Zombi in Russia (СИ) - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 73

— Насколько по-другому — Резко оборвав все внутренние переживания, осторожно уточнил умрюнец.

Генерал тяжело вздохнул и перекатился на спину. Закинул руки за голову и помолчал.

— Хочешь сопливых откровений Ну, изволь, — мужчина тяжело вздохнул и начал говорить, все так же глядя только в потолок и не обращая внимания на ищущий взгляд умрюнца, скользящий по его лицу. — Раз уж на то пошло, я видел в тебе даже не зверушку, потому что и у братьев наших меньших есть чувства и с ними приходится мириться. Для меня ты был неодушевленной куклой. Без чувств, без эмоций, без жизни, как таковой. Робот.

— Но я живой.

— Теперь я это знаю. И вижу перед собой молодого человека… Не перебивай! Я помню, что доисторические предки у нас разные, ну, скорей всего. Дело не в этом. Мы говорим о психологическом портрете, если хочешь.

— Я не против быть в твоем восприятии человеком, — не внял предупреждению Игорь и приподнялся, чтобы нависнуть над напарником и свободно заглянуть тому в глаза, — но я старше тебя больше чем вдвое.

— Внешне ты в лучшем случае студент последнего курса института.

— Это не повод… м-м-м! — Выразительно замычал Игорь, когда ему заткнули рот.

— Мы говорим о моем восприятии, — напомнил генерал, прервав поцелуй.

— Ладно, — покладисто согласился умрюнец.

— Так вот, молодой человек… — Арсений растопырил пальцы, чтобы было удобнее расчесывать густые волосы напарника. Упругие пряди так приятно скользили между ними, — умный, начитанный, интересный. Сильный. Я бы даже сказал властный и деятельный. Соперник, любовник, равный. Неслабый такой скачок, правда

— Угу, — буркнул умрюнец, а потом совершенно неожиданно для обоих улыбнулся. Арсений крепче обхватил его голову ладонью и перекатился по кровати, опрокидывая Игоря на спину. Когда закончили целоваться, спросил — Ну, что, быстро в душ и на войну

Глава восемнадцатая

И вечный бой

Это было неправильно. Велесов понимал, и все равно забрал с собой Руслана с места общего сбора. В Царицыно продолжали прибывать все новые и новые охотники. Вести с границы были не утешительными. Все ждали генерала Львова и его умрюнца. Но время еще было, поэтому Всеволод решил, что может себе позволить серьезный разговор с напарником.

Спрятавшись от посторонних глаз под сенью вековых деревьев, Севка довольно грубо толкнул Руслана спиной на березовый ствол. Навис над низкорослым умрюнцем и задал самый животрепещущий для себя вопрос

— Ну, и что ты мне скажешь в свое оправдание

— Это было важно для Игоря, — почему-то шепотом откликнулся Руслан. Видимо, прекрасно осознавал свою вину и обозначал тем самым, что готов принять наказание. Всеволоду не понравилась эта пришибленная покорность. Он покачал головой и прижался лбом к плечу напарника.

— Он же наш сын, понимаешь Я испугался, когда сообщили…

— Прости, — откликнулся Русик и осторожно обнял, — так было нужно. И он был, действительно, идеальным поводом мобилизовать всех. Мирон бы тоже подошел, но тогда пришлось бы придумывать отдельную легенду.

— Зачем

— Появление Люськи Америкос засек, когда вся команда два дня, в отличие от них с Радугой, отдыхала. А вот про Мирона пришлось бы врать. С чертенком он бы вряд ли согласился связаться.

— Он

— Скорей всего его инструктировали, когда направляли к нам диверсантом. Так считают кузнецы.

— Я тоже склонен с ними согласиться, — кивнул Велесов и поднял голову. Их с Русланом лица оказались так близко, что ни один, ни другой не смогли отказать себя в поцелуе.

— А еще это он устроил схрон на том пустыре, — Пробормотал Руслан слегка припухшими губами, когда Всеволод от него оторвался. Пальцы охотника ласково гладили по подбородку и шее и неизменно отвлекали. Но Руслан понимал, что это, возможно, их последний разговор перед очень серьезной заварушкой, поэтому хотел максимально расставить приоритеты и раскрыть секреты, которые на фоне последний событий уже не казались такими уж важными.

— Откуда такая уверенность О захоронении стало известно только часов шесть назад.

Руслан подозрительно замялся. Всеволод перестал гладить его по лицу и заинтересованно прищурился.

— Пришло подтверждение от Люськи.

— Ах, вот оно что! То есть, у вас с ним благополучно налажена связь, а я об этом опять узнаю в самую последнюю очередь.

— Нет, — умрюнец замотал головой, — ты первый… первый из людей.

— Ну, хоть это радует. Что еще расскажешь

Руслан расстроился, потому что уловил в словах напарника сарказм. Поэтому попытался схватить Всеволода за руку, чтобы тот не ушел никуда, а остался все так же близко. Но Всеволод все равно отстранился. В лице Руслана мелькнула беспомощность, от которой защемило в груди. Поэтому капитан улыбнулся и еще раз мазнул губами по губам напарника.

— Твоя неуверенность в наших отношениях угнетает, — прокомментировал он и опустился на колени, притянув к себе умрюнца за бедра. Тот рвано выдохнул и вдруг принялся возмущаться, вместо того, чтобы расслабиться и поощерить. Маленький засранец! Теперь-то что не так Время есть, почему бы не пошалить

— Ты что собрался делать Эй!

— Русик, ты же уже взрослый мальчик, — криво усмехнулся на это Севка.

— Я-то мальчик, но не человеческий же! Зачем только время тратить!

— То есть нет — В голосе Всеволода мелькнула обида.

Руслан моргнул и вдруг поменялся в лице. Словно лампочка над головой щелкнула и загорелась.

— Я же все равно кончить не смогу. Я же ундина. Поэтому у упырей не может быть детей от нас, только у нас от них. Ты разве не понял, о чем говорил тогда Борисенку Лерка

— Хочешь сказать, что вы спускаете только когда вам вставляют — Уточнил охотник и легко поднялся на ноги.

— Да, — коротко бросил умрюнец и сам взялся за молнию своего безликого, серого комбинезона. Расстегнул до пупка и развернулся лицом к березе.

Всеволод сам стянул с него комбез до середины бедра, обнажив мягкие ягодицы, и прижался сзади. Вжикнула еще одна молния, на этот раз на камуфляжных брюках Велесова. Охотник поцеловал напарника в основание шеи, огладил изящный контур тела вдоль ребер, одной рукой придержал в области бедер, второй — ущипнул за сосок. Руслан выгнулся и тихо пропел что-то по-птичьи мелодичное. Всеволод с жадностью втянул воздух в области тонкой шеи. Молочно-матовая кожа в вечерних сумерках словно светилась изнутри. Охотник потерся носом за слегка заостренным ушком и, опустив обе ладони на бедра напарника, одним плавным, сильным рывком натянул на себя. Тесно и туго, как в перчатке. Руслан весь выгнулся, запел громче, почти сразу начал подаваться назад и насаживаться на член уже самостоятельно. Мокро и грязно, так как хотелось обоим. Быстро, но до конца. Вдвоем.

— Я не понимаю, почему ты не можешь остаться, — продолжал взывать к Якову Силай. — Это важно. Ты важен. Сын важен. Что тут может быть непонятно

— Я — ткач, — продолжал упорствовать умрюнец.

Охотник все больше заводился, потому что не мог не переживать за сына, до рождения которого оставалось всего ничего. И выросший на животе урюнца пузырь отчетливо оттягивал ткань комбинезона.

Они так же отошли от места сбора в сторонку, чтобы не трясти дурью при посторонних, как выразилась Маришка, которая и пнула своих мужчин в нужном направлении, отогнав от интернациональной стаи ребятишек, которые бродили среди охотников, засыпая несчастных вопросами.

— Единственный ткач на всю Москву.

— И что теперь, нельзя попросить кого-то со стороны

— Я знаю вас всех. Первый переход всегда труден. Только я могу гарантировать жизнь каждому, кто пойдет за моими клубками.

— Яш, — устало выдохнул Силай и взъерошил пятерней волосы на затылке, — за какими клубками Куда переход

Умряк сделал шаг к человеку. Взгляд его был тяжелым, пристальным. Силай медленно опустил руку. Уже понял, что желание Якова идти с ними не блаж.