Пленники судьбы (СИ) - Корнилова Веда - Страница 103

Впереди снова показалась яркая точка факела. Еще группу рабов выводят наверх. Может, мне стоит шагнуть назад, туда, где потемнее, чтоб присутствие женщины под землей не так бросалось в глаза? Как я поняла, баб здесь, на глубине, даже близко быть не должно… Или все же не стоит выпускать кхитайца из вида? Чувствую, что связь межу нами понемногу тает, но никак не могу понять, в чем тут дело, и восстановить ее у меня не получается! Вроде все делаю правильно, но что-то не ладится… Ну в чем же тут дело? А, ладно, была — не была, не буду отходить от этого человека ни на шаг. Так спокойнее. Ну, а то, что я поневоле привлеку к себе внимание… Ничего, может, выкрутимся и на этот раз, а если нет… Все равно мы за собой уже здорово наследили.

К нам приближалась еще группа невольников. Поневоле отметила про себя: надо же, их здесь всего-то десять или двенадцать человек, а оковы у этих людей не только на ногах, но и на руках. Опасаются их, как видно… И сопровождает эту десятку аж четверо охранников — многовато для такой немногочисленной группы. Коридор в этом месте узковат, и чтоб пропустить их, нам пришлось выстроиться цепочкой вдоль стены. Встречные делали то же самое — проходили, выстроившись в цепочку…

Ага, и здесь стражники отметили, что в нашей группе явный непорядок… Снова придется выкручиваться совершенно непонятным образом, только вот знать бы заранее, что придется выдумать на этот раз? Может, заставить кхитайца сказать что-то про особое задание, о котором не всем надо знать…

Но все наши предполагаемые планы разбились через мгновение. Едва к нам подошла группа закованных невольников, а неяркий свет факела осветил наши лица — в тот же миг среди шарканья ног и звона цепей раздался растерянный, и полный недоумения голос:

— Эри?!

А еще через мгновение один из закованных людей кинулся ко мне, оттолкнув в сторону стоявшего на пути охранника, и едва не сбив с ног меня. Сильные руки со сбитыми в кровь пальцами так сильно схватили меня за плечи, что я чуть не зашипела от боли.

— Эри?! — растерянно выдохнул мужчина. — Эри, это, правда, ты?! О Всеблагой! Ты… Как ты здесь оказалась?! Что случилось?!

Это еще кто такой? Я его, во всяком случае, вижу в первый раз. И при чем тут моя двоюродная сестрица? Этот человек — он что, перепутал нас? И откуда он знает Эри? А говорит он, между прочим, на моем родном языке, причем выговаривает чисто, и вдобавок ко всему в словах чуть выделяет букву «о». Невероятно, но именно так произносят слова в тех местах, откуда я родом. Похоже, что этот человек родом из Славии…

Все остальное произошло в течение нескольких мгновений. Кхитаец, резко развернувшись, сильно ткнул в спину схватившего меня человека, и тот, все так же крепко удерживая меня за плечи, упал, увлекая на землю и меня. Тем временем наш проводник, бросив факел на землю и наступив на него ногой, чтоб загасить свет, кинулся бежать вперед, в темноту, успев, однако, перед тем что-то крикнуть охранникам. И тут я почувствовала, что мысленная связь между мной и кхитайцем, которая и без того постоянно слабела все это время, порвалась окончательно. Примерно так, как лопаются от резкого рывка туго натянутые нити…

Я пыталась было кинуться вслед за беглецом, но все тот же незнакомый мужчина держал меня мертвой хваткой, без остановки повторяя — Эри, Эри… О Небо, да кто же это такой? Конечно, освободиться от его рук мне удалось, и я, было, кинулась вслед за прытким горным мастером, но, увы… К моему великому сожалению, нашего проводника уже и след простыл, и догонять его не имеет смысла. Заблужусь сразу же, особенно если учесть, что Койен отчего-то до сей поры не дает о себе знать. Итак, кхитаец сбежал, и как это у него получилось — ума не приложу! Что же нам теперь делать? Сидим в чужих лабиринтах подземных переходов, без проводника, в темноте, не зная куда идти… Если коротко назвать ту ситуацию, в которой мы оказались, то для этого годятся всего лишь два слова — полный провал. Всеблагой, только не это! И во всем виновата я… Ну, и как мне после этого парням в глаза смотреть?

А тем временем трое из четырех охранников, вытащив оружие, бросились на нас. Не знаю, на что они рассчитывали — все же внезапность и численный перевес были на нашей стороне. К тому же скованные невольники, после секундного замешательства сами набросились на охранников, один из которых, поняв, что им может грозить, вовсю размахивал горящим факелом, не позволяя приблизиться к себе. Однако надолго его не хватило: через несколько секунд он хорошо получил камнем по голове от одного из закованных в цепи людей, и, как подкошенный, рухнул на землю. Хорошо еще, что кто-то из нападавших сообразил, и в последнюю секунду успел перехватить в воздухе падающий факел, а не то остались бы мы в кромешной тьме — вот и сражайся тогда невесть с кем… Самым сообразительным оказался четвертый охранник — этот враз понял, что отсюда надо как можно быстрее уносить ноги, и оттого без разговоров кинулся в темноту, вслед за убежавшим кхитайцем. Его тоже догонять не стали — пусть удирает, лишь бы не мешал.

Зато двое ставшихся охранников дрались отчаянно, хотя так и не могли понять до конца — что же такое здесь происходит, и отчего внезапно взбунтовались невольники? Зато охранники прекрасно осознавали другое — то, что борются за свою жизнь, и оттого бились до последнего, причем делали это весьма умело. Чувствовался и опыт, и хватка. Оно и понятно: неумехи и разини здесь не задерживались… Однако закованные в цепи люди чуть ли рвались к охранникам в животном стремлении порвать их, едва ли не загрызть. Как видно, было за что мстить, а иначе сложно понять, отчего даже блеск хищной стали в умелых руках охранников не останавливал недавних рабов. Хотя их можно понять — все они сражались за свою свободу, пусть даже пока и призрачную…

Невольно отметила про себя: почти все эти закованные люди раньше были воинами… К сожалению, оружия у нападавших не было, а охранники защищались отчаянно, так что вначале упал один скованный человек, за ним второй, третий… Я хотела было сунуться на подмогу, но вовремя остановилась: на том небольшом пятачке у стены, где шла схватка, людей хватало и без меня, а когда нападающих слишком много, то они друг другу больше мешают, чем помогают. Мужчины сами справятся, а если среди той схватки объявится баба… Эти люди меня не знают, и неизвестно, как они воспримут появление среди них женщины…

Очень скоро все было окончено. Трое убитых охранников, трое погибших заключенных… Этим ничем не поможешь: у одного перерезана гортань, второму меч охранника попал прямо в сердце, у третьего рассечен череп… Среди оставшихся в живых много раненых, правда, следует отметить — ранены были в основном закованные в цепи люди, из наших почти никто не пострадал. Так, пара царапин, о которых можно не беспокоиться. Во всяком случае, пока…

Это все я успела охватить взглядом до того, как к нам подошел Кисс. Спасибо богам, у этого котяры, кроме порванной в схватке одежды, других изъянов нет.

— Лия, с тобой все в порядке? — а взгляд у него на того мужчину, что все еще стоит возле меня, не сказать, что особо враждебный. Скорей, неприязненный. — Парень, ты нашу девушку за плечи особо не хватай. Открою тебе секрет: она это не любит. А если точнее — не выносит, когда ее хватают руками без разрешения. Она эти самые руки и вывернуть напрочь может, так что ты лишний раз думай, кого и где останавливаешь. К тому же расшумелся ты, парень, совсем не вовремя, и не по делу…

— Лия? Почему вы сказали Лия? Ее зовут Эри! — мужчина был растерян. — Это Эри! Эри!

— Слышь, парень, я не знаю, с кем ты ее перепутал, но эту девушку зовут Лия.

— Как Лия? — мужчина был растерян. — Но… Ах, Лия… Ну конечно же, Лия! Но… Лия, как же ты оказалась здесь?! И где Эри?

В этот момент к нам подошла Варин. В руках у нее был горящий факел, и при неярком свете огня женщина внимательно оглядывалась вокруг.

— Лия, где наш проводник?

— Сбежал…

— Замечательно.

— Варин, я, конечно, бесконечно виновата, но никак не могу взять в толк, каким образом этот человек сумел вырваться!