Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Рождественский Роберт Иванович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе - Рождественский Роберт Иванович - Страница 135

135

Изменить размер шрифта:

«Подступала поэма. Она изводила меня…»

Подступала поэма.

Она изводила меня.

То манила доступностью легкой,

а то – не давалась.

Подступала поэма.

Звучать начинала, дразня.

А потом

за границами голоса

вдруг оставалась…

Если я уезжал,

то она меня честно ждала,

терпеливо ждала

на ступенях у самого дома.

Подступала поэма.

Невнятной и точной была.

Сумасшедшей и невозмутимой.

Жестокой и доброй…

А однажды приснилось мне:

я нахожусь на посту.

И ночная дорога,

как пеной,

туманом закрыта.

Вдруг почувствовал я,

как приходит

в мою немоту

ощущение ритма,

звенящая яростность

ритма!

Этим медленным ритмом

я был, будто льдами,

затерт.

Он во мне тяжело нарастал,

колыхаясь и зрея…

– Кто идет? —

закричал я.

– Стой!

Кто идет?..

И услышал спокойный ответ:

– Время.

«Не навреди, эскулап…»

Не навреди, эскулап,

истомленному хворью,

не запятнай равнодушьем

стерильный халат.

Совесть твоя

да наполнится

страстью живою!

Да не останется фразою

твой Гиппократ!

Пусть эта клятва продолжится

в дне заоконном,

пусть возле самого сердца

забьется в груди.

Необходимостью станет.

И станет законом:

«Не навреди, человек, человеку.

Не навреди!»

Остановись

и прислушайся к странному грому,

этот большой и забывчивый

век

огляди.

Женщине,

хлебному колосу,

шару Земному —

даже во славу,

даже во имя —

не навреди!

Не навреди, человек,

ни березе,

ни морю,

влажной тропинке

и птице,

летящей во тьму.

Вместе со всею своею

немыслимой

мощью

не навреди ненароком

себе самому…

Не обольщайся

цифирью немедленных выгод,

реки корежить

и горы срывать погоди.

Вместо того,

чтоб, не думая,

что-то воздвигнуть,

лучше остынь и подумай.

Не навреди…

Я понимаю

размах озорного азарта,

силу твою понимаю,

но, как ни крути,

если ты веришь,

что жизнь

не окончится завтра,

собственным внукам и правнукам

не навреди!

Не навреди и сегодняшним

детям и листьям.

И, оставаясь достойным

пути своего,

не навреди никому —

ни далеким,

ни близким.

Близким – особенно.

Это ведь

проще всего.

Ветераны в школе

Встречает ветеранов музыка.

Всем пенсиям наперекор,

они ведут

«Уроки мужества»

в обычных классах средних школ…

Вновь – танки!

Снова грохот дизельный.

Блиндаж в обугленном леске.

И друг —

еще живой,

единственный! —

лишь капля крови

на виске…

А в классе

время перепутано.

А в классе

тихо и светло.

И смотрит ветеран,

как будто бы

жалеет,

что оно прошло —

то

побежденное отчаянье,

тот

пулеметный перестук.

И сон в снегу.

И грязи чавканье.

И —

никаких тебе простуд!..

Там небо

от разрывов морщилось,

смертельная

кружилась мгла…

Но там была еще и молодость.

Прекрасной

молодость была!

Ведите дневники

Есть толк

в корявых строчках,

законам вопреки…

Ведите дневники

на самых главных стройках!

Пусть эта блажь в судьбе

вам будет наказаньем.

Но

о самих себе

должны сказать

вы сами!..

В горах и у реки,

в болотах и пустыне

ведите

дневники,

не думая о стиле.

От городов вдали,

равняя

слово

к слову,

ведите,

как вели

дорогу к Самотлору…

Нельзя повременить.

Усталость не кляните.

Ведите

эту нить,

не обрывайте

нити!..

На просеке лесной,

где каждый пень —

как бивень,

сражается с сосной

безусый рыжий Пимен.

Он должен торопиться.

Он плачет от мошки…

Не дрейфьте,

летописцы, —

ведите дневники.

В блокнотике простом.

Без выдумки и позы…

Когда-нибудь потом,

потом,

намного позже

слова, как хлеб,

взойдут

спокойно и бессмертно.

Они

приобретут

всесилье

Документа.

И будет вечной связь…

Перешагнув пороги, —

усталый

и негромкий

не смолкнет

голос ваш.