Ритуал последней брачной ночи - Платова Виктория - Страница 109

— Я не верю в силу науки, если ее обслуживают некомпетентные люди. А по тому, как было проведено расследование в отношении Аллы Кодриной, можно смело утверждать, что им занимались некомпетентные люди…

— Я тоже бы им не доверяла, — вырвалось у меня.

— Теперь вы. — Рейно сложил в кучку свой жалкий мизерный улов. — Вы обещали посвятить меня в те подробности, о которых я ничего не знаю. Что это за прибор в футляре?

Ну, Варвара, вперед и с песней! Не может быть, чтобы боженька не оценил твоих усилий на пути к исправлению! На пути к лучезарному, ослепительному, упоительному и свободному будущему!..

— Это орудие убийства, — просто сказала я.

— Где орудие убийства?

— В футляре.

Рейно протянул к футляру руки, но я была начеку.

— Нет. Так не пойдет. Сначала я объясню… Это нож, которым убили Олева Киви.

— Что?!

— Нож, которым убили Олева Киви, — я тупо переводила глаза с Рейно на футляр. — Но…

— Откуда у вас этот нож?

— Я вынула его из тела…

— Вы? — Он быстро заморгал, открыл рот, чтобы что-то сказать, но в самый последний момент передумал.

— Не забывайте, я проснулась рядом с телом… Увидела нож…

— Зачем вы вытащили его? Вы, дура ненормальная?!

— Не знаю… Я тогда плохо соображала…

— По-моему, вы всегда плохо соображали. Зачем вы это сделали?!. Если, конечно, не вы убили…

— Не я, клянусь! — Я снова пустила в ход тихие, полные сдержанного достоинства слезы.

— А если там были отпечатки пальцев, идиотка?

— Если бы вы его видели…

— Мертвого Олева Киви?

— Нет… Нож…

— Так покажите мне его! — Он снова протянул лапу к Футляру.

— Да, конечно… Но сначала я должна предупредить. «Это Нож-убийца… Стоит взять его в руки — и невозможно Удержаться… Ты думаешь только о том, чтобы добраться до чьей-то плоти… Он руководит тобой, он направляв тебя… Я сама испытала все это… Я сама…

— Еще кого-то замочили?

— Нет!.. — Я надолго замолчала. Стоит ли рассказывать Рейно о досадном эпизоде с пупком Сергуни Синенко и об отважном коте Идисюда?

Наверное, стоит. Если уж ты решила идти до конца.

— Я хотела… Я хотела убить… Вернее, не я сама. Это Нож направлял меня… Он хотел убить… Я бы и сделала это. Если бы меня не вспугнули… Вернее, если бы Нож не вспугнули, — с трудом закончила я и снова почувствовала, как на голове у меня зашевелились волосы.

Но свободный от убийств и предрассудков прагматик

Рейно посмотрел на меня скептически.

— Вы, русские, всегда сваливаете свои безобразия на кого угодно… На зиму, на американские спутники, на плохие дороги. Стыдитесь!..

— Сами вы…

— Давайте его сюда…

— Я предупредила.

— Давайте.

Он больше не слушал меня. Он был не в состоянии терпеть. Да что там, его просто корежило от любопытства! Я подтолкнула футляр к коленям Рейно и трагическим шепотом произнесла:

— Открывайте, только не сейчас…

— А когда?

— Когда я отойду на безопасное расстояние! — Конец фразы застал меня уже у двери.

— Теперь можно? — Рейно смотрел на меня с веселым снисхождением.

Я (на всякий случай) приоткрыла входную дверь, прикинула расстояние от себя до Рейно и от Рейно до футляра — и дала отмашку.

— Теперь можно…

О, с каким вожделением он схватился за крышку! Как зачарованная, напрочь позабыв об опасности, которая исходила от ножа, я наблюдала за ним. Наконец Рейно снял крышку и вытряхнул нож. И несколько секунд безтыолвно взирал на смертоносные совершенные линии, на точеные лепестки и на упрямый лоб бога Ваджрапани… — Нет, — едва слышно прошептала я. — Нет… Только де делайте этого… Нет…

Но было поздно. Рейно не слушал меня. А Нож… Нож змеей скользнул в объятья его ладони.

Черт возьми, он был в этих объятьях всегда… Он был создан для руки.

Рейно медленно повернул голову ко мне. И улыбнулся. Нож, который нашел приют в его руке, улыбнулся тоже. Бледным, жаждущим крови лезвием. Все так же медленно Рейно поднялся с колен и двинулся в мою сторону.

Он двинулся в мою сторону, а у меня даже не было кота-защитника Идисюда!

Я отступила на шаг, потом еще на шаг… До входной двери не так уж далеко, выбежать я успею. Какое счастье, что мне не придется тратить время на открывание замков… Какое счастье, что я — умная Маня! — вовремя подготовила пути к отступл…

Сделав еще один шаг назад, я зацепилась ногой за диванный валик — и рухнула на пол.

Сколько драгоценных секунд я потеряла? Одну, две, пять?..

Но этих секунд с лихвой хватило, чтобы Рейно… нет, чтобы Нож… склонился надо мной. Издав какой-то нечленораздельный звук (господи, неужели это мой собственный голос?!), я зажмурилась.

Вот оно.

Баста. Каюк. Финита ля, как любил говаривать покойный Стас Дремов. Что ж, соскучиться по мне он не успеет. И Олев Киви — тоже… Там мы все и встретимся, в захламленном аду, среди новеньких тефлоновых сковородок…

Вот только почему он медлит?..

— Не ушиблись? — раздался прямо надо мной голос Рейно.

— Что?

— Я спрашиваю — не ушиблись?

Я несмело открыла один глаз. Потом — второй.

Рейно стоял прямо надо мной с Ножом в руках. И улыбался…

— А… — выдохнула я.

— Давайте руку.

— А почему… почему ничего не произошло?

— А что должно было произойти? — Рейно посмотрел на меня заинтересованно.

— Вы должны были… — я запнулась.

— Что?

— Вы должны были… почувствовать непреодолимую тягу к убийству… Вы должны были захотеть меня убить…

Рейно присел на злополучный диванный валик и поиграл ножом.

— Вы правы, Варвара. Иногда меня так и подмывает вас убить. Дать вам piki nupp [42] чем-нибудь тяжелым. Но это только когда вы порете чушь и пугаетесь у меня под ногами.

— А сейчас?

— Не больше, чем всегда, — Рейно даже не смотрел на меня. Он внимательно изучал физиономию Ваджрапани.

— Подождите… Разве у вас не было даже намека на порыв… на помутнение? Разве вы не хотели… вы не хотели воткнуть нож в человеческое тело?

— Вы, русские… Вы меня удивляете! Вы действительно азиаты… Кровожадные азиаты… Как можно находить прелесть в кровопускании?

Вот это да! Нож, вступивший в сговор с флегматичным эстонцем, обвел меня вокруг пальца. Он усмирил свою сущность и в этот раз явился миру кротким приспособлением для резки овощей. Но смириться с этим вот так, просто, я не могла…