Замуж с осложнениями. Трилогия (СИ) - Жукова Юлия Борисовна - Страница 315

Кир приносит молоко и помогает Азамату его выпить — у того от смеха руки трясутся. Однако интуиция меня не подвела, молоко сработало отлично. Приступы почти сразу прекратились, Азамат перестал трястись и давиться и пошёл умываться. Мы с Киром переглядываемся и кидаемся наливать ещё два стакана.

Минут через десять всё семейство приведено в чувства, хотя некоторые члены ещё похихикивают.

— Теперь я понимаю, почему их просто так не едят, — замечает Азамат, переводя дух. — Действительно, помереть же можно.

— Да уж… — соглашается Арават. — Особенно когда ещё видишь такие уши. Вы что, правда демона изловили?

Хос фыркает и шипит.

— Не называй его так, пожалуйста, — терпеливо просит Азамат. — Его зовут Хос, он хозяин леса. И нет, мы его не ловили, он наш сосед и с недавнего времени работает у меня.

— Так это он под столом спал? — спрашивает Арават. — А я ещё про Кировых друзей… То — то вы так хохотали! Ну я хорош! — и он снова заливисто смеётся, хотя на сей раз вроде бы естественно, а не от фруктов.

— Ирлик мог бы и предупредить, — ворчу я.

— Ага, щас! — усмехается Кир. — Небось подглядывает за нами и сам покатывается.

— Может, и нет, — раздумывает Азамат, — но скорее всего, когда он давал нам координаты сада, то и правда собирался повеселиться за наш счёт. Но я не внакладе, я люблю посмеяться.

— Боги, демоны, чужие дети… Ну у тебя и семейка, сынок, — качает головой Арават.

Я кошусь на Арона, он о «чужих» детях не осведомлён, не подумал бы чего… Но он только икает и пялится в пустоту.

— Мне нравится, — расслабленно отвечает Азамат. — Я, наверное, всегда так и хотел. Лизонька, а давай я сделаю обед, а ты — что — нибудь к чаю?

Не знаю, в драконьих яйцах дело или в муданжском иммунитете, но после этого эпизода у Азамата исчезают все симптомы, и к ночи он уже такой здоровый, что кровать трещит под напором. В хорошем настроении у моего мужа все жизненные показатели увеличиваются, хотя они и так немаленькие.

Поэтому на следующий день я разрешаю ему вместе с нами полчасика побеситься в снегу, а потом после обеда ещё часок покататься на лыжах. Но поскольку его голос в телефоне перестал звучать хрипло и гнусаво, на третий день нас всё — таки выдёргивают в столицу.

Хос заходит к себе домой отнести месячный запас масла и сливок своим домочадцам, собирает там небольшой рюкзачок каких — то пожитков и отправляется с нами, трепеща в ожидании встречи с большим городом. Конечно, большим Ахмад — хот можно назвать только если никогда не бывать за пределами Муданга, ну так Хос и не бывал.

Арон сматывает удочки в прямом и переносном смысле. Для него и Аравата мы вызываем казённые унгуцы, потому что Арават уезжает к себе в Худул, а Арон везёт с собой всё наловленное и настрелянное, и с нами никак не поместится.

Хос на заднем сиденье с тоской глядит в окно и тихонько поскуливает, провожая взглядом родной лес.

— Чё ноешь? — пихает его Кир. — Вернёшься ещё. И ваще, тебя никто не заставлял.

— Зна — аю, но гру — устно, — протягивает Хос. — Хочу быть обратно маленьким.

— Да ну, мелким быть тоска. А так ты будешь крутым, и у тебя будет куча денег!

— Большая куча? — без особого интереса спрашивает Хос.

— Большая!

— Тогда большую нору надо рыть? — озабоченно интересуется Хос.

Мы все переглядываемся. Ох, не подготовлен кто — то к человеческой жизни…

— Так, — постановляет Кир. — Ты вообще деньги видел?

— Неа.

Кир извлекает кошелёк и вытрясает из него кучку монет разного достоинства.

— Гляди. Вот эти крупные, эти мелкие.

— Они же одинаковые…

— Да не по размеру, балда!

Полёт выдаётся насыщенный.

Поселить Хоса мы решаем во дворце, потому что так безопаснее и проще. Тут и недоброжелатели не доберутся, и мы приглядим, чтобы не отчудил чего. Дворцовые слуги, правда, будут не в восторге, но никто ведь не обещал им, что будет легко, правда же?

На посадочной площадке нас встречают знакомые лица: Эндан и Дорчжи. Второй горделиво выпячивает грудь, на которой болтается новенький хом в виде носорога. Подозреваю, что невеста была не в восторге, но что делать, хом выбирает духовник. Алэк с интересом рассматривает новых знакомых.

— Здравствуйте, Белая госпожа! — радостно выпаливает Дорчжи.

Эндан его подталкивает и тоже здоровается:

— Добрый вечер, Хотон — хон.

— А я можно не буду формальничать? — тут же просит Дорчжи.

— Можно, — разрешаю я. — Здравствуйте, ребята, я вас что — то давно не видела. Вы разве с Экдалом больше не летаете?

— Да мы бы летали, — протягивает Эндан, — да только он с женой на Землю попёрся неизвестно на какой срок. А жить как — то надо. Где наш подопечный — то?

— Тут, — Азамат поводит рукой в сторону унгуца.

Там происходит нечто странное. Судя по всему, Хос отказывается вылезать, а Кир его уговаривает. Заметив это, Азамат открывает купол унгуца полностью, так что кабина перестаёт казаться надёжным местом. Хос подскакивает, прижимает уши и, пригнувшись, выпадает через борт, оглядываясь, куда бы сныкаться.

— Хо — ос, ты чего? — озабоченно спрашиваю я.

— Пахнет, — шипит Хос. — Ужасно.

— Ну так пойдём домой скорее, там вкусно пахнет.

Он не особо обращает на меня внимание, но, к счастью, хотя бы никуда не бежит.

— Чего ты тут нюни разводишь, как девчонка?! — возмущается Кир. — Вон, смотри, даже твои телохранители ржут над тобой, тоже мне кот!

Хос, в отличие от людских подростков, на такое вообще внимания не обращает. Кот там, кошка, перед опасностью все равны. Но к телохранителям осторожно принюхивается, прижимая к животу свой рюкзачок.

— Здоровья вам, — сделав серьёзное лицо, произносит Эндан. — Я Эндан. Мы с Дорчжи будем вас охранять. Можете на нас рассчитывать.

Видимо, Азамат сделал им внушение, чтобы говорили попроще, хотя Хос, по — моему, не очень слушает.

— А где дом? — нервно спрашивает он.

— Да вот, прямо перед тобой, — кивает Азамат.

Хос моргает, таращась на дворец, потом оглядывается.

— Не понял.

Дорчжи не сдерживается и прыскает, заставив Хоса подпрыгнуть и понять дыбом шерсть на голове.

— Вот эта огромная хреновина и есть дворец, дубина ты, — доходчиво поясняет Кир.

— Вот эта ледяная? — удивляется Хос, даже немного разгибаясь.

— Она не ледяная, она стеклянная. Пошли уже, долго ты нас тут будешь морозить?

Хос нерешительно шагает вперёд, и когда мы все двигаемся следом, прилипает к Азамату, путаясь у него под ногами. Только боевая выучка позволяет моему супругу ни разу не наступить на лапы.

Движемся мы медленно, потому что Хос обнюхивает каждый метр пути. В лифте он выглядит так, как будто вот — вот грохнется в обморок. Мы с Азаматом переглядываемся в том смысле, что, возможно, это была не самая лучшая затея. Только Кир ни разу не усомняется в правильности ситуации и, поливая бедного кошака кудрявыми эпитетами, заставляет его идти вперёд и слушаться.

Попав на жилой этаж, Хос методично четыре раза обнюхивает

все

помещения прежде чем выбирает себе комнату. Телохранители при этом ходят за ним по пятам, потому что им так положено, и от этого Хос тоже не в восторге. Но, как справедливо замечает Азамат, надо сейчас привыкать, чтобы на выездах не шарахаться. Инструктаж по использованию сантехники мы дружно сваливаем на Кира. Ему как — то удаётся добиться от Хоса понимания. Короче говоря, к ужину мы устаём так, как будто целый день разгружали кирпичи. Алэк вообще засыпает некормленным.

А на ужин к нам приходит Алтонгирел, и выглядит он так, что я начисто забываю про все прочие неурядицы.

Он желтовато — бледный с запавшими щеками, тёмными кругами под глазами, всклокоченные волосы как будто давно не мыты, одет небрежно в смесь земной и муданжской одежды, что вообще — то считается на планете дурным тоном. Хоса и телохранителей он просто не замечает, хлопается в кресло и принимается буравить взглядом журнальный столик, на котором сервирован чай.