Любовь с призраком - Белозерская Алена - Страница 39

— Намереваешься от меня избавиться? — без всяких предисловий спросила Ирина.

— О чем ты? — нахмурился Артур.

— Не разыгрывай неведение!

Ирина подошла к нему и с силой ударила в плечо. Артур схватил ее за руку, крепко сжал и с удовольствием отметил, как побледнели ее щеки от боли. Тогда он разжал пальцы, медленно поднес руку Ирины к губам и почтительно поцеловал.

— Поцелуй Иуды? Не переигрывай, это выглядит ненатурально.

— Я действительно не понимаю, о чем идет речь, — сказал он и отошел к окну.

В кабинет вошла Екатерина Львовна, поставила поднос на стол и повернулась к Артуру, ожидая дальнейших указаний.

— Ни с кем меня не соединяйте, — сказал Артур и, когда дверь за секретарем закрылась, повернулся к взбешенной Ирине: — Так в чем ты меня обвиняешь? Продолжай.

— Ты — паяц и сукин сын! Конечно, я понимаю, глупо признаваться в том, что ты совершил, если тебя за это накажут. Но, кроме нас с тобой, здесь никого нет. Поэтому можешь говорить открыто.

Она присела на диван и смиренно сложила руки перед собой, демонстрируя, что готова выслушать его чистосердечное признание. Артур устроился рядом и похлопал ее по коленке. Ирина с раздражением отбросила его руку.

— Перестань вести себя, как добрый отчим. Меня это только настораживает.

— Я всегда уважительно к тебе относился.

Ирина усмехнулась:

— Я здесь не для того, чтобы обсуждать наши взаимоотношения.

Артур тоже усмехнулся, подошел к столу и протянул Ирине чашку кофе, но та отказалась.

— Не сопротивляйся, — с теплотой в голосе произнес Артур. — Кофе очень вкусный.

— В колчане Дьявола нет лучшей стрелы, чем мягкий голос. — Ирина взала чашку и сделала глоток. — С ядом?

— Не зря я отправил тебя в Англию! Разумеется, мне очень жаль, что преподавателям не удалось привить тебе хорошие манеры. Зато ты цитируешь Байрона наизусть. Приятно слышать… Почему ты думаешь, что я хочу тебя отравить?

Ирина посмотрела на его привлекательное лицо и вспомнила слова Таисии о том, что Артур и ее мать — абсолютно негармоничная пара. Замечание подруги было правдивым. Мягкий в обхождении Артур совсем не подходил резкой, вечно чем-то недовольной Людмиле. Или наоборот, что, впрочем, уже не имело значения.

— Я не понимаю, какую игру ты ведешь, — сказала Ирина. — Помолчи, — попросила она, заметив, что Артур намеревается ответить. — Ты хочешь получить компанию моего отца и поэтому всех убираешь со своего пути? Но зачем? Неужели она стоит тех жертв, которые ты готов принести, лишь бы завладеть ею? Сначала ты избавился от Виктории. Кто будет следующим? Я?

— Детка! — Артур, протестуя, поднял руки. — Теперь ты выслушаешь меня. Я не намерен терпеть твои голословные обвинения. Либо ты сейчас же представишь доказательства, либо закроешь рот и уберешься отсюда.

— Как смело мы заговорили! — Ирина звонко прищелкнула языком. — Доказательства? Хм, у меня их нет. Ты постарался, чтобы их и не было.

— Ира, прекрати! — разозлился Бурмистров. — Я не убийца.

— А кто ты? Хороший муж и добрый папа? Хотя в твою любовь к Людмиле я верю. А вот меня ты, не задумываясь, уберешь. — Ирина с ненавистью посмотрела ему в глаза и продолжила: — Поздравляю, я очень напугана, но это не остановит меня в стремлении помешать тебе. Я подарю свои акции. Знаешь кому?

— Естественно, Марте. — Артур сокрушенно покачал головой. — Глупая девочка! А счета, на которых лежат миллионы? Неужели ты думаешь, что они не представляют никакого интереса?

— Тебе нужны и эти деньги?! — опешила Ирина.

— Не мне. Считаешь, я стал бы портить свою репутацию и рисковать только для того, чтобы получить то, что мне не нужно? — Артур с иронией посмотрел на нее. — Зачем? Дела в «IrVi Group» идут плохо, потому что смерть Азарова сделала компанию весьма неустойчивой. Заказчики бегут прочь, как крысы с тонущего корабля. Как ты думаешь, кто снимает сливки? Я, — он указал пальцем на себя. — Какой мне смысл менять положение вещей, если я и без того в выигрыше? Твои акции мне не нужны, тем более что они скоро упадут в цене. Вот тогда я — если посчитаю нужным — и куплю «IrVi Group», без каких-либо человеческих жертв и лишних затрат.

Ирина ошеломленно молчала.

— Но… — заикнулась было она наконец.

— Пора начать соображать, Ирина! Кому ты перешла дорогу своим внезапным появлением в стане наследников Азарова?

— Не пытайся меня запутать, — сказала Ирина, но в ее голосе уже не слышалось прежней уверенности. — Хочешь сказать, что от меня избавятся в любом случае?

— Откуда мне знать? — Артур искренне улыбнулся. — Все будет зависеть от того, насколько правильно ты себя поведешь.

Ирина прижала руки к губам. Вся ее наигранная смелость испарилась под воздействием убедительных речей Артура. Подобный поворот событий озадачил ее, потому что о таком положении вещей она даже не думала. Да и разговор пошел совсем не в том ключе. Ирина пришла сюда с обвинениями, полная решимости вывести его из себя и заставить признаться в совершенных им преступлениях, а в итоге это он заставил ее посмотреть на ситуацию под другим углом, что вызвало в ее душе страх и смятение.

Ирина отпрянула в сторону, когда Артур направился к ней.

— Не бойся меня, — он протянул ей руку. — Я тебя терпеть не могу. Это правда. Но не стал бы убивать, хотя бы потому, что Людмила не переживет твоей смерти.

— А-а! — Ирина оттолкнула его руку. — Перестань давить на жалость.

Артур громко рассмеялся:

— Плевал я на твою жалость! И на тебя — тоже. Твоя жизнь не имеет ко мне никакого отношения. И мне безразлично, как ты ею распорядишься, равно как и всем остальным. — Он указал рукой на дверь. — А сейчас уходи, у меня много работы.

— Артур, — Ирина не сдвинулась с места. — Подскажи, как мне поступить?

— Ты непредсказуема, совсем как твоя мать, — глаза его весело засветились. — Только что обвиняла меня во всех смертных грехах, а теперь просишь о помощи?

Ирина угрюмо на него посмотрела:

— Не помощи, а совета.

— Одно и то же!

— Будь по-твоему. Помоги.

Артур задумчиво почесал подбородок:

— Выставь акции на торги. Это единственный выход.

— А счета?

— Не выходи замуж, чтобы тебя не утопили прямо во время свадебного путешествия. Не составляй завещаний в чью-то конкретную пользу, потому что этим ты подставишь под удар того, кому завещаешь свое состояние. Брось все к чертям и уезжай на Бали, а еще лучше — туда, где тебя никто не сможет найти. В Мексику, например. Поменяй фамилию, избавься от друзей. Сейчас все — под подозрением.

— Ты тоже!

— Безусловно, — улыбнулся Артур и потянулся к чашке. — Остыл мой кофе… Ты в этом виновата!

— А если я отдам акции тебе? — с сомнением в голосе произнесла Ирина.

— Отдашь или продашь? — хитро прищурился Бурмистров.

— Продам!

— Предложение заманчивое, однако повторюсь: мне они не нужны.

— Тогда я не знаю, что делать. — Ирина взяла сумочку, которая лежала на диване, в руки. — Обращусь в милицию.

— Твое право, — безразлично ответил Бурмистров. — Милиция тебе обязательно поможет, так как они уже нашли убийц Виктории.

— Это лишь дело времени.

— Хорошенько обдумай свои действия. И, пока будешь размышлять, навести мать. Она скучает по тебе. Да, кто это тебя так разукрасил? — он указал рукой на синюю щеку и рану на губе. — Любовник? Бросай его. Мужчина может поднять руку на женщину только тогда, когда она перестала быть женщиной. Это ведь не твой случай?

— Да пошел ты! — вспыхнула Ирина и, не прощаясь, вышла из кабинета.

Бурмистров задумчиво посмотрел ей вслед и улыбнулся.

— Еще один шаг, — сказал он себе, — и акции — мои!

Глава 22

Вадим Карулин недовольно вытянулся на диване, услышав стук в дверь. Он посмотрел на часы — восемь утра.

— Войдите! — грубо сказал он и отбросил плед в сторону.

Вошел Заимис и с иронией осмотрелся. На полу рядом с диваном стояли наполовину пустая бутылка виски и тарелка, на которой аккуратной кучкой лежали почерневшие огрызки яблок, уже подсохшие корки апельсинов, кусочек недоеденного хлеба и обертка от колбасы.