Рассветная бухта - Френч Тана - Страница 62

Он откопал где-то стремянку и поставил ее на площадке под люком. Я достал фонарик. Двери в спальни по-прежнему были приоткрыты, и я разглядел полосатый матрас Джека.

— Осторожней, — сказал Том, пролезая в люк. Над нами вспыхнул его фонарик. — Двигайтесь влево, понятно? Не стоит задевать эту штуку.

Капкан стоял на полу чердака, в нескольких дюймах справа от люка. Такие я видел только на картинках — прочный, мощный и огромный. Свет фонарика описывал дуги вдоль жутких зубьев. Одного взгляда достаточно, чтобы представить себе зловещий свист и грохот, с которым ломаются кости. Никто из нас не приблизился к капкану ни на шаг.

На полу лежала длинная цепь, которая шла от капкана к металлической трубе в одном из углов. Том поддел ее носком ботинка.

— Вот это, — сказал он, — ногозахватывающий капкан. Страшная штука. Если добавить пару евро, можно купить капкан, у которого «челюсти» смещены или снабжены мягкими прокладками, но этот — старая модель, без разных новомодных глупостей. Зверь лезет за приманкой, нажимает на пластину, и «челюсти» наглухо захлопываются. Через какое-то время животное умирает от потери крови, стресса или голода — разве только вы его вытащите. Зверь может отгрызть себе лапу, однако при этом скорее всего истечет кровью. Размах «челюстей» семь дюймов — с таким капканом можно хоть волков ловить. Ваш погибший не знал, на кого охотится, но, черт побери, настроен был серьезно.

— А ты что думаешь? — спросил я, жалея о том, что Пэту не хватило ума повесить на чердаке лампочку. Мне не хотелось отводить луч фонарика от капкана — казалось, он подкрадывается к вам в надежде, что вы ошибетесь и сделаете неверный шаг. С другой стороны, я не был в восторге от непроглядной тьмы по углам. — На кого он охотился?

— Так. Первый вопрос — это проникновение. Тут никаких проблем. — Том указал подбородком: в верхней части задней стены — над спальней Джека, насколько я мог судить, пятно тусклого серого света.

Теперь я понял, что имел в виду строительный инспектор: стена, похоже, просто оторвалась от крыши. Ричи выдохнул — наверное, это обозначало смех.

— Ты смотри, — сказал он. — Неудивительно, что строители не отвечали на звонки Гоганов. Дайте мне побольше кирпичей «лего», и я построю дом получше.

— Куницы — ловкие твари, — заметил Том. — Они без проблем перелезут через изгородь и заберутся сюда — если их привлечет тепло или запахи из кухни. Зверь вряд ли проделал такую дыру, но расширить ее мог. Видите? Верхний край отверстия, неровный, осыпающийся: обгрызенный утеплитель. Может, это сделали зубы и когти, а может — погода. Точно не скажешь. Вот здесь та же картина.

Луч фонаря скользнул вниз, мне за спину. Я едва не подпрыгнул от страха, однако Том всего лишь указал на потолочную балку в дальнем углу.

— Круто, правда?

Дерево было покрыто глубокими отметинами, которые шли параллельно друг другу, группами по три-четыре в каждой. Балку словно атаковал ягуар.

— Это могли сделать когти, какая-нибудь машина, нож или палка, утыканная гвоздями, — сказал Том. — Выбирайте.

Этот юнец раздражал меня своим расслабленным отношением к тому, что лично мне казалось очень серьезным. Хотя, возможно, меня просто злил тот факт, что всем моим подчиненным, похоже, лет по четырнадцать, а я сам не получил извещения о том, что мы набираем новых сотрудников среди скейтеров.

— Сынок, ты ж тут эксперт, — сказал я. — Ты здесь для того, чтобы сообщить нам свое мнение. Может, сам выберешь?

Том пожал плечами:

— Если биться об заклад, то я бы поставил на зверя. Правда, кто знает, был он тут на самом деле или нет. Возможно, отметины появились еще в ходе строительства, когда балку еще не обшили или когда она просто лежала на улице. Это логично: ведь царапины всего лишь на одной балке, так? Но если кто-то сделал их здесь, тогда ой. Видите пробелы между отметинами?

Он снова направил фонарик вверх.

— Между ними, типа, целый дюйм, так что это сделал не горностай и не норка, а здоровенная тварь с огромными лапами. Если погибший охотился за этой тварью, тогда такой капкан в самый раз.

Наш разговор злил меня гораздо сильнее, чем я предполагал. Невидимые углы чердака казались набитыми разной дрянью, я слышал еле различимое пощелкивание и видел крошечные красные глаза. У моих инстинктов вздыбилась шерсть на загривке, и они оскалились, сжались в комок, готовясь к бою.

— Тут есть еще на что посмотреть? — спросил я. — Или закончим беседу там, где мой счет за химчистку не увеличивается с каждой минутой?

Том слегка удивленно посмотрел на свою парку, которая, казалось, выдержала бой с комками пыли.

— Ой. Точно. Не, больше ничего интересного. Я поискал помет, волоски и материалы для строительства гнезда, но не нашел. Идем вниз?

Я спустился последним, не отводя луча фонарика от капкана. Мы с Ричи невольно отклонялись в сторону, чтобы держаться от него подальше.

Оказавшись на площадке, я принялся чистить пальто салфеткой. Пыль была мерзкой — коричневой и липкой, словно состояла из токсичных промышленных отходов.

— Итак, — сказал я. — Объясни мне, с чем мы имеем дело.

Том удобно устроился на стремянке и стал загибать пальцы.

— Ладно, мы остановились на куньих, да? Ласки в Ирландии не водятся. Горностаи есть, но крошечные, полфунта весом, не больше. Не уверен, что они могли шуметь так, как об этом писал ваш парень. Лесные куницы потяжелее, и они обожают полазить, но деревья растут только на холме, на краю залива, так что зверь оказался бы далеко от своего участка. И вообще я не видел тут следов лесных куниц. А вот норка… норка, пожалуй, подойдет. Они любят жить у воды, так что, — кивнул он в сторону моря, — тут самое оно, да? Норки убивают про запас, хорошо лазают, не боятся никого, в том числе людей, и, кроме того, воняют.

— И еще они злобные твари, — добавил я. — Могут спокойно напасть на ребенка. Если бы в твоем доме появилась норка, ты бы принял решительные меры, да?

Том неопределенно мотнул головой:

— Ну да, наверное. Они психованные — мне рассказывали, что одна напала на пятидесятифунтовую овцу, выела глаз и добралась до мозга, а затем перешла к следующей. За ночь убила пару дюжин. А если загнать норку в угол, она бросится на кого угодно. Но я не уверен, что мы имеем дело с норкой. Они ведь размером с крупную кошку, а то и меньше. Норке ни к чему расширять дыру, она ни за что не смогла бы оставить эти отметины, и такой капкан для нее не нужен.

— Все это несущественно, — сказал я. — По твоим словам, мы не можем предполагать, что именно животное проделало дыру или оставило следы на балке. Что же касается капкана, то погибший не знал, на кого охотится, вот и решил подстраховаться. Норку исключать нельзя.

Том взглянул на меня с легким удивлением, и я вдруг понял, что в моем голосе появились стальные нотки.

— Ага. Ну, то есть я же не могу поклясться, что тут вообще побывал какой-то зверь, так что все это гипотезы, да? Я просто говорю, какие детали чему соответствуют.

— Супер. И куча из них соответствуют норке. Другие варианты есть?

— Другой вариант — выдра. Море под боком, территории у них огромные, так что одна из них могла жить на берегу и считать дом частью своего участка. И еще они здоровые: два-три фута в длину и весят фунтов двадцать. Выдра могла оставить такие отметины, и ей, возможно, понадобилось бы расширять дыру. Они довольно игривые, так что вот вам и катающиеся предметы — если бы она нашла, например, подсвечник или детскую игрушку и принялась гонять ее по полу…

— Три фута, двадцать фунтов, — сказал я Ричи. — Бегает по дому, прямо над головой у детей. Такое напугает любого нормального, здравомыслящего парня. Я прав?

— Эй-эй! — безмятежно протянул Том, выставив руки вперед. — Притормозите. Это же не идеальное совпадение. Выдры метят территорию, да, но экскрементами, а их ваш парень не нашел. Я тоже ничего не увидел — ни на чердаке, ни под полом чердака, ни в саду.

Мы давно спустились с чердака, однако дом по-прежнему казался потревоженным, зараженным. Я подумал о том, какие здесь тонкие стены, и у меня начался неприятный зуд.