Акелдама - кровавое поле битвы. Книга 3. Часть 1 (СИ) - Вихрева Елена - Страница 131

— Тебе зеркало дать, Рэм?

Темный Имератор резко выдохнул, а потом вдруг заглянул в глаза девушки и едва слышно выдохнул:

— Дай, тенши…

Она моргнула, а потом просто взяла его за руку и подвела к огромному настенному зеркалу. Один только миг мужчина смотрел в свои темно синие глаза, и вдруг подхватил Аниту на руки и закружил. Девушка настолько опешила, что и не думала сопротивляться, а затем все мысли вылетели у нее из головы от его головокружительного поцелуя…

— Я был уверен, что это невозможно, — шептал он между поцелуями. — Все говорило о том, что я больше не смогу измениться обратно.

— Почему ты мне просто не сказал сразу? — Анита попыталась отстраниться, но он ее не отпустил. — Пусти!

— Не отпущу

Он снова поймал ее губы и теперь целовал страстно, неимоверно страстно, заставляя отвечать и желать большего.

— Рэм, нам надо поговорить, — выдохнула она, едва он оторвался на секунду, чтобы дать им обоим глотнуть воздуха.

— Давай позже, тенши, — буквально простонал мужчина.

— Сейчас, Рэм, — твердое.

Мужчина стиснул зубы, а потом просто подхватил девушку на руки, уселся на кровать, устроил ее у себя на коленях и продолжил целовать.

— Я весь внимание, — его горячий шепот опалил ее шею, давая понять, что броня каким-то образом деактивировалась.

— Почему ты просто не объяснил мне все? — она обняла его лицо ладонями, заставляя смотреть себе в глаза.

— Сначала я боялся, что ты оттолкнешь меня, узнав кто я, а потом… — он сглотнул и хрипло продолжил: — потом я боялся потерять тебя. И чем дольше молчал, тем сильнее все запутывалось. Прости меня, тенши. Знаю, что должен был сразу тебе все рассказать, но я не смог… просто не смог. Знаешь, я ведь уже решился тебе все рассказать, когда Дамир выстрелил в меня.

— Рэм…

— Прости меня, тенши…

Он боялся пошевелиться, только смотрел на нее и ждал ее ответа, ждал и боялся, что она не сможет простить его. А она смотрела в его глаза и видела там отчание и боль, столько боли, что от этого ее сердце сжалось.

— Рэм, я… — девушка не знала, как ему объяснить: да, она злилась на него, злилась, что он не доверял ей, когда как она верила ему безоглядно, но и причинять боль она не хотела, жизнь и так была слишком жестока с ним.

— Анита… — он прикрыл глаза и сглотнул. — Прости, — едва слышное.

Она чуть отстранилась, и он вздрогнул.

— Не уходи, я не смогу без тебя… — хриплый выдох и его руки крепче сжимаются вокруг нее, надежно удерживая в ставших железными объятьях.

— Рэм, это слишком, — она пытается ослабить его хватку.

— Прости… — обреченное.

Мужчина заставляет себя отпустить ее, но не в силах отвести взгляда потемневших глаз от ее лица. Секунды тянутся мутительно долго… Девушка немного приподнимается, и стон отчаяния срывается с его губ, но он и не пытается удержать ее — его руки судорожно спискивают атлас простыней, и он прячет выражение лица за завесой волос. Он потерял ее… он понимает это, как понимает и то, что удерживать ее бесполезно — легче удержать ветер…

Он не лгал, когда говорил, что готов ради нее на все — это была чистая правда, и он готов отпустить ее, раз она того хочет, пусть это и разбивает ему сердце. Пусть даже это убьет его, но он отпустит ее и сделает все, лишь бы она была счастлива и в безопасности.

— Анита, прошу, останься во дворце пока я не разберусь с Эребусом. Это не займет много времени. Но если у меня не выйдет, прошу, отправляйся с Руэйдхри. Он единственный, кто сможет защитить тебя от Эребуса.

Его голос звучит странно безжизненно, и девушка вздрагивает, ее руки настойчиво откидывают волосы с его лица.

— Что ты задумал? — хмурится она, вглядываюсь в полные тьмы глаза мужчины.

— Заставить его прекратить охотиться за тобой, — он не в силах больше лгать ей.

— Как?

— Какая разница, — он неопределенно пожимает плечами.

— Как, Рэм?

— Начну с переговоров, а там видно будет.

Он отводит взгляд, прекрасно понимая, что переговоры с хранителем бесполезны. Эребус отстутит полько если почувствует большую силу, а значит остается только поединок. Вот только Аните это знать совершенно незачем.

— Забудь о поединке с ним, Рэм, — ее голос дрогнул.

Она не могла его потерять — от одной мысли, что он может погибнуть, ей становилось дурно. Второй раз она не сможет пережить весть о его смерти.

— Забудь, Рэм, — настойчивое.

— Анита…

Тревога в ее глазах удивляет его, зажигает искру надежды в его душе, что она простит, но он жестко подавляет ее — она слишком гордая, чтобы простить такое, он и сам не простил бы.

— Это единственный выход, тенши.

— Мы найдем другой, — твердое.

В ее глазах решимость: она не позволит ему умереть, она не может его потерять, и не станет. Пусть он лгал ей, скрывал кто он такой, но она может его понять — его слишком часто предавали. Она помнит, как он буквально с первой встечи просил пойти с ней, она помнит, как неоднократно хотел что-то сказать, но отступал. Она слишком хорошо понимает его страх потерять ее, так как любит его не меньше и тоже отчаянно боится потерять. Она слишком любит его, чтобы позволить обиде встать между ними. Ее руки осторожно касаются его лица, пальцы едва ощутимо проходят по скулам, а затем зарываются в волосы.

— Не отпущу, — выдыхает она и касается губами его губ.

Мужчина застывает на одно невероятно долгое мгновение, не в силах поверить в свое счастье — она простила, а затем отвечает на поцелуй, сначала осторожно, но с каждой секундой все увереннее и жарче.

— Тенши… — стоном срывается с его губ, когда она отстраняется, чтобы заглянуть в его глаза.

— Я люблю тебя, Рэм, — шепчет она, утопая в его полных любви и счастья глазах, — а все остальное не важно.

Жаркий поцелуй отбирает у нее дыхание, откровенные ласки заставляют гореть и плавиться, забывать обо всем… Есть только она и он… лихорадочное биение сердец, нежность прикосновений, хриплый шепот, тихие стоны, медленные движения и чистое, незамутненное наслаждение…

Где-то

Исао находился в полубессознательном состоянии — он то проваливался окончательно во тьму, то практически выплывал на поверхность, но лишь для того чтобы вновь погрузиться в кромешный мрак. Но везде его преследовала боль, она разрывала его буквально на части. Каждая его клеточка вопила от боли, его то морозило, то кидало в жар. Но самым страшным были кошмары, в которых за ним приходила Анита… Он отчаянно кричал не в силах ничего изменить — шерити раз за разом оказывалась в лапах Эребуса… и это было настолько страшно, что мужчина кричал… никакая боль не могла его заставить кричать, заставить сдаться, никакая… кроме той, что Эребус причинял его любимой…

Мужчина очнулся от собственного крика, с трудом огляделся и облегченно выдохнул — Аниты рядом не было. Он попытался пошевелиться, однако тело не слушалось совершенно — он был полностью обессилен. Он горько рассмеялся — Эребус не убил его, но сделал так, что он был не в состоянии ни бежать, ни покончить с собой. Хранитель превратил его в идеальную наживку. Стон отчаяния разрезал тишину камеры — Исао знал, что нубит придет за ним, он чувствовал это. А еще он отчетливо понял, что готов сделать все, что от него потребует Эребус, лишь бы те кошмары, что преследовали его, не стали явью. Мужчина окончательно осознал — хранитель выиграл, и захватив Аниту теперь получит именно то, на что рассчитывал — послушного его воле цепного пса, готового на все ради жизни и безопасности любимой…

Акелдама

Анита медленно просыпалась, чувствуя тепло и нежную силу объятий любимого. Счастье улыбкой распустилось у нее на губах — он жив и любит ее, ее Рэм жив, и он рядом.

— Привет, — бархатный шепот и легчайший поцелуй.

— Привет

Она открыла глаза и встретила его полный любви взгляд. Ее руки обвились вокруг его шеи, и она потянулась за поцелуем.