Тени прошлого - Костин Михаил - Страница 70

«Город дааров?!» – Минар вздрогнул. Неужели перед ним действительно стояли те, кто, по легендам, исчез задолго до появления первых людей?! Минар напряг память. Ему вспомнилось, что когда-то даары и аалы были одной великой расой, но потом что-то произошло, и даары отделились от своих собратьев, причем раскол сопровождался жестокой войной. Аалы и даары безжалостно истребляли друг друга, пока, наконец, последних не загнали в пещеры Края Земли и не заперли там, уготовив им верную смерть. С тех пор дааров никто не видел и не слышал, и со временем они стали частью сказок, как оказалось, не имеющих ничего общего с реальной историей.

Провожатые остановились перед большим проходом, освещенным несколькими десятками шаров, похожих на те, что они держали в руках. Блестящая гладкая арка вела в большую пещеру, в конце которой виднелись огромные высеченные в камне ворота. От одного взгляда у Минара перехватило дыхание. Между двумя грандиозными колоннами, каждая из которых была толщиной со среднюю сторожевую башню, сверкали отполированным камнем огромные створки. На них были высечены две фигуры. Одна изображала даара, а другая – странное существо, походившее одновременно и на волка, и на человека. Фигуры были обращены друг к другу, а между ними стояло дерево, и его толстый ствол обвивало хвостом какое-то крылатое животное.

– Что это? – опешил Минар.

– Врата, – ответил ближайший из дааров, не поворачивая головы.

– Я имею в виду фигуры.

– «Бой с Тенью».

– С какой еще тенью?

– Существо слева – тень. Справа – даар.

– Тень чего?

– Так мы называем подземных врагов, их создали Первые, чтобы охранять подземный мир.

– А разве подземный мир не пуст? – спросил сир Адим.

– Мир под миром только кажется пустым, – ответил даар, – здесь живут многие существа, и некоторые из них сильно старше нас и гораздо страшнее.

Даар отошел в сторону, взял в руки рог и затрубил. Низкий глухой звук прокатился по пещере и эхом вернулся обратно. Вслед ему с другой стороны завыл другой рог. Где-то наверху огромной двери появился свет, створки задрожали и медленно поползли внутрь. Минар с замиранием сердца следил за происходящим, потом его провели под древними сводами, за которыми его ожидало еще более необычное зрелище.

Минар всегда считал, что готов ко всему, но, когда он увидел на дне гигантской пещеры освещенные зелеными огнями ряды диковинных строений и высоких статуй, поднимающихся к теряющемуся во мраке своду, он потерял дар речи. Среди рядов диковинных домов виднелись площади и сады, украшенные колоннами разной высоты. А в конце самой широкой из улиц стояло грандиозное куполообразное строение, украшенное резьбой исключительно искусной работы. Все вокруг было освещено тысячами зеленых шаров. Казалось, что шары просто висят в воздухе, но Минар подозревал, что их поддерживает магия, ну или какие-то веревки.

– То здание, что это? – спросил Минар, не спуская глаз с купола.

– Тар-лоссер, или Дом Света на вашем языке, – ответил даар. – Там наши предки в первый раз услышали великое пророчество о возвращении. Оттуда мы начнем исход на поверхность.

Издалека Минару показалось, что город пуст, но стоило ему ступить вниз, как вокруг появилось множество дааров – все с лиловой кожей и зелеными глазами, одетые либо в мантии, либо в доспехи из черного металла. Все они смотрели на двух чужаков с интересом и совсем не зло. Под пристальным вниманием многих глаз провожатые остановились у овального проема, закрытого плотной черной портьерой. Портьера мгновенно отодвинулась, Минара и сира Адима впустили в круглую комнату, полную дааров. Все они были в длинных балахонах красного и синего цвета. Из толпы раздавались то шепот, то возгласы удивления, то неприветливое бурчание. Когда все затихли, вперед вышел даар в черном плаще.

– Возможно, вы, жители поверхности, считаете, что ваш приход сюда – случайность, но мы не верим в случайности, – произнес даар в плаще. – Все, что происходит, имеет причину и смысл, а самое главное – значение.

– О чем это он? – спросил сир Адим шепотом.

– Сейчас узнаем, – ответил Минар, ожидая, что скажет дальше странный оратор.

Но даар ничего больше не произнес, он лишь пристально рассматривал то оруженосца, то молодого сира. Молчание затянулось. И Минар спросил:

– Нам бы кое-какие разъяснения получить?

– Барситк’ерд уис’д, – громко объявил даар.

– А на нашем, людском языке можно? – повторил Минар.

– Да здравствуют Свет, и Рассвет, и смиренные даары, и будущее, которое нам предсказано! Я, верховный связной Великого Каменного Дома, произносящий священные истины, смотрю сегодня в будущее. В этом будущем я вижу надежду. С появлением новых жителей поверхности, возможно, пришло, наконец, и наше время выйти к свету! – Даар указал на Минара. – Наши предки говорили, что будущее лежит в руках жителей поверхности. Что только жители поверхности могут быть посланцами, и только они смогут пройти сквозь Тарлоссер и открыть путь к солнцу. Можете ничего не говорить. Вам нечего говорить, и решать вам нечего, все уже предрешено. Судьба привела вас сюда, и теперь судьба проведет вас через испытание. Если вы выдержите его, вы и есть те, кто поведет нас к солнцу. Если же вы – не те, мы продолжим ждать и надеяться, потому что так говорят наши предки и так говорит пророчество.

– Послушайте, мы ничего не знаем ни о каких предках, пророчествах, и испытаниях, – не выдержал Минар, – мы хотим попасть обратно… на поверхность!

– И мы этого хотим. И поэтому вы должны пройти испытание. Так говорится в священном пророчестве.

Связной обернулся к окружающим и что-то провозгласил на непонятном языке. Остальные даары в один голос повторили сказанное. Несколько рук подхватили Минара и мальчика и вывели на улицу.

Глава 22

Дни в заточении тянулись бесконечно долго. Сир Джам был предоставлен сам себе. Большую часть времени он просто сидел на старом соломенном тюфяке и рассматривал унылую картинку в единственном зарешеченном окне над головой. Королевское расследование еще продолжалось, но второй капитан был уверен, что его судьба уже решена. Он лишится и звания, и права назваться сиром, и тех скудных сбережений, что скопил за годы службы.

Через несколько дней в камеру пришли гвардейцы и вручили сиру Джаму письмо. В нем Царственный Лис лично извещал второго капитана, что новый допрос будет публичным. Так оно и произошло. В небольшом помещении, заполненном охранниками и публикой, были заняты все скамьи. Три дознавателя, включая Царственного Лиса, сидели в дальнем конце зала за длинным столом. Рядом со столом стоял одинокий стул. Все взоры были обращены к сиру Джаму. Пораженный таким вниманием, второй капитан остановился в дверях, но кто-то из конвоиров легонько подтолкнул его, и он неспешно проследовал к стулу, чеканя шаги по выложенному белыми и черными плитами полу.

– Сир Джам, второй капитан городской стражи, верный слуга герцога Буаского, – начал Царственный Лис, улыбаясь. – Прошу, присаживайтесь. Сегодня у нас открытое слушание, назначенное по приказу самого короля. Оно должно помочь нам понять и оценить все обстоятельства недавней кампании, организованной вашим командиром, герцогом Буаским.

Сира Джама тошнило от надменного тона сира Лиора, и он бросил на него гневный взгляд, да такой, что Лис невольно откинулся на своем стуле, как бы увеличивая расстояние между ними. Сир Джам, напротив, сидел неподвижно. Он был уверен, что открытое слушание устроено для развлечения, а не для поиска истины и правды.

– Мои люди и я потратили уйму времени и сил, разбираясь в сущности произошедшего. Мы очень старались понять мотивы, пытались найти причины, которые побудили столь уважаемых сеньоров подвергнуть опасности сотни жизней. К сожалению, пока что ничего дельного мы не обнаружили. Возможно, вы, уважаемый второй капитан, проясните ситуацию.