Выйти замуж любой ценой - Полякова Татьяна Викторовна - Страница 53

Я слабо промычала, надеясь привлечь его внимание, но Протасову было не до меня. Любитель огурцов, обнаружив его в опасной близости, попытался вскочить, Платон рявкнул:

– Руки на стол!

Мужик суетливо выставил руки, а Протасов подхватил табурет, на котором совсем недавно сидел Миша, и огрел моего похитителя по голове. Голова упала на столешницу с громким стуком. Платон запер дверь на ключ, сунул пистолет за пояс джинсов и только после этого бросился ко мне. К тому моменту я уже толком не знала, чего мне больше хочется: обнять его со слезами счастья, радуясь его появлению, или дать в ухо за то, что его не было так долго.

– Солнышко, – прошептал он, прижав меня к груди и целуя мои волосы. Я вновь замычала, причем довольно злобно, и он наконец-то выдернул кляп.

– Где тебя носило? – рявкнула я, решив не впадать в крайности. Протасов с сожалением посмотрел на грязную тряпку в своей руке, и я, заподозрив, что вновь могу лишиться способности говорить, напомнила себе, что кроме кнута есть еще и пряник. Слезы покатились по моим щекам, а я пролепетала: – Я так люблю тебя…

– Солнышко, испугалась? Ничего не бойся, я с тобой… – Платон Сергеевич покрывал поцелуями мое лицо и теперь трещал без умолку: – Прости меня, любимая… Ты неверно истолковала мои слова, когда я сказал, что нам не стоит торопиться. Я только имел в виду, что мы могли бы рассмотреть другие варианты. Свадебных салонов в городе много… А хочешь, купим тебе платье в Милане? Или в Париже?

– Хочу, – кивнула я. – И в Париже, и в Милане. А сейчас, может быть, ты меня развяжешь?

Он наконец-то снял с меня путы, мы счастливо обнялись и поцеловались. А я задала вопрос, который очень меня интересовал:

– Как ты меня нашел?

– Я тебя и не терял, – засмеялся Платон. – Бросился за тобой, но ты успела войти в лифт, и я спустился в паркинг за машиной, решив перехватить тебя на улице. Я как раз свернул за угол дома, когда увидел, как двое типов запихивают тебя в «Жигули». Честно говоря, я даже немного растерялся от такой наглости. В нескольких метрах от дома, на глазах прохожих… Кстати, никто особого внимания на это не обратил… Парни рванули с места, и я, конечно, за ними. Сначала хотел позвонить в полицию, но потом решил, что сам справлюсь. Вот так мы здесь и оказались.

– Здесь – это где? – уточнила я.

– Ковровый переулок рядом с водонапорной башней.

Старая водонапорная башня, считай, в центре города, но места тут не обитаемы. Деревянные дома девятнадцатого века горели и ветшали, и на их месте возникли пустыри с кучами мусора. Отцы города давно собирались разбить в переулке парк, но не собрались, парк не торговый центр, и руки до него не доходили. В общем, бомжатник в центре города.

– Тебя на руках из машины вынесли, – продолжил рассказ Протасов. – Я заметил пистолет у одного из этих типов, за ремнем джинсов торчал. К сожалению, они успели скрыться в доме, дверь заперта, окна заколочены. Я отогнал машину на соседнюю улицу, бегом вернулся сюда… Надо было принять решение: звонить в полицию или дождаться удобного момента. На всякий случай я вооружился поленом, тут мимо проехала машина, и показался этот придурок… Дальше ты знаешь…

– Платоша, они говорили о каком-то менте, – торопливо предупредила я. – Он у них главный, наверное, мент – это кличка…

– Наверное, – кивнул он и задумался. – Прежде чем звонить в полицию, задам-ка я нашим друзьям несколько вопросов.

А похитители тем временем уже начали подавать признаки жизни: один заворочался, другой покряхтывал.

– Надо их связать, – забеспокоилась я и устремилась к Мише с путами в руках, еще несколько минут назад стягивавшими мои руки и ноги. Протасов намеревался мне помочь, но его отвлек телефонный звонок.

– Номер скрыт, – сказал он мне с некоторым недоумением и ответил на вызов, сделав мне знак молчать. Я тут же припала к телефону с другой стороны и услышала мужской голос, нарочито хриплый и низкий, таким голосом обычно говорят медведи на детских утренниках.

– Платон Сергеевич, добрый день.

– Кто вы? – спросил Протасов.

– Мое имя вам знать ни к чему. Скажите-ка лучше, во сколько вы оцените жизнь вашей девушки?

– Какой девушки? – брякнул Протасов, вызвав мой гневный взгляд. Звонивший весело засмеялся.

– Ах, ну да. У мужчины вроде вас не одна девушка, и даже не две… – тут я показала Протасову кулак, а он закатил глаза, прижав свободную руку к сердцу: мол, никаких девушек. – Выходит, у Ирины Петровны не так много шансов…

– Что с ней? – резко спросил Платон Сергеевич. – Она у вас?

– Она у нас, и я готов расстаться с ней, скажем, за сто тысяч евро. Невелика сумма, верно? Но деньги нужно доставить уже сегодня.

– Я хочу поговорить с Ирой.

– Поговорите. В следующий раз, когда будете получать инструкции. Сто тысяч должны быть у вас… через три часа. Всего доброго.

Дядя отключился, а мы с Протасовым уставились друг на друга. Однако наше внимание привлек один из пленников, тот, что схлопотал табуретом. Завозился активнее и даже поднял голову, связать я успела лишь его руки, и то не особенно надежно. Протасов ухватил его за ворот футболки, помог приподняться и привалиться к стене, сам сел на табурет, достав из-за ремня джинсов оружие и сунув его под нос парню. Тот дернулся, как от нашатыря, и часто-часто заморгал.

– Рассказывай, – предложил Протасов.

– Чего рассказывать? – заголосил парень. – Я вообще не при делах. Мишка попросил помочь, обещал десять тысяч. Мне деньги сейчас до зарезу нужны.

– Мне тоже. А что Мишка хотел от тебя?

– Хотел? А… девку сюда привезти. Ему мент велел. Просто привезти, а уж потом он скажет, что с ней делать.

– А что за мент? Фамилию знаешь?

– Нет. Откуда? Это Мишкин знакомый, а я вообще не при делах, недавно как освободился… Мишка мента боится. Сволочь, говорит. Держит его сами знаете за что. Если верить Мишке, мент отмороженный, запросто пристрелить может. Больше ничего не знаю. Девчонку мы не трогали. Отпустил бы ты меня, а?

– Возможно, и отпущу, – кивнул Протасов, перебрался ближе к Мише и попытался привести его в чувство, раза два ударив по щекам, потом тряхнул как следует, и тот чудесным образом ожил. Пистолет, маячивший перед носом, ему очень не понравился. Кстати, Протасов врагов успел обыскать, у второго похитителя оружия не оказалось, на дело они пошли с одним пистолетом на двоих, и того теперь лишились. – Я задаю вопрос и считаю до трех, – голосом героя боевика заговорил Платон Сергеевич. – Не ответишь быстро и четко, ломаю палец. Это для начала. Нервы у меня ни к черту, начну стрелять, потом не жалуйся. Итак, фамилия мента?

– Не знаю.

– Тогда откуда знаешь, что он мент?

– Арестовывал он меня. Но фамилии я не помню. – Протасов схватил Мишину ладонь, прижал к полу и шваркнул по ней пистолетом. – Ей-богу, не помню, – дурным голосом завопил Миша. – Давно это было, пять лет назад. – Последовал еще один удар. Миша подпрыгнул, а потом обреченно головой покачал. – Слух про него есть, что с ним лучше не заедаться. Мне дружок сказал, мент совсем отмороженный. Два дня назад он меня возле дома ждал. Говорит, дело есть. Вчера позвонил, встретились в «Макдоналдсе», он мне фотку передал, вот ее, – кивнул Миша в мою сторону. – Адреса, где она может быть, а еще пистолет. Велел девку спрятать в надежном месте.

– Так как фамилия мента? – ласково спросил Платон Сергеевич.

– Не знаю, – упрямился Миша. – Ни фамилии, ни имени. Деньги обещал хорошие… Я подумал, один не справлюсь, вот Вовку и позвал. Одному как-то стремно…

Платон убрал оружие, к моей большой радости, и наконец-то связал пленников. У него это получилось куда лучше, чем у меня. Злодеи сидели спиной друг к другу, вытянув ноги и с беспокойством наблюдая за нами, гадая о своей участи. Я тоже гадала. С моей точки зрения, давно пора вызвать полицию, а не устраивать допрос с пристрастием. Я намеревалась сказать Протасову, что он выпендрежник, но сказала:

– Я тобой восхищаюсь. – В ответ он меня поцеловал, заметно приосанившись. Примеряет роль героя. Ладно, пусть немного подурачится.