Пленники судьбы (СИ) - Корнилова Веда - Страница 175

— Насколько много у того человека с собой было золота?

— Не знаю, сведений об этом нет, но раз искали так усердно, то наворовано у мужика должно быть более чем достаточно. Уж очень велика предполагаемая сумма ущерба…

— Знаешь, в чем я сомневаюсь? В том, что этот человек мог пойти отсюда в Славию. Дикая страна, никакой цивилизации, а уж тамошние холода…

— То, что он мог уйти в Славию — это как раз вполне достоверно. И умно. Человек забрался так далеко, как только смог. Понимал, что в холодной Славии после жаркого Нерга его вряд ли будут искать. Сохранившихся данных, правда, почти нет, но и по тому, что осталось, можно понять — этого типа разыскивали долго. Вернее, не его — кому он нужен! а искали его деньги. Увы, не нашли ни того, ни другого. Кстати, никому не пришло в голову заняться поисками беглеца на Севере, зато прошерстили весь Юг. Без толку. Значит, он забился в такую щель, на которую никто и подумать не мог. Между прочим, Север для этого прекрасно подходит, а с теми деньгами, что у него были, можно жить припеваючи даже в медвежьей берлоге.

— Эх, — с досадой вздохнул кхитаец, — эх, найти бы хоть одного человека из тех мест, где, по словам этих двоих, они и живут, и откуда пришли в Нерг! Расспросить бы тех свидетелей их — вот тогда многое бы прояснилось! К сожалению, никого из живших там не отыскали, хотя мои люди прилагали к этому все усилия… Конечно, можно поискать еще, но для этого требуется время, а его у нас почти нет…

Ищи, ищи, дорогой Тритон, все одно никого не отыщешь! По словам Кисса Мард'дуух обитал в Двуречье, а это жуткая глушь даже по нашим лесным меркам. Люди, живущие в тех местах, вообще стараются не покидать свои края, отдаленные почти что непроходимыми топями и буреломами от остального мира, и чужаков у себя не очень-то приветствуют. Бирюки, одним словом, привыкшие жить сами по себе…

— А, ерунда… — чуть поморщился мужчина. — Я эту парочку уже просмотрел. Ну, парень — типичный хмырь, поперся в Нерг за своей девкой, и то лишь для того, чтоб не упустить деньги. Что касается этой самой бабы… Она, хоть и орет беспрестанно на парня, но на самом деле испугана куда больше него, прямо до страсти, тем более, что она ничего не понимает из того, что творится вокруг, и чужого языка не знает… Вот и психует. А вот что тебя еще смущает?

— Меня много чего смущает, и прежде всего, это их рассказ о найденных сокровищах.

— А как мне кажется, тут дело в другом — ты просто опасаешься очередного разочарования.

— Возможно.

— Кое в чем я с тобой согласен: если бы не те камни, что принесла эта парочка, то я бы тоже в эту историю ни за что не поверил.

— Ты как считаешь: это может быть подставой?

— Вряд ли. Мой человек, ну, тот, что архивы смотрел… Он сказал, что бумаги, относящиеся к тому периоду, никто не поднимал лет десять, а то и больше. Многолетние наслоения пыли тоже могут кое-что сказать. Потом, повторяю: эта история столь древняя, что о ней и не помнят!

— Возможно.

— Тебя что-то беспокоит, мой вечно сомневающийся друг?

— У меня есть привычка не доверять безоглядно. Кстати, именно благодаря этой привычке я все еще жив. Привлекательных наживок немало, только вот где уверенность, что в середине этого весьма вкусного кусочка не торчит острый крючок? Найдется немало желающих увидеть цвет моих внутренностей. Например, в этих камнях меня как раз кое-что и смущает…

— Поясни.

— Понимаешь, мастер утверждает, что эти камни обрабатывались где-то в районе от трехсот двадцати до трехсот семидесяти лет назад, а ты сказал, что Мард'дуух бежал из Нерга триста восемьдесят один год назад… Как-то не вписывается в сроки, ты не находишь?

Ой, неужели из-за такой ерунды все пойдет прахом?! Хотя, вообще-то, это не ерунда, а серьезный прокол с нашей стороны. Но кто же знал, что здесь отыщется такой вот знающий мастер-ювелир?

Однако золотая лихорадка, как видно, уже захватила собеседника Тритона, да и сам он в глубине души уже хотел поверить в услышанную историю.

— Мастер вполне мог ошибиться на десяток-другой лет.

— Пожалуй, да…

Так, начинают прилаживать факты под придуманную нами историю. Замечательно!

— Что предлагаешь? — тем временем продолжал Тритон.

— Пока еще не знаю, но смотри сам. Если решимся, то… Учти: в этом случае мы с тобой оба здорово рискуем, а если откажемся… Тогда, боюсь, мы себя до смерти не простим, все будем думать — а вдруг, и верно, у нас была возможность клад раскопать, разбогатеть одним разом… Веришь: не знаю, что мне делать в этой ситуации!

— А этот твой, который в архивах ползал — он не проболтается?

— О нем можешь забыть. Этому любителю серого лотоса уже подсунули хорошую дозу с кое-какими добавками. Отбегался…

— Надо будет все еще разок обсудить.

— И хорошо обсудить. Со всех сторон…

Я незаметно сжала Киссу руку — все в порядке, рыбка, кажется, заглотала наживку… А мужчина меж тем продолжал:

— Похоже, не врут. Но если вся эта история окажется неправдой, то не исключено, что эта парочка обманывается сама. Конечно, можно предположить обман, и я бы тоже мог склоняться к этой мысли… Только вот камни — подлинные! И ты уже знаешь, столько они стоят… Вот именно оттого, из-за тех прекрасных камней, которые они принесли тебе для продажи, я не склонен считать, что их история лжива.

— Не знаю, не знаю…

— Э, постойте! — Кисс попытался изобразить возмущение, и бесцеремонно вмешался в разговор. Что ж, человека вполне можно понять: ничего не понимает, находится в полной неопределенности, да еще ему явно не по себе… — Не знаю, о чем вы говорите, но не забывайте: все же это сокровища наши! Мы их нашли, за ними сюда пришли… Если вы нам поможете, то давайте сразу договоримся, сколько вы просите за свои услуги. Я тут предлагал пятую часть… Вам на двоих. Вы согласны, или нет?

Мужики только что не ухмыльнулись в открытую. При чем тут какая-то часть, тем более пятая, если можно взять все…

— Слышь, — с трудом спрятал язвительную улыбку пришедший, вновь переходя на диалект. — Слышь, Тритон, пообещай этому дураку все, что он попросит.

— Вот что, — Тритон даже не озаботился придать своим словам особую достоверность, — давайте договоримся на одну четвертую: нас все-таки двое…

— Ладно…

— Чуть не забыл! Как зовут вашу бабушку?

— Марида… но она тетка шустрая, вполне могла назваться чужим именем.

— Кстати — повернулся к нам мужчина, — кстати, Н'Налл не сказал вам, где именно сидит та старая женщина?

— Тот охранник — Кисс прокашлялся, — тот охранник сказал что-то про пятый виток, но что это такое — я не понял…

Понятно, почему мы упомянули про пятый виток: по словам убитого охранника, именно там и сидит Марида.

— Это уже серьезно — мужчина вновь перешел на диалект. — Это мне совсем не нравится. И даже очень. До того места так легко не добраться. И раз там старуха сидит… Конечно, туда, бывает, суют всех подряд, и особенно перед праздниками — все одно к тому времени все камеры переполнены, забиты чуть ли не под завязку… Но все одно: обычно на пятый виток посылают лишь очень значимых фигур, или же тех, кто постоянно должен быть под приглядом… Не исключено, что кто-то уже пронюхал о кладе. Ладно, я постараюсь все разузнать.

— Ты сумеешь узнать имена тех, кто сидит в пятом?

— Могу, но на это понадобится время, а с ним у нас полный недостаток… К тому же часть заключенных находится там без имен, под номерами, так что сам понимаешь — с этим так быстро не разобраться… Великий Сет, впереди три праздничных дня, а у нас с тобой может быть всего одна попытка! И чем раньше мы это сделаем, тем лучше — сам знаешь, под нож в те праздничные дни пойдут многие, в том числе и часть заключенных… Значит, только завтра… Вернее, уже сегодня, тем более, что часть охранников будет снята, чтоб следить за порядком на улицах.

— Если я правильно понял, у нас с тобой всего полдня, чтоб подготовиться?

— Да. Учти, я в доле, и эта доля должна быть равна твоей!