Лев Яшин - Галедин Владимир Игоревич - Страница 62

Итак: про пенальти Г. Т. Туранов в журнале «Спортивные игры» написал статью. Где указывал, что вратарь при пробитии одиннадцатиметрового должен смещаться влево, дезориентируя тем бьющего. Яшин, как вы помните, такое проделал в Швеции с австрийцем Буцеком. И теперь разъясняет старшему товарищу: «Когда я знаю, куда обычно форвард бьет, я ему приоткрываю другую сторону. Я его приглашаю бить в непривычный для него угол, это зарождает в нем сомнение, неуверенность, и он часто ошибается — либо ударит тихо, либо пробьет мимо. И это случается даже в том случае, когда нападающий догадывается о хитрости вратаря. Так, скажем, мне удалось выиграть поединки у Бурчалкина и Костича».

То есть он готовился и к ленинградскому тезке, и к югославскому Боре. И подготовка та напоминает наработки гроссмейстера перед шахматной партией. Он считал и анализировал, не имея под рукой комплексной научной группы с современным оборудованием. Сам. Будучи уже тем, кем и останется навек. Поскольку страшно любил футбол и очень хотел играть. В сборной — в первую очередь.

Хотел ли того же старший тренер Н. П. Морозов в той же степени? Трудный вопрос. Николай Петрович скончался, как известно, в 1981 году. Но и доживи он до наших дней — однозначного ответа, нетрудно догадаться, не дал бы. Слишком много накопилось, наслоилось. Чересчур много знающих и уважаемых людей высказалось — определенно. Причем потом. А Морозову необходимо было решать тогда.

Трагедии нет. Здесь драма. Яшин-то переживал, понимал, ощущал многолетним опытом: процесс пошел. И не ему навстречу.

В книге «Наедине с футболом» 1977 года Л. И. Филатов припомнит зиму 1966-го: «…Мы дожидались посадки в аэропорту Цюриха. Яшина узнал один пассажир, выразил ему свое восхищение, пожал руку, взял автограф. Пассажир заявил, что в дни предстоящего чемпионата мира в Англии будет смотреть все телевизионные передачи. „Я тоже“, — горько усмехнувшись, сказал вдруг Яшин. „Перевести?“ — спросил я. Он резко махнул рукой: „Не надо, не поймет“».

Не только чужеземец не понял бы тревоги Яшина. Да, это выглядело странно, не вязалось с его славой, с его заслугами. Однако это было сказано искренне: ему уже тридцать шесть, как знать, что ждет через полгода.

Через полгода всё окажется не так мрачно, но почему Яшин, понимающий ситуацию лучше всех, так пессимистичен в Цюрихе и не желает этого скрывать?

Прежде всего, неспешное продвижение Морозова к кандидатурам Банникова и Кавазашвили несложно разглядеть по уже изученному материалу. Виктору в начале 66-го — 27 лет, Анзору — 25. Всё это Лев Иванович прекрасно понимал.

Правда, в контрольных встречах, проходивших зимой и ранней весной в Бразилии и Чили, принимали участие все трое. Тех контрольных игр получилось достаточно много: тренерский штаб, руководимый, естественно, Федерацией футбола, избрал такую стратегию подготовки к Англии — через практику. Играли в основном с местными клубами. А в матче против сборной Чили 23 февраля (2:0) вышел, что, опять же, знаменательно, Кавазашвили. Впрочем, счет на том этапе смотрелся не самым важным обстоятельством. В результате «план» даже перевыполнили: всего при подготовке вместо двадцати семи встреч провели более тридцати.

Нас же интересует, разумеется, вопрос: кто станет первым номером.

Что примечательно, вопрос тот «живо трепетал» до последнего момента. Наберемся терпения.

15 марта федерация «принимает к сведению» доклад Н. П. Морозова о южноамериканской командировке. Затем последовало тренировочное турне по Югославии. Яшин там отстоял всего один тайм, заменив Кавазашвили 1 апреля: правда, против национальной команды хозяев. А 10 апреля в «Советском спорте» старший тренер выступает с определяющим заявлением. «Не всё шло гладко, как хотелось, — рассказывает он, — но первый расширенный вариант основного состава определить удалось».

В наши дни список кандидатов, без сомнения, предъявили бы общественности, а затем, не торопясь, со вкусом обсуждали. Тогда дело обстояло иначе. «Апрель, — продолжал тренер, — последний экспериментальный месяц. Опыты, однако, будут проводиться не со всем составом и лишь в тех звеньях, где есть слабости. Разумеется, возможны замены игроков при перемене тактического плана. Но это коснется двух-трех футболистов. В матчах со сборной Швейцарии (20 апреля) и сборной Австрии (24 апреля) претенденты в основной состав будут держать последний экзамен. Правда, мы планируем провести в Австрии еще два матча с клубными командами (27 и 29 апреля). Но 22 кандидата к тому времени определятся».

И что же? Со Швейцарией вышло 2:2 с Анзором Кавазашвили в воротах.

Крайне колоритным получился на этот раз снимок в «Советском спорте» 24 апреля. Точнее даже подпись: «Л. Яшин выступает в роли форварда, тренируя своего товарища по команде А. Кавазашвили». И комментариев не надо.

А про игру с австрийцами (победа 1:0) качественнее других расскажет Курт Частка, автор книги «От Заморы до Яшина»: «В советской команде блеснул вратарь Кавазашвили. Он действовал спокойно, решительно, и это благотворно влияло на защитные линии сборной СССР. Если венский зритель и был разочарован вначале отсутствием в воротах гостей Льва Яшина, то ушел в полном восторге от достижений его преемника» («Советский спорт», 26 апреля). Вновь — исчерпывающе. Заметим, Частка ценил Яшина, был знаком с ним, гостил у него дома. И тут не забыл упомянуть. А всё-таки — «преемник» Кавазашвили. Учитывая, что неудобных в начале 60-х австрийцев победили 1:0 и вратарь выглядел достойно, именно Анзор, нетрудно убедиться, должен был занять место Льва Ивановича в Англии. Руководство сборной к тому почти склонилось.

Нет, 27 апреля Яшин играет против клуба «Шварц-Вайс», который австрийцы решили вдруг усилить четырьмя сборниками и двумя футболистами команды «Ваккер». По-хорошему говоря, соорудили еще один вариант национальной сборной. Победа (2:1) осталась за СССР, хотя Штурмбергер из первой команды и открыл счет на 4-й минуте.

29 апреля во второй и заключительной игре в Австрии на поле появился Виктор Банников. К тому времени 22 человека основы Н. П. Морозов уже определил.

И 8 мая Кавазашвили тоже занял место в воротах. Тренировочный поединок состоялся не где-то за рубежом, что архиважно для дальнейшего, а на стадионе имени В. И. Ленина против ЦСКА. Армейцы, для справки, в 65-м стали третьими и представлялись перспективным коллективом с молодым Владимиром Федотовым на острие атаки. Однако это всё-таки не «Торпедо» и не киевляне. Да и вообще: все сильнейшие советские футболисты собраны в рядах главной команды. Они прошли жесткий отбор в заграничных поединках, где условия приближены к боевым. Перевес отобранных Морозовым мастеров должен выглядеть ощутимым, безусловным.

А вышло ровно наоборот. Сборная победила лишь 4:3, проиграв к тому же второй тайм. И такое за два месяца до главного старта четырехлетия! И на глазах родной публики, среди которой нашлось, ясное дело, место и для высокого руководства. Оно, руководство, по турне со сборниками не разъезжало, зато в Лужниках узрело воочию серьезную неготовность команды. Н. П. Морозова, естественно, снимать не собирались, но срочное укрепление вратарской линии встало обязательным условием. Три мяча в одной игре участникам финальной части чемпионата мира пропускать непростительно.

18 мая с Чехословакией на выезде играл Виктор Банников. Победили 2:1 при хорошем качестве, однако… Однако все понимали: шанс Яшину дать было просто необходимо!

И 22-го числа с бельгийцами Лев Иванович вернулся к своим обязанностям. Триумфально. Преувеличения нет. Почитаем прессу. Бельгийская «Драпо руж»: «Этот матч принес победу, которую блестяще игравший Яшин сумел удержать до конца». Еще из той же газеты: «Оба вратаря то и дело показывают большое мастерство, а за минуту до конца Яшин берет поистине неотразимый мяч». «Франс футбол» рассказывает о том, что «публика увидела Льва Яшина во всем его блеске». И продолжает: «В первом тайме он не мог проявить своего мастерства, так как подходящих случаев не было. Шедевром было то, как он парировал на угловой, казалось, неотразимый мяч, пробитый головой Хэнноном с подачи Пласкье». «Советский спорт» 24 мая чуть иначе расставил исполнителей: «Перед финальным свистком бельгийцы могли сравнять счет. Ван дер Бер, исполняя штрафной удар, перекинул мяч через „стенку“ на Пласкье. Тот принял его головой, направил в угол ворот. Казалось, гол неминуем. Но Яшин есть Яшин!»