Корабль призраков - Платова Виктория - Страница 107

Ничего. Что и требовалось доказать.

Можно уходить, Ева. Твоя совесть чиста.

Впрочем, я была почти уверена в таком исходе дела. И все равно почувствовала легкий укол разочарования. Должно быть, записка утеряна для меня навсегда, и придется искать другие пути. Завтра, нет, уже сегодня Антон расскажет обо всем Максу (странно, что он до сих пор не сделал этого); он прав – одна голова хорошо, а две лучше…

А сейчас нужно уходить отсюда, иначе холод проберет тебя до костей…

Я уже взялась было за ручку двери, когда какой-то глухой звук в самой глубине трюма остановил меня. Живые звуки здесь, в этом холоде, – это было, по меньшей мере, необычно. Наплевав на свой страх и желание поскорей уйти отсюда, я двинулась на звук, проклиная свое любопытство. Когда я добралась до источника в самом дальнем, почти неосвещенном углу, то едва не сплюнула себе под ноги от досады.

Чертова коробка.

Она упала с самого верха тяжелой коробочной пирамиды, на ходу снесла еще несколько и ударилась об пол, – и именно этот звук испугал меня. Я повернулась, чтобы уйти, но вдруг под одной из нижних, снесенных коробок заметила такое, что чуть не закричала от ужаса. Под коробками явно просматривался кончик ботинка. Плохо соображая, что делаю, я принялась сбрасывать коробки, которые валились на пол с угрожающим стуком: весь трюм был уже набит этим стуком до отказа. Но когда я добралась до самого основания пирамиды…

Когда я добралась до самого основания пирамиды, то увидела еще одно тело.

Это был Лаккай.

Замерзший Лаккай с черным от крови животом.

Я упала перед ним на колени и несколько минут не могла пошевелиться. А потом достала из кармана зажигалку – света тусклой лампочки, мерцающей где-то на другом конце вселенной, не хватало – и поднесла ее к телу. На лице Лаккая застыло выражение удивленного ужаса. Может быть, именно об этом выражении и говорил Макс…

Макс… Макс…

Рубаха на груди Лаккая была расстегнута, я поднесла к ней зажигалку…. и увидела то, что так долго, так безнадежно искала.

Татуировка, обрамляющая большое родимое пятно. Черепаха!

Татуировка оказалась именно такой, какой я ее себе и представляла. Представляла сотни раз, и вот наконец увидела… Трюм поплыл у меня перед глазами. Я не понимала ничего. Маньяк, который убил свою последнюю жертву только сегодня ночью, – маньяк сам был мертв уже несколько дней. Но мертвый не может убивать. Значит… Значит, кто-то другой… Как сказал тогда Андрей в кают-компании – “под шумок”. Списать на другого свои преступления – блестящая идея. Но тогда…

Тогда чья это идея?

Кажется, я сказала это вслух.

И тотчас же услышала редкие медленные аплодисменты, эхом прокатившиеся по трюму. Замирая от безотчетного ужаса, я повернула голову.

Передо мной стоял Макс.

Макс в своей любимой черной майке. Он смотрел на меня и ласково улыбался. Даже шрам на щеке улыбался мне.

– Вот ты и нашла своего серийного убийцу, Ева, – сказал Макс. – Ты так хотела найти его. И ты его нашла. Ты раскрыла преступление… Что еще нужно для полного счастья?

– Макс…

– Теперь ты можешь быть удовлетворена. На некоторое время. Очень короткое. – Макс довел свою улыбку до совершенства. До абсурда. – Очень короткое. Уверяю тебя.

– Макс… Я не понимаю ..

– Ну… Девочка. Что за игры? Все ты прекрасно понимаешь.

Теперь все становилось на свои места. Макс нашел папку, когда провожал меня в каюту в тот вечер… Он остался возле двери и подождал, пока я вырублюсь. Может быть, он и не искал ее, скорее всего не искал – просто рылся в вещах… А когда она попала в его руки… Он пошел тем же путем, что и я. Вычислить маньяка в душе, куда ходят мыться хотя бы раз в день, не составило труда… Или был какой-то иной путь?.. Теперь уже все равно, меня ничего не спасет. Но почему он убил их всех – именно этих людей… С Мухой все более или менее ясно, он – визитная карточка маньяка, он – прямой след… Но все остальные… Я больше никогда не получу ответа ни на какие вопросы…. Я никогда не войду в дом, который построит для меня Антон, я никогда не буду носить его фамилию, и детей у нас не будет никогда… Я потеряла его, даже не успев толком найти.. Бедный Антон, он так расстроится, когда проснется…

– Зачем вы сделали это. Макс?

– Скажем так, из соображений высшей целесообразности.

– Вы… Вы намерены продолжать?

– Ну, у меня в запасе еще неделя. Посмотрим. Сегодняшней жертвой, например, будешь ты. Исчезнешь так же, как и этот тип. Лаккай. Мерзость… Но никогда не думал, что и кровавые маньяки умирают так же, как и все остальные… Даже еще незаметнее. Считай, что сделал богоугодное дело.

Господи, почему он гак страшно улыбается?

– Зачем вы убили их. Макс? Это бессмысленное убийство.

– Убийство никогда не бывает бессмысленным. Это первое, что ты скажешь Господу Богу, когда перед ним предстанешь. Очень скоро, заметь. И передашь привет от меня. Думаю, что мы с ним никогда не увидимся.

– Зачем вы убили их?

– А кто тебе сказал, что я хотел убить именно их? Это шестерки в колоде. До тузов я еще не добрался.

Теперь все становилось на свои места. Он может убить всех по очереди и списать все на сумасшедший корабль. Или на маньяка. В зависимости от того, какой версии он будет придерживаться. А главная дичь, ради которой и затеяна вся охота, – главная дичь еще жива. Теперь я знаю схему, но уже никому не смогу о ней сообщить…

– Вы убьете того, кого действительно хотите убить, а потом спрячете главное убийство в ряду всех остальных, как птицу среди птиц… Или как кошку среди кошек… Или как…

– Как тюленя среди тюленей, – смеясь, закончил он. – Умная девочка. Я подумаю над этим. Жаль, что приходится так расставаться. Ты мне нравилась. Устойчивая психика. И с нервами в порядке.

– Куда делся экипаж? – спросила я только для того, чтобы немного потянуть время. Я увидела на полу то, что не спасало меня. Не спасало, но давало призрачный шанс на спасение.

– Ты бы очень удивилась, если бы узнала, куда он делся. И восхитилась красотой замысла. Жаль, что такая хорошая идея гикнется, не развившись…

– И все-таки…

– Не скажу. Поломаешь над этим голову в райских кущах. Будет чем заняться. У тебя впереди целая вечность. – Ему нравилось пугать меня. Интересно, на сколько его хватит?