Тени прошлого - Костин Михаил - Страница 69

– Насколько я помню, упрямец Игз уже попытался ограбить Ориса и поплатился жизнью. Отчего ты думаешь, что у нас получится лучше? – спросил Элсон.

– Потому что эту операцию затеваю я, – как-то совсем без раздражения ответил генерал.

Нужно было что-то решать, и решать немедленно. Я повернулся к Элсону. Южанин спокойно слушал генерала. Поймав мой взгляд, он лишь пожал плечами. Я посмотрел на Ревора. Мудрец только слегка кивнул, давая мне понять, что выбор за мной.

– Мы принимаем предложение, но у меня есть вопрос, – объявил я.

– Валяй, – ответил генерал.

– Зачем тебе десять золотых?

– Эти деньги не для меня, – улыбнулся Ритц, – мне не нужно ни медяка из вашего кошелька. Золото оплатит ваш побег из города.

– Хорошо, – я кивнул. – Когда начнем действовать?

– Я сообщу. Мне нужно время, чтобы все организовать. Пока же наслаждайтесь отдыхом в самом лучше городе в мире! На этом встреча закончилась.

Обратный путь прошел в тишине. Время от времени в узком окошке коляски мелькали огоньки, порывы холодного ветра проникали в щели, били по щекам. Погруженный в мрачные мысли, я смотрел на темные улицы. Если то, что рассказал генерал-наемник, было правдой, мой отец находился где-то в Азоре, в плену у местного торговца. Я очень надеялся, что он жив.

Глава 21

Минар и молодой сир Адим всматривались во тьму. Дрожащий свет фонаря освещал пространство на четыре-пять шагов вперед, дальше были мрак и неизвестность. Казалось, они шли уже несколько дней, пробираясь по бесконечному коридору, изможденные, но не подавленные. Масло в фонаре почти закончилось, а вот надежда оставалась, по крайней мере, у Минара, – ветерок, который тянул по туннелю, становился все сильнее. Этого было достаточно, чтобы не впасть в отчаяние. Порой в жалком свете фонаря появлялись какие-то символы, высеченные длинными строками на больших каменных плитах. Эти надписи собирались то в полукруги, то в квадраты, то в длинные прямоугольники. Минар понятия не имел, что означают эти строки и кто их оставил. Изредка встречались изображения диковинных существ, невиданных растений и человеческих фигур, одетых в странные одежды. Разглядывая древние изображения, Минар вместе со страхом испытывал и незнакомое чувство первооткрывателя – никто в Этории не видел того, что видел он.

Из темноты вынырнул первый подземный перекресток, к нему сходились три совершенно одинаковых туннеля. Округлое пространство с высоким потолком и гладким пыльным полом было большим. Ровные стены покрывали надписи и картинки, а вход в каждый из туннелей охраняли статуи. В тусклом свете их темные лица выглядели бледными и холодными, но в то же время почти живыми. Почему-то эта круглая комната и эти статуи вызвали тревожное чувство, но Минар и его молодой спутник устали бояться. Им был необходим отдых. Опустившись на пол у большого камня с трещиной, Минар задул фонарь и закрыл глаза. На ум пришла старая песенка, и он запел. Молодой сеньор подхватил мелодию, и вместе они пропели нехитрую историю о древнем герое, победившем злого мага-убийцу. Потом они спели еще одну песню, а затем уснули.

Минару снился странный сон. Он ничего не видел, но слышал тихие шаги и тихие голоса. Он пытался понять, что может означать этот сон, но вдруг осознал, что он уже не спит, а напрягая глаза, всматривается в темноту, туда, где, как он помнил, находился вход в один из туннелей. Либо его воображение разыгралось, либо там действительно кто-то был. Минар пошарил рядом с собой. Он прекрасно помнил, что положил фонарь рядом. Но ни фонаря, ни мешка с остатками припасов и флягой рядом не оказалось. Внезапный страх заставил его сердце замереть. Нервы натянулись, как струны.

– Что-то происходит? – прошептал молодой сир.

– Здесь кто-то есть, – так же тихо ответил Минар, и голос его прервался.

Мальчик всхлипнул от страха, но Минар быстро зажал ему рот. Оруженосец уже всем телом ощущал чужое присутствие. Некоторое время вокруг царили полная тишина и мрак. Потом раздался шум. Крепко вцепившись в рукоять меча, Минар шарил глазами в темноте. В какой-то момент ему показалось, что он увидел тень, но это было невозможно – в таком мраке нельзя ничего увидеть. Вспомнились слова старого наставника из Сирона, тот частенько говорил, что зрение – лишь одно из шести чувств, данных человеку, а настоящему воину нужны только четыре. Минар попытался воспользоваться своими остальными чувствами, но почему-то глаза были ему нужны больше всего. Он знал, что без них он беспомощен.

Неожиданно в нескольких шагах от него возникла крошечная, но очень яркая зеленоватая звездочка. Минар вскочил. Тут же перед ним появилась еще одна звездочка и еще. Ряд светящихся точек потянулся дальше. Потом несколько точек отделились и поплыли вперед, словно в каком-то причудливом танце. Почти на расстоянии вытянутой руки от Минара звездочки соединились, и яркая вспышка ослепила его. Когда глаза привыкли к новому свету, Минар увидел людские фигуры со светящимися жезлами в руках. Но незнакомцы лишь на первый взгляд казались людьми. На самом деле, облаченные в странные балахоны стройные существа с лиловой кожей и темно-зелеными глазами на жителей Этории нисколько не походили.

Минар подумал выхватить оружие, но делать этого не стал. Как бы хорошо ни владел он мечом и кинжалом, у него не было ни малейшего шанса выйти победителем. Доверив свою жизнь судьбе, Минар поднял обе руки и поклонился. Молодой сир сделал то же самое. Неизвестные смотрели на них в молчании, никто не двигался и ничего не говорил. Минару показалось, что это молчание длилось целую вечность, хотя, скорее всего, чуть больше минуты.

– Мы не желаем вам ничего плохого, – решился сказать Минар.

Он ожидал какой-нибудь реакции, но ее не последовало, и Минар продолжил:

– Мы заблудились, нам всего лишь нужен выход на поверхность.

Вновь молчание.

– Пожалуйста, укажите дорогу, и мы уйдем и больше вас не побеспокоим.

Один из незнакомцев выступил вперед и опустил свой жезл, который короновал светящийся зеленым шар.

– Ты говоришь на странном старом языке, – сказал он на северном наречии не то чтобы с акцентом, скорее с необычной интонацией. – Мы слышали о таких, как вы, жителях поверхности, но никто из нас вас еще не видел. Странно встретить ваш род здесь, так глубоко в чреве мира.

– Поверьте мне, мы попали сюда не по своей воле.

– Сколько еще вас бродит по нашим коридорам?

– Только мы… мы были в верхних пещерах рядом с озером Азул, но там произошел обвал, и нас засыпало…

– Озеро Азул? Такое название мне незнакомо. Наверное, ты имеешь в виду открытые пещеры, куда ведут верхние туннели, но это очень далеко отсюда. Если ты говоришь правду, вы проделали большой путь, и это чрезвычайно необычно. Возможно, ваше прибытие – знак, о котором говорят старейшины. Пусть они решат, каковы ваши цели и что с вами делать.

– Подождите, мы всего лишь хотим выбраться отсюда! – почти прокричал Минар.

– И мы тоже, – ответил незнакомец.

– Так вы покажете нам путь на поверхность?

– Нет, но, возможно, это сделаете вы!

Зеленоглазый мужчина махнул рукой, и остальные незнакомцы окружили молодого рыцаря и Минара.

– Не стоит сопротивляться, жители поверхности, – добавил он спокойно и пошел вперед быстро, легко и бесшумно. Минар и не думал сопротивляться.

У стены один из провожатых, которых Минар про себя назвал подземниками за неимением другого наименования, вынул из складок своего балахона маленький блестящий круглый предмет и вставил в щель в плите. Откуда-то изнутри раздался тихий шум, каменная плита сдвинулась в сторону, за ней открылась широкая лестница, которая вела вниз.

– Куда мы идем? – спросил Минар, с опаской глядя на ступеньки.

– В Рах Вор Даре, великий и единственный город дааров, – ответил подземник.