Семьи.net (сборник) - Шемайер Арон - Страница 76

– Не врете? – спросил Влад, снимая ноги со стула.

– Не врем, – открыто улыбнулся парню Эдвард.

– У меня одно условие, – Влад, делая неимоверное количество ошибок, заговорил по-английски, – со мной пойдут мои друзья: Алекс и Криста. У них родители в России. Родные, живые родители. Они не хотят усыновляться. Обратно отправите нас троих, – он посмотрел прямо в глаза Эдварду и добавил, – плиз.

– Ты что творишь, Синицин, – «психологиня» еле сдерживалась, – какие Криста и Алекс? Их родители – вон они, стоят, ждут деток. Прекрати сейчас же! – она забыла, что американцам идет в наушники перевод, и говорила громко.

Из группы вперед вышел еще один мужчина.

– Мы выбрали Алекса. Ты правда не хочешь жить с нами? – обратился он к парню. – Мы могли бы тоже попробовать пожить вместе, как и они, – он показал на Эдварда и Лину, – вдруг тебе понравится? Билет обратно оплатим.

– У меня батя в Москве, – еле слышно пробормотал Алекс. Неожиданно он почувствовал, как слезы подкатили к глазам, а в горле встал ком. «Батя, я тебя не предам!» – сказал Алекс про себя и шмыгнул носом.

Его приемные родители переглянулись.

– Мы возьмем парня к себе. Вы не будете возражать? – спросил их Эдвард.

– Нет, – американцы вздохнули и пошли к выходу.

В стороне осталась одна пара. Они внимательно смотрели на девочку. Кристу держал за руку Алекс, не собираясь ее никуда от себя отпускать. Фиолетовые волосы аккуратно лежали на плечах, голубые глаза смотрели безучастно, будто покрытые прозрачной корочкой льда.

– Ты тоже не хочешь ехать с нами? – американка подошла к Кристе. – Почему? Мы тебе подготовили красивую комнату, – она протянула девочке планшет с фотографиями, – смотри, розовые стены, кровать. На ней мишки. – Женщина растерянно топталась на месте. – Мы живем возле океана. Из твоей комнаты прекрасный вид. Ты понимаешь, что я говорю? – она заметила отсутствие наушника в ухе у Кристы.

– Да, понимаю. Я свободно говорю по-английски, – Криста выдавала фразы, как хорошо обученный робот, – мой папа из Голландии. Он умер пять лет назад. Мама жива. Она в России. Ждет меня.

– Позвольте, – встрял муж американки, – почему вас забрали из семей, если вы так любите своих родителей?

Ника Витальевна почуяла, что пора вмешаться:

– В России просто так отнимать детей у положительных родителей не станут! Но существует известный психологический эффект: дети тянутся обратно к плохому. Наша задача – перестроить их психику, поместить их в нормальную среду, перевоспитать!

Американец кивал, выражая полное согласие.

– Мы девочку возьмем. Зря те люди ушли: мальчика тоже надо было забирать. Пойдем, дорогая, – обратился он к Кристе, – мы создадим для тебя прекрасные условия. Школа в нашем районе – лучшая в Майами. Моя жена не работает и будет уделять тебе все свое время. Вставай!

Криста вцепилась в руку Алекса. Она не ощущала ни страха, ни отчаяния, ни злости. Но девочка знала одно: от Влада и Алекса она никуда не уйдет. Они – ее путь домой. К маме. Влад заметил побелевшую от напряжения руку Кристы. Он увидел взгляд ее голубых, бездонных глаз, направленный прямо на него. Влад встал и загородил ее своим телом. Алекс встал рядом, не выпуская руки Кристы из своей.

– Давайте не будем усугублять конфликт, – Эдвард положил руку на плечо Влада, – предлагаю детям поехать к нам. Они адаптируются к новым условиям. Приживутся. После примут окончательное решение. Не давите на них сейчас.

– Хорошо. Вы правы, – второй американец не стал спорить, – привезите ее как-нибудь к нам. Пусть все же посмотрит на наш дом…

Им выделили две комнаты. Влад и Алекс устроились в бывшей комнате Майка. Криста – в гостевой. Первую встречу назначили на после ужина. Поев, ребята хором сказали «Thank you» и встали из-за стола.

– Удачно пока поворачивается, – войдя в комнату и плюхнувшись на высокую кровать, отметил Влад, – как считаете? Нормалек! Батяня твой молоток. Интересно, откуда он про нас узнал?

– В каком смысле? – не понял Алекс, усаживаясь на свою кровать.

– Он тебе написал: «Ведите себя плохо», а не «веди себя плохо». Значит, знал, ты не один тут борешься за свободу.

– Я не обратил внимания, – признался Алекс, – мало ли. Всякое бывает. Он выяснил, нас увозят в Штаты. Мог выяснить и про нашу дружбу. Не важно. Важно, что план работает. Помыкаемся тут и домой. Твои – чуваки нормальные. Самое не повезло – у Кристы. Но мы ее не отдадим.

– Понятное дело, не отдадим, – кивнул Влад, – обратно поедем либо втроем, либо никто не поедет!

– Интересно, сколько времени они нас приручать будут? – Криста пристроилась на стуле у окна. – Кормят отвратительно!

– Трудно сказать. Недельки две потерпеть придется, – высказал свое мнение Влад. – Уезжать бум мотивированно, – он с трудом выговорил последнее слово, – то есть надо сказать им: добрые челы, спасибки, все океисто, но плиз, хочется домой. В грязь, срань и полную задницу.

– Итак, две недели, – резюмировал Алекс, – максимум!

Культурная программа включала в себя посещение парка с сумасшедшими аттракционами, кино, кафе и поездки к океану. Семья Влада жила от океана недалеко, всего полчаса езды. Дети набивались на заднее сиденье здорового джипа, хрустели чипсами и упорно разговаривали друг с другом по-русски, не пытаясь привлечь к беседе взрослых.

Периодически их навещала «психологиня». В целом выполненной работой она была довольна, но ее сильно беспокоили эти трое. Единственные не пристроенные на сто процентов. Директор слал гневные сообщения. Деньги уплывали из-под носа.

Два раза Кристу отвозили к «ее» американцам. Парни девочку одну не отпускали, упрямо сопровождая Кристу в поездках. Розовая комната всех взбесила. Сама потенциальная хозяйка эмоций не проявила, но носик поморщила.

– Хреновая комната, – справедливо заметил Влад, – в такую только кукол селить.

Однажды вечером они все дружно сидели на Кристиной кровати перед телевизором. Ждали начала рок-концерта. По телику показывали новости.

– Слушайте, пора линять, – начал Влад, – надо как-то культурненько сообщить американским челам, что пора бы нас отправлять обратно.

– Отбыли срок и ладно, – кивнул Алекс, – продумаем, чтоб повежливее. Так, в общем, они неплохие чуваки.

Криста уставилась в экран. Она схватила пульт и сделала громче.

– Замолчите! – Криста замахала на них руками.

От неожиданности парни послушно замолчали: Криста обычно говорила спокойным, ровным голосом. Ее окрик подействовал на них, как выстрел пистолета.

– Выборы! В России прошли выборы! – осенило мало чего понимающего по-английски Влада. – Да? – он вопросительно посмотрел на Кристу.

– Ага, – выдохнула девочка, – выбрали Тихонова.

– Того, который за отмену ювеналки? За пересмотр дел об усыновлении? – уточнил Алекс.

В комнате повисло молчание. Они протянули время и теперь могли спокойно ехать домой. В произошедшее верилось с трудом. Внутри что-то отпустило и дало возможность дышать глубже.

– Пошли вниз, – нарушил молчание Влад, – поговорим с американцами. Криста, сосредоточься. Тебе придется объяснить им все популярно. На переводчик я не надеюсь. Вечно привирает, коверкает фразы. Тут про выборы надо рассказать, про то, что нам срочно уезжать приспичило…

– Влад, – перебил друга Алекс, – а ты что будешь делать в Москве? Мы с Кристой будем бороться за возвращение к родителям. Точнее, они подадут или уже подали апелляцию, и по новому закону решение суда должны пересмотреть и нас вернуть. Ты куда? Тебя ж опять в приемник засунут!

Влад вздохнул. Он над этим вопросом не задумывался. Ему всегда хотелось одного – свободы! Прочь из клетки, из-за забора, от вечного контроля, слежки и прослушки. Долой уроки, опостылевших с раннего детства воспитателей. Долой казенную одежду – уж лучше рвань, но свою. Долой приготовленную на всех полезную похлебку. Долой отбой по часам и подъем по часам. Долой расписание. Лучше есть впроголодь, зато когда хочешь…