я понимаю, бескрайние и глухие. Как можно в них ориентироваться? Мне нужна ваша помощь.

Все присутствующие нахмурились.

– Прибыл я сюда на «Принцессе Анне» тоже не случайно, – продолжал сэр Филипп. – Я видел Ренно во время аудиенции в Уайт-Холле. Потом выступил в качестве распорядителя на дуэли, где он проявил максимум мужества, отваги и ловкости. На борту фрегата я лучше узнал его и еще выше оценил. Теперь он научился прекрасно стрелять из дуэльных пистолетов. И я прошу вас отправить его вместе со мной, конечно с его согласия. Пусть он будет моим проводником, моим соратником и другом в этом опасном предприятии.

Все повернулись к Гонке.

Выражение лица великого сахема не изменилось.

– Ренно сделает вид, что предает сенеков, – наконец промолвил он.

Сэр Филипп кивнул в знак согласия.

– Французы поверят ему. Но гуроны и алгонкиньг знают, что он старший воин. Знают, что он мой сын. Возможно, им известно и то, что он плавал в земли англичан. Зачем ему предавать?

Сэр Филипп пожал плечами.

– Я плохо знаю ваш народ. Вы сами должны найти подходящую причину, и она должна быть правдоподобной, это важно.

Гонка надолго задумался, потом сказал:

– В землях англичан Ренно мог предаться пороку. В сердцах сенеков могла появиться ненависть к Ренно, так как у него светлая кожа. Мы можем поставить ему на руке клеймо предателя и изгнать его из наших земель.

Бригадный генерал Уилсон объяснил слова Гонки остальным.

– Насколько я знаю индейцев, алгонкины и оттава так же легко поверят в это, как и французы. Гуроны намного хитрее, но клеймо предателя на руке Ренно уверит и их.

Майор вздохнул:

– Значит, Гонка согласен?

Вождь сенека по очереди осмотрел всех собравшихся в комнате.

– Великий сахем говорит за весь народ ирокезов. Вы просите, чтобы мой сын притворился предателем и изменником. Я понимаю. Ваши доводы веские. Но в таком вопросе никто не может что-либо решить за Ренно. Гонка не может решить за своего сына. Только Ренно может решить.

Последовала быстрая дискуссия, после чего на поле Коммон послали адъютанта.

Ренно был с матерью, сестрой и братом, его глубоко потрясло известие о смерти Санивы. Он очень удивился, что его вызывают на совещание, но без промедления закутался в плащ из бизоньей шкуры и последовал за адъютантом.

В библиотеке губернатора царило уныние. Ренно взглянул на отца, но по лицу. Гонки ни о чем нельзя было догадаться.

Сэр Филипп досконально объяснил Ренно, в чем дело.

Бригадный генерал Уилсон заявил Ренно, что будущее английских колоний зависит от успеха операции, задуманной сэром Филиппом.

Гонка хранил молчание.

Ренно повернулся к нему.

Великий сахем поднялся и, не говоря ни слова, вышел из комнаты. Ренно молча вышел за ним.

Коммодор Маркем и майор удивились странному поведению индейцев, но бригадный генерал объяснил им:

– Они обсудят все наедине, потом сообщат решения нам.

Гонка ушел вглубь Коммона, подальше от лагеря сенеков и бивуака отряда милиции. Он нашел подходящий камень, сел поудобнее и закурил свою глиняную трубку.

Ренно сел рядом, принял трубку из рук отца, сделал несколько затяжек и протянул ее обратно.

Гонка не двигался, пока они не выкурили трубку до конца.

Настал черед говорить Ренно.

– На протяжении многих лун, – начал он, – я был вдали от родины. Я мечтал о том, что буду спать в своем доме, мечтал о настоящей оленине, кукурузе, тыкве и бобах, как их готовит мать. Мечтал о том, как буду рассказывать Балинте о глупости англичан. Сердце мое сжималось, так хотелось мне снова пойти на охоту в лес с Эличи. Теперь у меня появилось другое желание. Только сейчас я узнал, что сестра моего отца ушла из этого мира. И я хочу побывать в тех местах, откуда ее дух поднялся в земли наших предков. Мать сказала мне, что Санива обещала следить за мной. Если я приду туда, ко мне может снизойти ее дух.– Ренно замолчал.