Убийца, мой приятель (сборник) - Дойл Артур Игнатиус Конан - Страница 148

– Я не замечала за собой привычки пренебрегать гостями, мистер Лоренс, – отвечала она. – И моя кузина Бланш не заставит меня забыть об обязанностях хозяйки, скорее наоборот.

– О, бога ради, простите меня, – уже вполне серьёзно сказал друг мужа. – Вы меня не совсем верно поняли. Вы ведь очень близки с этой леди?

– Да, очень, – отвечала Белла, – мы вместе выросли и любили друг друга, как сёстры. Затем она вышла замуж и уехала в Индию. После её возвращения мы снова стали встречаться, но потом, как я вам уже рассказывала, Бланш заболела и уехала за границу. С её мужем я, конечно, знакома не так близко, но успела понять, что он очень хороший и порядочный человек, так что теперь я горю желанием оказать им обоим самый радушный приём. Она очень милая женщина, моя Бланш, и я уверена, она вам понравится.

– Нисколько не сомневаюсь, так оно и будет, – ответил господин Лоренс, – лишь бы она не пыталась привлечь к себе все наши взоры, ведь до сей поры они были устремлены исключительно на вас, миссис Клейтон.

– О, об этом можете не беспокоиться, – озорно рассмеялась маленькая леди, поднимаясь по лестнице и оставляя мистера Лоренса в коридоре одного.

– Клейтон, – обратился он к хозяину, вернувшись в столовую и отведя того в сторону, – боюсь, что нынче вечером мне придётся вас покинуть. Только не сочти, ей-богу, мой внезапный отъезд за обиду.

– Но почему, дорогой друг? – удивился Гарри Клейтон, устремив на него пристальный взгляд голубых глаз. – В чём причина? Ведь ты обещал остаться с нами до Рождества?

– Видишь ли… У меня вдруг возникло множество неотложных дел… Время так летит, а оно – деньги для таких бедняков, как я, поэтому…

– Послушай, дорогой мой Лоренс, – решительно прервал его Клейтон, – ты ведь сам знаешь, что это пустые отговорки. Все дела, с которыми тебе якобы надлежит срочно разобраться до Рождества, ты уладил ещё до приезда к нам и сам говорил, что теперь можешь позволить себе целый месяц отдыха. Разве не так?

Лоренсу было нечего возразить, и он стоял в замешательстве, храня неловкое молчание.

– Так вот, дорогой друг, до Рождества я и слышать ничего не хочу о твоём отъезде, – заявил хозяин. – Иначе мы с Беллой просто обидимся; я уж не говорю о Беллиной сестре… Договорились, Лоренс? И ни слова больше.

После такой отповеди Лоренсу ничего не оставалось, как смириться; решив, что судьба против него, он отказался от мысли об отъезде.

Часом позже, когда кавалькада гостей находилась в нескольких милях от Мольтон-Чейса, к дому подъехал экипаж, нагруженный дорожной поклажей, и миссис Клейтон, радостная и улыбающаяся, вышла на ступени дома, чтобы встретить долгожданных гостей.

Первым показался полковник Деймер – мужчина средних лет, но военная выправка словно делала его моложе. Всё внимание его было сосредоточено на жене; он заботливо помогал ей выйти из экипажа, и у него едва хватило времени прикоснуться рукой к шляпе, чтобы поприветствовать раскрасневшуюся от радости Беллу, стоящую на ступенях дома.

– Ну, любовь моя, – воскликнул он, когда в дверях кареты появилась женская фигура, – прошу тебя, будь осторожна: здесь две ступеньки; вот так… Ну вот, всё в порядке!

Благополучно сойдя на землю, миссис Деймер, с разрешения супруга, устремилась в объятия кузины:

– Дорогая Белла!

– Милая Бланш! Как я рада снова тебя видеть! Да ты, я смотрю, совсем продрогла в дороге! Давай же проходи к огню. Полковник Деймер, слуги займутся багажом, оставьте всё здесь и ступайте греться.

Двое слуг занялись разгрузкой экипажа, но миссис Деймер не сдвинулась с места.

– Что же ты не идёшь в дом с кузиной, любовь моя? – спросил её муж. – Я прослежу за багажом, если хочешь.

– Нет, спасибо, – еле слышно отвечала миссис Деймер; в голосе её звучала меланхолия, которая не могла укрыться даже от слуха постороннего. – Я лучше подожду, пока экипаж разгрузят.

– О багаже не волнуйся, Бланш, – зашептала миссис Клейтон, – пойдём лучше к огню, дорогая, мне столько нужно тебе рассказать, – уговаривала она.

– Обожди минутку, Белла, – отвечала кузина; просьба прозвучала настолько твёрдо, что миссис Клейтон больше просить не стала.

– Раз, два, три, четыре, – считал полковник Деймер, пока сундуки и чемоданы сгружали на землю. – Боюсь, вы решите, будто мы собираемся взять вас штурмом, миссис Клейтон. Но вы наверняка знаете, что супруга моя путешествует в полном боевом снаряжении. Это всё, Бланш?

– Да, всё, спасибо. – В голосе её слышались всё те же меланхолические нотки. – Белла, скажи, дорогая, какую комнату ты мне отведёшь?

– Ты, может быть, сначала взглянешь на неё, Бланш?

– Да, если можно. Я очень устала… Этот сундук, пожалуйста, отнесите ко мне, – обратилась она к слуге, указав на один из сундуков, стоявших на земле.

– Сию минуту, мэм, – ответил слуга, но замешкался, получая соверен от полковника Деймера, и собрался было сопровождать его, но потом спохватился и вернулся выполнить указание леди. За всё это время она не сдвинулась с места. Затем слуга поднял ящик, но не тот, а стоявший рядом. Миссис Деймер указала ему на ошибку, и он поменял ношу.

– Да всё туда отнесут, мэм, – проворчал слуга, но миссис Деймер промолчала и стояла как вкопанная, пока он не зашагал в дом, держа указанный ящик на плече.

Затем она устало оперлась на руку Беллы Клейтон, нежно прижимая её к себе, и вдвоём они направились наконец в приготовленную опочивальню. Это был просторный и уютно обставленный покой, к которому примыкала гардеробная. Когда дамы вошли, то увидели слугу, дожидавшегося их с ящиком en question[85].

– Куда прикажете поставить, мэм? – осведомился слуга у миссис Деймер.

– Под кровать, пожалуйста.

Но кровать была французская, красного дерева, со столь широкими боковинами, что пролезть под них могла разве что пыль; да и сам сундук – хоть и невелик, а тяжёл да крепок, перехвачен железными застёжками и по углам окован железом. Такому ящику не всякое место подходило.

– Под кровать он никак не поместится, мэм, – заметил слуга.

Миссис Деймер слегка побледнела.

– Ладно, оставьте его здесь. О, как уютно у хорошего камина! – продолжила она, повернувшись к огню и буквально падая в кресло. – Мы так замёрзли в дороге.

– А как же всё-таки быть с сундуком, Бланш? – спросила миссис Клейтон, она не могла допустить, чтобы гостям пришлось мириться с каким-нибудь неудобством. – Он же не может стоять здесь. Ты распакуешь его, да? А хочешь, я велю передвинуть его в коридор?

– Нет-нет, спасибо, Белла, пусть он останется здесь, как стоит. Меня это вполне устраивает.

В спальню вошёл и полковник Деймер. За ним проследовал слуга с другим сундуком.

– Что здесь останется, любовь моя? – спросил полковник.

– Сундук Бланш, мистер Деймер, – ответила Белла. – Она никак не желает его распаковать, а я боюсь, он будет мешаться в проходе. Лучше бы, право, поставить его в вашу гардеробную. – Но миссис Клейтон не стала настаивать, зная, что некоторые мужчины не терпят стеснений даже в своей гардеробной.

Однако полковник Деймер оказался отнюдь не эгоистом, как, собственно, и подобает старому солдату, вернувшемуся из Индии.

– Конечно, так лучше, – ответил он и, повернувшись к слуге, сказал: – Сундук отнесите, пожалуйста, в соседнюю комнату.

Слуга довольно небрежно поднял сундук, но не рассчитал сил и едва не уронил его. Миссис Деймер бросилась на помощь, чтобы сундук не упал.

– Прошу вас, поставьте его на место, – раздражённо сказала она. – Не нужно его трогать… Он в любую минуту может мне понадобиться. И нисколько здесь не помешает.

– Ну, как знаешь, дорогая, – проговорила миссис Клейтон; дискуссия по столь незначительному поводу явно затянулась и начала уже утомлять её. – Бланш, милая, переоденься, а я велю приготовить чаю.

Полковник Деймер направился в гардеробную, оставив наконец женщин одних. Последние вещи были перенесены наверх, приготовлен чай, и, пока миссис Клейтон разливала его в чашки, миссис Деймер прилегла у камина на диван и завела разговор с кузиной.