Феечка. Еще один разговор о любви (СИ) - Польская Мари У. - Страница 59

Феечка отправилась к пруду, где любила сидеть, наблюдая за гонками жуков-водников, но уже после пяти минут ей здесь показалось скучно и неинтересно. День тянулся и тянулся, как смола на огромной сосне. И если в смоле Алечка ни разу не пачкала своих крылышек, то вязкий день незаметно опутал ее своей бессмысленностью. И вот в тот момент, когда она смотрела на уходящее, наконец, светило, мечтая, что ночь принесет ей забвение, ее позвали. Нет не так… ЕЕ ПРИЗВАЛИ!

— Алисиэль!

Настоящее имя прозвучало набатом. Алечка заметалась, будто пойманная в невидимые сети.

— Алечка, что произошло? — рядом порхала Силь, не понимая, что случилось с ее воспитанницей, отчего она беспомощно машет крылышками, отчего в глазах ее страх и отчаяние.

— Силь, — голос феечки умолял, — помоги! Меня ПРИЗВАЛИ!

Глаза наставницы округлились. Она сделала круг над бьющейся Алечкой и ухватила ее за руку.

— Алисиэль!

— Ты слышала? — Алечка посмотрела на наставницу.

— Нет! — та только покачала головой.

— Но я-то слышу! — голосок дрожал.

— Значит, это кто-то, кто узнал твое настоящее имя!

— Но это же… это же… — Алечка столько слышала о рабстве для феечек. Такое случалось, но очень редко. Свои имена феечки не говорили никому.

— Может быть, все обойдется?

— Алисиэль! — в третий раз позвал грозный мужской голос.

Алечка еще трепыхнулась и пропала. Силь взмахнула руками и заплакала.

Она оказалась в огромной холодной мертвой комнате. Такие, как она слышала, строили себе смертные. Из камня… Здесь все было непривычным и большим. Гладкая поверхность… Она потрогала ее — из дерева, мертвого и блестящего. А вот это — книга… Пропахшая сыростью и пропитанная пылью. Алечка несмело взмахнула крылышками и поднялась чуть выше. Взгляд ее скользнул по черному камзолу, белой рубашке, длинным раскиданным в беспорядке косичкам.

— Алечка, — теперь голос уже не казался грозным, даже скорее, радостным, нетерпеливым, но феечке от этого было не легче. Она внимательно посмотрела на его обладателя. Было в нем что-то знакомое… Фея застыла, не отводя взгляда от синих глаз.

— Это вы меня звали? — она старалась говорить спокойно, чтобы не выдать своего страха.

— Алечка, родная моя, я должен тебе все объяснить… — мужчина, а это был явно эльф, говорил быстро, будто боясь, что она не дослушает его.

— Простите, господин… — она перебила его и склонила голову набок, — вы говорите так, будто мы знакомы. Но я не знаю вас. Может быть, вы ошиблись.

Он замер, кажется даже забыв дышать.

— Что они с тобой сделали? — в голосе раздражение и ярость.

— Кто? — не поняла Алечка.

— Богини!

— Богини? — удивилась фея, даже не зная, что сказать.

— Тебя лишили памяти? Да?

— Я не понимаю, о чем вы… — Алечка испугалась. Голос мужчины прозвучал с такой злостью, что заставил ее сжаться.

— Ты помнишь Фрея? А Крега? А меня, Рея?

Алечка удивленно хлопала глазами. Мужчина застонал, обхватив голову руками.

— За что, о, Богини? — он уронил голову на руки. — Вы же знаете, что я люблю ее, вы видели, зачем я это сделал! Почему вы не дали мне возможности просто с нею поговорить?

Алечке стало жаль этого мужчину, такого большого и такого беспомощного. Она осторожно оглянулась, поправила пышную юбочку своего платьица и осторожно подлетела к эльфу.

— Простите, вам плохо?

Он так резко вскинул голову, что Алечка испугалась, взмахнула руками и нелепо затрепетала крылышками, пытаясь отлететь на безопасное расстояние. Но мужчина, на удивление улыбнулся, хотя как-то печально.

— Мне хорошо, — тихо произнес он. — Я рад, что вижу тебя!

Алечка вновь списала его слова на неустойчивость психики смертных.

— Иди ко мне, — он поманил Алечку пальцем и раскрыл ладонь, приглашая ее.

Феечка машинально потрясла головой.

— Ты меня боишься? — он, будто отвечая сам себе, качнул головой. — Зря. Я тебя не обижу! Никогда! Клянусь Богинями!

Алечка осторожно приблизилась и ступила на его просто огромную ладошку.

— Зачем вы вызвали меня? — она решила поговорить напрямую с тем, кто знает ее настоящее имя.

— Я просто не могу без тебя жить! — он опустил подбородок на гладкую поверхность стола. Теперь его глаза были вровень с личиком Алечки.

— Я не понимаю, о чем вы говорите… — начала было феечка, но мужчина ее перебил.

— Зови меня Реем, ладно, — он дождался ее утвердительного кивка. — Скажи мне, Алечка, а что ты делала вчера?

— Я…я… Я болела, — она просто этого не помнила.

— И позавчера? — она кивнула. — И последние месяца три? Верно?

Алечка нахмурилась. Она не понимала, к чему ведет этот странный Рей.

— Так вот, Алечка, ты — не болела, ты была здесь, среди смертных. Разве ты не помнишь, как влюбилась, как попросила Богинь дать тебе человеческое тело, как путешествовала вместе со мною.

— Этого не может быть… — уверенности у Алечки не было. Тем более что день Явления она плохо помнит. К тому же, много черных пятен и в предыдущих воспоминаниях.

— Может, Алечка, может… — он вдруг протянул палец и легко коснулся ее волос. — И я предал тебя!

Феечка вздрогнула…

— Я торопился, чтобы попросить прощения, но не успел. Богини вновь сделали тебя феечкой… Но теперь я все тебе расскажу…

— Простите, Рей, — феечка решила взять инициативу в свои руки, — что вы намереваетесь со мною сделать?

— В каком смысле? — Рей растерялся.

— Ну вы же знаете мое настоящее имя, — голос все-таки предательски дрогнул, — и… и…

Слово «рабство» она произнести не смогла.

— Алечка, любимая, я использовал твое имя, потому что совершенно отчаялся. Я не собираюсь вредить тебе. Просто я хочу, чтобы ты всегда была со мной, даже если ты феечка. Пожалуйста…

— Я не смогу жить вне волшебной страны, — на глазах феечки показались слезы.

— Тогда ты просто приходи ко мне… — он произнес просьбу таким жалобным голосом, что не выполнить ее было бы грешно.

— Рей, но я не могу. Мы появляемся в мире смертных, только если нас призывают.

— Тогда, с твоего позволения, я буду тебя призывать… Ты ведь позволишь?

Алечка нерешительно кивнула головой.

— Спасибо, моя красавица… — его глаза лучились радостью. — А я буду рассказывать тебе, как ты здесь жила. И, если позволишь, приглашу сюда тех, кто очень хочет тебя видеть.

Феечка с таким недоумением взглянула на него, что Рей не удержался и рассмеялся.

— Да-да! Ты обзавелась здесь на удивление преданными друзьями. Они, кстати, здесь, недалеко… Вернее, это я у них. Тебя ловил… Ну что? Я зову твоих друзей?

— Я не знаю… Я же их не помню…

— Ты их заново полюбишь! — он отвернулся и крикнул. — Лисса!

В комнату нетерпеливо вбежала маленькая девочка с жемчужными волосами. Та самая, которую Алечка видела утром.

— Алиса, — она подбежала к столу и со счастливой улыбкой вцепилась в край стола. Он как раз был ей до подбородка. — Алиса, я без тебя так скучала…

— Алиса? — до меня вдруг стало доходить, кого искала эта девочка, и почему мое зеркальце отражало меня.

— Я не успела сказать тебе, что не только папу люблю, тебя тоже! И так холошо, что ты фея! Это ты мне папу нашла, потому что я вела себя холошо и тебя долго плосила… А тебя можно поцеловать?

Лисса Алечке явно понравилась:

— Давай лучше я тебя поцелую, — она легко вспорхнула и, подлетев к девчушке, чмокнула ее в щечку.

— А меня? — обиженно протянул Рей. Алечка испуганно на него посмотрела. — Я шучу!

После Лиссы в комнату вошел Фрей. Он был более сдержан в своих чувствах, и, тем не менее, радости своей не скрывал.

— Солнышко мое, — наконец сказал Рей, — ты устала? Тогда возвращайся домой, а завтра я снова тебя призову. Мне нужно многое тебе рассказать!

Алечка радостно кивнула и в мгновение оказалась в своем домике в волшебной стране. Ее тот час же окружили подружки во главе с Силь. Они жужжали на все голоса, выспрашивая, что же случилось и зачем ее, Алечку, кто-то призывал.