Пленники судьбы (СИ) - Корнилова Веда - Страница 200

Одежда служителей храма Серых Змей… Это те, от кого любому, даже самому законопослушному человеку, следует держаться как можно дальше. Проще говоря, служители храма Серых Змей — это нечто вроде тайной стражи, послушное орудие в руках тех, кто ими управляет. Этих людей частенько привлекают для таких дел, как наведения порядка (в том смысле, как они это понимают), или же для наказание виновных. Служители этого почти что полностью закрытого для посторонних храма считаются хорошими воинами, но частенько действуют весьма жесткими методами. Обычно для них не бывает авторитетов, потому что при вступлении в тот храм люди дают обет безбрачия, и для тех, кто надевает на себя серых балахон, высшей честью является смерть во имя служения Великому Сету. Храмовники из храма Серых Змей считаются хорошими дознавателями, и жестокими инквизиторами, не подчиняющимися никому, кроме тех, кто стоит во главе храма Серых Змей. Понятно, что слава у этого ордена была соответствующая — с ними старались не связываться ни в коем случае…

В общем, лучшей маскировки придумать было просто невозможно. Нам невероятно повезло, что в этой кладовой отыскалось три балахона, правда, все они были старые и весьма истрепанные, а один, вдобавок ко всему, чуть ли не с дырами… Но выбирать не приходилось, тем более, что из пяти имеющихся в кладовой балахонов два были сшиты на людей совсем маленького роста. В таких только Москиту ходить, упокой Небеса его многогрешную душу…

Хм, а эти серые балахоны, и верно, очень действенны. То-то мне Койен сказал, что эту одежду смертельно опасно надевать тем, кто к храму Серых Змей не имеет никакого отношения. Наказание за подобную дерзость может быть только одно — смерть. Ну, это мелочи: по нашим делам в Нерге и без того меньшее не положено.

Мы шли по улице так, как обычно ходят служители этого храма: один — чуть впереди, двое остальных следуют за ним, по бокам, отставая всего на шаг. Три человека в сером, в низко надвинутых на лицо капюшонах, скрывающих внешность служителей… Не скажу, что прохожие от нас шарахались, но с дороги уходили сразу же, едва мы попадались им на глаза. Не бывает худа без добра: у нас появилась прекрасная возможность идти беспрепятственно, не боясь, что нас остановит стража или патруль. Так что нам осталось только благодарить дурную славу, окружающую Серых Змей…

Я отмечала про себя, что сейчас на улицах, кроме уже привычной мне толпы, было немало патрулей. Они располагались на каждой улице, внимательно следя за прохожими. Понятно, что если бы мы показались на улице в своей привычной одежде, то нас бы давно опознали. Как предположил Кисс, розыскные листы с нашими приметами, без сомнений, имеются у всех стражников. Поневоле хочется сказать спасибо Авите. Бедная женщина! Увы, но сегодняшней ночи она не переживет…

Как пояснила Марида: от того храма, где мы прятались, и до Западных ворот идти довольно далеко. Риск, конечно, большой, и нам в очередной раз оставалось надеяться только на удачу. Хорошо бы обзавестись лошадьми, да вот только где их взять?..

Упаси нас Небеса от такой напасти, как если на нашем пути внезапно объявится кто из колдунов, да еще и вздумает поинтересоваться у нас о чем-либо… Поэтому душу грела одна лишь надежда на то, что до Западных ворот мы не встретим никого из той черной братии… Нет, об этом лучше не думать! Лучше будем рассчитывать на то, что еще не все колдуны проснулись после ночных жертвоприношений…

И Койен молчит… Я до сей поры так и не могу понять, в каком случае он может нам что-то подсказать, а когда, наоборот, молчит, и голоса не подает. Для всего этого должно быть какое-то основание, только вот я его пока что никак уловить не могу.

Свернули на неширокую улицу, и всего-то успели сделать по ней несколько шагов, как мой взгляд упал на коновязь, находящуюся у небольшой харчевни. Не может быть! Или может? Нет, я не могу ошибиться! Едва не протерла глаза, чтоб убедиться, что это мне не кажется. Не кажется…

— Кисс, смотри!..

— Вижу… Он! — Кисс, кажется, был готов кинуться к коню — Он! Точно — это он!

Без сомнений, перед нами был Медок, мой милый, мой хороший, мой медовый конь! А я все гадала, что же с ним произошло после того, как нас отправили в караван рабов…

Кисс замер на месте, и я уже знала, что без Медка мы отсюда не уйдем. После внезапной разлуки вновь встретится в этом большом городе, причем именно тогда, когда мы пытаемся уйти из него… Это — судьба, и отказываться от ее дара не стоит.

— Кисс, нам нужны лошади… Обязательно нужны. С ними мы куда быстрее доберемся до Западных ворот, да и ехать для нас куда безопасней, чем идти пешком…

— Это понятно. Нам необходимо, по меньшей мере, три лошади. Только вот каким образом…

— Как, как… Надо забрать Медка и пару лошадей вдобавок.

— Одно дело — надо, и совсем другое — как это сделать…

Сейчас вместе с другими лошадями Медок стоял у коновязи, и сбруя на нем была не в пример богаче той, что имелась раньше. Даже отсюда я вижу, что в новой сбруе вместо железа поставлено серебро, да и седло на Медке из тех, которые может позволить себе приобрести только лишь очень состоятельный человек — все это стоит не просто больших, а очень больших денег. Впрочем, надо отметить, что и у тех лошадей, что стояли рядом с Медком, сбруя и седла были ничуть не дешевле. Кому же ты попал в руки, мой медовый конь?

А, вот, похоже, и хозяева. Пятеро молодых людей в одежде, сшитой лучшими портными (это я поняла сразу, как только посмотрела на ткань, на покрой и на то, как одежда сидит на людях), у каждого из них при себе прекрасное оружие, да и ярко сияющих камней на парнях хватает, я бы сказала, даже с избытком. От такого количества дорогих украшений пришла бы в восторг самая взыскательная девица! Одни висящие на шее и переливающиеся всеми цветами радуги удивительно красивые медальоны в виде змеи чего стоят! И какие там камни!.. Понятно, что так сияет отнюдь не граненое стекло…

Ни одному из этой пятерки молодых людей нет еще и двадцати лет, самое большее — восемнадцать, но, судя по их ухваткам и поведению, каждый из них считает себя кем-то вроде центра мироздания. И без объяснений понятно, что сейчас перед нами находятся балованные детки — отрада родительского сердца, ни в чем не знавшие отказа и оттого пресыщенные жизнью с самого детства. Судя по перстням с огромными бриллиантами, сверкавшими на пальцах мальчишек, у родителей этих сопляков денег куры не клюют…

При первом же взгляде на молодых людей становится ясно, что гулять они начали еще с вечера, и пока что даже не думают прекращать это веселое занятие. Парни, налитые вином, и (судя по их блестящим глазам и несколько несвязной речи) успевшие накуриться серого лотоса, уже не знали, чем им еще развлечься, и оттого нашли себе новую забаву.

Развлечение у деток соответствующее… При первом же взгляде на окружающее становится понятно, что золотая молодежь веселилась от души. Перевернутые столы, разбитые кувшины с вином, растоптанная еда, изрубленные мечами скамьи… У стены стоял хозяин и с тоской взирал на то, во что молодые люди превратили его харчевню, а заодно на валяющуюся на полу золотую монету, которую ему на покрытие убытков снисходительно бросили веселящиеся щеголи. Бедному мужику есть от чего впасть в уныние: здесь разбито и разгромлено на куда большую сумму. Одним золотым тут никак не обойдешься…К тому же у хозяина харчевни под глазом наливался огромный синяк… Тем не менее мужик помалкивал: как видно, у отдыхающих здесь деток были столь влиятельные родители, что не стоило даже думать о том, будто можно выразить им свое недовольство… Куда безопасней утереться и промолчать, а то не будешь знать, как избавиться от многих и многих неприятностей.

Кстати, народу на этой улице хватало, только вот кто-то из них отводил взгляд в сторону, кто-то делал вид, что он занят чем-то крайне важным… Однако, уходить никто не торопился, но в одном собравшиеся были едины — в неприязни к распоясавшимся хамам. Как видно, ожидали, чем же закончатся развлечения молодых людей — все же устрой кто из простых людей такой разгром, то за подобное его могла ожидать дорога либо на рудники, либо им пришлось бы платить огромный штраф, да еще и убытки хозяину покрыть. Понятно, что ничего из этого длинного списка наказаний никому из этих молодых людей не грозит…