Замуж с осложнениями. Трилогия (СИ) - Жукова Юлия Борисовна - Страница 223

Азамат только качает головой и отворачивается. Вид у него совершенно убитый.

И тут уже я отчётливо слышу шаги.

Мы оба подскакиваем, как напружиненные, разворачиваемся в воздухе и впиваемся взглядами в гущу деревьев. Шаги приближаются.

— Больше одного, — хмурится Азамат. — Это может быть сторож с сыновьями.

Наконец между деревьями начинает что — то мелькать. Я не разбираю, что именно, а вот у Азамата глаза расширяются.

— Что там? — дёргаю его.

— Э — э…

Пока Азамат подбирает слова, я тоже начинаю различать. Из лесу к нам идут двое: Кир в своей кислотной куртке и прикормленный нами демон. Пёс трусит по другую сторону от демона. Азамат не выдерживает, срывается с места и бежит им навстречу. Я нерешительно следую за ним — не спугнуть бы лесного жителя…

Но он оказывается не из пугливых. Дойдя до крайних деревьев, останавливается и ждёт, пока мы подбежим. Кира он крепко держит повыше локтя, а Филина на поводке. Ребёнок выглядит жутко — бледный, перепуганный, на лбу царапина. Пёс тоже хвост поджимает. Когда Азамат приближается, Кир шарахается и съёживается, но Азамат, похоже, не замечает — сгребает его в охапку, поднимает над землёй и так держит, причитая.

Демон выпускает пленника и ухмыляется.

— Ваш? — спрашивает меня, когда я подбегаю.

— Наш, — вздыхаю тяжко. — Спасибо, что привёл. Давай собаку…

Лесной житель протягивает мне поводок. Рука у него человеческая, только украшена прозрачными коготками. Уши под волосами и правда мохнатые, торчат в стороны, шевелятся сами по себе.

— Ружьё утонуло, — сообщает демон. Голос у него сиплый, как у сиамского кота.

— Какое ружьё? — не понимаю.

Демон кивает на Кира.

— У него было.

Кир висит в руках у Азамата, как тряпочная кукла, и вид у него совершенно ошарашенный. Отец вцепился в него и только бормочет:

— Что ж я тебе плохого сделал, сынок, а? Ну чего ты испугался? Разве я тебя обидел?

— Говорил тебе, — скрипит демон, — не убьёт.

— Ты, может, зайдёшь поешь? — предлагаю демону. — Сливок, правда, нету, но масла дадим… или мяса.

Демон широко зевает, демонстрируя длинные клыки с вертикальной красной полосой каждый.

— Вечером, — отрезает он и встряхивает ухом.

— Хорошо! — охотно соглашаюсь. — Спасибо тебе огромное ещё раз!

Демон жмурится, фыркает и отворачивается, опускаясь на четвереньки. одновременно его рваная одёжка темнеет, вверх выстреливает пушистый хвост, и вот уже к лесу трусит огромный чёрный барс.

Азамат с Киром, как и я, провожают потрясёнными взглядами нашего лесного соседа.

— Считается, что они никогда этого не делают в присутствии людей, — произносит наконец Азамат и ставит Кира на землю. — Ладно, пошли домой. Боги, Кир, мы тут чуть с ума не сошли, я уже собирался созывать людей, чтобы прочёсывать лес с двух концов. Почему ты сбежал?

Ребёнок угрюмо молчит.

— Я думаю, — начинаю негромко, — что пытаться снова бессмысленно. Этот друг тебя найдёт в своём лесу, куда бы ты ни забился. А в степи наши табунщики примут тебя с распростёртыми объятьями. В любом случае, здесь поблизости нет никаких городов, а деревни редкие и хорошо спрятаны. Зато в лесу полно зияний. Хочешь выдумку в жизнь воплотить?

Мы входим в дом, и Азамат помогает Киру высвободиться из тяжёлой куртки. В ней явно бряцают монетки. Азамат глядит на ребёнка в упор и вопросительно поднимает бровь. Тот тяжело вздыхает и извлекает из внутренних карманов два кошеля — попросту мешка с монетами — и Азаматов мобильник.

— А про какое ружьё говорил демон? — спрашиваю, забирая своё имущество.

— Я взял из чулана, — тихо, почти шёпотом отвечает Кир. Это первое, что он сказал сегодня утром. Он задумывается и быстро добавляет: — Это не я его утопил! Я защищался от демона, но он как — то оказался у меня за спиной, схватил ружьё и бросил в озеро! Это не я!

— Хорошо хоть, тебя не бросил, — вздыхает Азамат. — Ну чем ты думал, когда в лес пошёл? А если бы на тебя разбойники напали? Ты же весь звенишь, из — за гор слышно!

Кир сглатывает и косится на отца.

— Она сказала, — он мотает головой в мою сторону, — что вы богатые, и столько денег не проблема.

Азамат закатывает глаза и принимается читать нотации, всё больше распаляясь по ходу.

— Да причём тут деньги?! Тебя могли убить! Люди, звери, кто угодно! Ружьё он взял, против демона. Можно подумать, великий охотник. Мой отец с пяти лет охотился, за всю жизнь в демона один раз попал! — он в сердцах распахивает чулан и осматривает оставшиеся ружья. Качает головой. — Ты взял гарнетское. Ты хоть знаешь, что такое лазер? Как пользоваться самонаводящимся оружием? Даже если бы тебе встретился волк, а не демон, ты бы просто не понял, как стрелять! Оно же электронное, там режимы выбирать надо, а они словами написаны на неизвестном тебе языке!

Азамат закрывает глаза и делает глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Пойдём завтракать, горюшко, — говорю я и тяну Кира за руку на кухню. Ребёнок смотрит то на меня, то на отца круглыми глазами и пригибает голову. Филин с ободранным носом плетётся за нами, волоча поводок по полу. Вид у него несколько более виноватый, чем у хозяина.

— Ты хоть еды с собой какой — нибудь брал? — спрашивает Азамат более спокойным тоном.

— Взял, — тихо отвечает Кир. — несколько банок этой молочной штуки. Но всё съел уже, не удержался.

Я подтаскиваю его к раковине.

— Руки мой и за стол.

Азамат накладывает Киру порцию омлета и выдаёт псу суповую косточку с изрядным слоем мяса. Потом проверяет исправность телефона и звонит на ферму заказать ещё продуктов. Я тем временем протираю Киру поцарапанный лоб — там фигня, конечно, но с их заморочками лучше не рисковать. Кир жмурится и с отвращением принюхивается к дезинфицирующей мази, потом садится за стол и неуверенно принимается есть. Я приземляюсь напротив с чашкой чая. Мы с Азаматом уже сытые, да и кусок в горло не лезет после утренних треволнений. Воцаряется неприятное молчание, нарушаемое только стуком ложки о миску. Азамат стоит у окна спиной к нам, завернувшись в собственные волосы, как в плащ. Я смотрю на Кира, он зыркает то на меня, то на отца. Молчание затягивается.

Наконец Кир не выдерживает. Бросает ложку и выкрикивает Азамату в спину:

— Ну что?!

— Жду, пока ты ответишь на вопрос, — спокойно сообщает Азамат.

— На какой?!

— Почему ты сбежал, — поясняю я.

— Какая вам разница?.. — гораздо тише переспрашивает Кир.

— Нам есть разница.

— А что я должен был делать? — вскидывается он.

— Лечь в кроватку и спать, — отвечаю доходчиво.

— И что было бы дальше? Чего вы от меня хотите? — Кир явно нервничает и злится. Азамат наконец — то отлипает от окна и присаживается к столу.

— Мы ничего от тебя не хотим, — спокойно говорит он Киру. — Ты мой сын.

— Наш сын, — поправляю я.

— Да, — кивает Азамат. — Наш сын. Мы просто хотим, чтобы ты жил с нами, чтобы тебе было хорошо.

— И что я должен за это делать?

— Да ничего ты не должен, — вздыхаю я. — Ты вообще, что ли, не представляешь, как дети в семьях живут?

Кир поводит плечами.

— То законные дети.

— Ты будешь считаться законным, — напоминаю.

— Но вы — то будете знать правду.

— О боги, Кир! — восклицаю нетерпеливо. — Я сама незаконный ребёнок, успокойся уже! В этом нет ничего особенного, такой же человек, как все.

Ребёнок таращится на меня, как на привидение, несколько секунд. Потом уточняет у отца:

— Это правда?

Тот кивает.

Кир сдвигает брови и некоторое время смотрит в стол.

— Вы вчера говорили, что убьёте меня, когда я засну.

Мы с Азаматом синхронно вытягиваем головы вперёд и офонарело переспрашиваем:

— Чего?..

Кир несколько смущается.

— Ну, вы вчера говорили с кем — то по телефону… там, в другой комнате. И сказали, типа, я бы дождался, пока он отрубится, и того…

Я тупо моргаю. Азамат сначала тоже растерянно хмурится, а потом принимается хохотать.