Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Рождественский Роберт Иванович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе - Рождественский Роберт Иванович - Страница 107

107

Изменить размер шрифта:

Спортсмены возникают,

вырастая

из тренера,

как ветви из ствола…

Час грянул!

Чемпион —

на пьедестале!..

А тренеру —

негромкая хвала.

К нему подходят,

руку жмут до хруста:

«А твой-то, твой!..»

«Спортсменище!..»

«Орел!..»

И тренер

головой кивает грустно.

Как будто потерял —

не приобрел.

Как будто помогал ему Всевышний.

Как будто не исполнилась мечта.

И кажется обыденной,

привычной

невиданная эта

высота…

Его питомец замер,

задыхаясь,

в сиянье золоченого венца…

Вновь тренеру —

терпя и чертыхаясь —

вести по жизни нового мальца.

Вновь чувствовать,

что в молодость вернулся.

Шептать неулыбающимся ртом:

«Ты выиграешь…

Только не волнуйся!..»

И знать,

что под рукою —

валидол.

Репортаж о лыжной гонке

В. Веденину

Бесконечен этот тягун,

как дорога

в неблизкий свет.

За твоей спиною

сквозь гул

потрясающе

катит швед!..

Ты выигрываешь у него

полсекунды,

пол-ерунды!..

Крут подъемище.

Кто – кого.

Или —

он тебя.

Или —

ты…

Стала нашей

твоя судьба.

Слезы встали у самых глаз.

И у нас к тебе —

не приказ.

И не просьба —

одна мольба:

ты выигрываешь —

прибавь!

Ты выигрываешь —

нажми!

На мгновенье прильнув, припав, —

хочешь, —

наши силы

возьми!..

На!

Зачем нам теперь они?!.

Ты —

пожалуйста —

добеги.

Дотерпи, родной!

Дотяни.

Достони.

Дохрипи.

Смоги.

Через все чужие:

«Ни в жизнь…»

Через все свои:

«Не могу…»

Ну еще!

Еще продержись!!.

…Ох, как жарко

на этом снегу!..

Фигурное катание

Фигурное катание!

Цветная чехарда.

Зазывное,

фатальное

похрустыванье льда…

К премьере

мир

готовится —

билетов не проси…

И разговор о тодесе

ведет шофер такси.

Оценивает заново

пробежки

и витки…

Вновь

от тройного сальхова

бледнеют

знатоки!

Преображаясь в солнышко,

в метелицу,

в юлу —

опять

танцует Золушка

на сказочном балу.

Вникая в действо оное

четвертый час подряд,

сто миллионов —

охают,

и только двое —

спят…

Фигурное катание!

Стихающий дворец.

Большое ожидание:

когда же,

наконец,

судейские горынычи

покажут в одночасье,

как попугаи рыночные, —

билетики

со счастьем.

Иероглифы

С.В. Неверову

Я в японский быт врастаю.

Интересный крест несу.

В иероглифах

плутаю,

как в загадочном лесу.

Иероглифы приветствий,

поворотов головы.

Иероглифы созвездий.

И безмолвья.

И молвы.

И луна —

как иероглиф.

И вдали от городов

иероглифы вороньих

перепутанных следов…

Тучи с неба опустились.

Дождь со снегом пополам.

Иероглифы гостиниц.

Иероглифы реклам…

Я гляжу, вконец продрогнув, —

рано

вынырнув

из сна,

на квадратный иероглиф

запотевшего окна.

Одеяла не помогут —

натяни хоть до бровей.

За окном

покорно мокнут

иероглифы ветвей…

И, наверное, для драки

ждет у старого моста

иероглиф

злой собаки

иероглифа —

кота.

«Не доставая до поручня…»

В. Овчинникову

Не доставая до поручня,

протопотала японочка.

Эхом,

намеком,

смирением.

Вздохом.

Иным измерением.

Самым началом движения.

Фразою

без продолжения.

Будто из отзвуков собрана.

Не рождена —

нарисована.

Даже —

едва обозначена.

Легкою кисточкой.

Начерно.

Скрылась,

пропала,

растаяла…

Тень ощущенья

оставила.