Невесты песчаных прерий - Осборн Мэгги - Страница 42

— Неужто? — Коуди прищурился; руки его сжались в кулаки.

Перрин подалась вперед:

— Да!

— И что же, по вашему мнению, нужно делать с товаром ваших женихов? Бросить на обочине?

— Мы требуем, чтобы вы продали оружие и виски в форте Ларами.

Снова послышался хор голосов, выражающих согласие. Ввиду специфического воздействия выпитого накануне виски это звучало чрезвычайно убедительно.

Коуди обвел женщин взглядом, заставившим их замолчать.

— Это не просто сделка. Если в форте имеются излишки чего-либо, так это излишки оружия и виски. Стоимость нашего груза возрастет в Орегоне втрое, именно туда он и должен быть доставлен.

Перрин упрямо выставила подбородок. Глаза ее вспыхнули.

— Тогда мы никуда не едем!

Коуди, пожав плечами, уставился на нее в недоумении. Такого он не ожидал. Он окинул взглядом остальных женщин. Выражение их лиц было столь же решительным.

— У нас нет времени, чтобы тратить его на глупости. Тушите костры — и по фургонам! Мы отправляемся через десять минут.

Некоторые из невест повернулись было, чтобы идти к фургонам, но голос Перрин остановил их.

— Нет, — твердо заявила она. — Мы никуда не поедем, пока вы не пообещаете, что избавитесь от виски и оружия в форте Ларами. Это наше условие, иначе мы отказываемся продолжать путь.

— Не дождетесь! — бросил Коуди.

Развернувшись на каблуках истоптанных туфель, Перрин прошла мимо расступившихся перед ней невест. Женщины решительно последовали за ней. Вернувшись к своим фургонам, они принялись искать микстуру от головной боли.

Коуди подал знак Копченому Джо, чтобы тот объявил: пора готовиться к отбытию. Обеденный гонг Копченого возвестил об отправлении. Коуди, оседлав свою лошадь, замахал шляпой и прокричал:

— Вперед! Но-о-о-о!

Фургоны не двинулись с места. Никто не пошевелился. Мулы не были выведены из квадрата фургонов и не затрусили в направлении дороги.

Коуди нахмурился. Снова ему пришлось столкнуться с этой вреднющей малышкой — миссис Уэйверли. Это она подстрекательница мятежа!

— Ну посмотрим, как все обернется, когда она просидит денек, не поднимая зада, и подумает хорошенько, — пробормотал Коуди, когда к нему подъехал Уэбб.

Час спустя Перрин заметила, что Майлз Досон и Джон Восс стали распрягать мулов. К полудню у многих женщин не хватило сил даже на то, чтобы напечь лепешек. Уинни и Кора бродили в поисках спелого терна. Остальные лечили свои больные головы или дремали в тени фургонов и клялись, что больше никогда не возьмут в рот ни капли виски.

В течение дня Перрин несколько раз видела Коуди, который разговаривал с мужчинами, раздраженно жестикулируя. Он куда-то уехал с Уэббом и через несколько часов вернулся с довольно крупной антилопой, которую Копченый Джо тотчас же принялся разделывать. Ближе к ужину она видела, как Коуди и Уэбб, стоя у фургона с виски, о чем-то беседовали.

Но самыми приятными были минуты, когда какая-нибудь из невест находила причину, чтобы задержаться у фургона Перрин, и хвалила ее за решительность, с которой она противостояла Коуди. При этом все заверяли ее в своей поддержке. Когда появилась Августа, Перрин замерла как громом пораженная.

Августа пришла под предлогом возвратить кружку сахара, хотя ни Перрин, ни Хильда не могли припомнить, когда они давали ей сахару.

— Думаю, мы его хорошенько проучили, — сказала Августа, высыпая сахар из кружки в мешок, который подставила ей Хильда. — Он не имеет права подвергать наши жизни опасности! — Это единственное, что могла сказать Августа, одобряя поступок Перрин.

Перрин молча кивнула. Августа окинула ее холодным пристальным взглядом.

— Я знаю, что вы хотите сделать с Корой, — сказала она. — Вы хотите оставить ее в караване, чтобы досадить мне.

Перрин, сидевшая на подножке фургона, откинула упавшую на лоб прядь волос.

— Я хочу, чтобы Кора осталась в караване, хочу, чтобы она не погубила себя. Кора доедет с вами до форта Ларами, а потом перейдет в фургон Сары. Но поскольку вы не в состоянии позаботиться о себе, полагаю, это вам придется покинуть нас, когда мы доберемся до форта.

— Ну да, тебе этого очень хотелось бы, не так ли? — прошипела Августа.

— Во всяком случае, это не разобьет мне сердце, — сказала Перрин.

— Так вот, хочу тебя разочаровать. Я собираюсь нанять в форте новую служанку!

— Сомневаюсь, что это возможно, — возразила Перрин. — Вряд ли в форте можно найти служанку.

— Ты забываешь… Я ведь из семьи Бойдов! — Подобрав юбки, Августа удалилась. Щеки ее горели.

Перрин посмотрела ей вслед и снова взялась за кастрюлю с тестом. Время от времени она поглядывала на Коуди, ожидая, что он потребует встречи с ней. Но он к ней так и не подошел.

Два дня спустя Коуди громко выругался и швырнул на землю свою шляпу. Откинув голову, он полной грудью вдыхал прохладный утренний воздух.

— Вы разнесли слухи, что каждый день, потерянный из-за этой глупости, отольется нам в конце путешествия?

Гек Келзи, Майлз Досон и Джон Восс кивнули. Уэбб стоял в сторонке, засунув руки в задние карманы штанов, наблюдая за восходом солнца.

— Мы сказали им о снегопаде и о том, чем это нам грозит, — пробормотал Гек. Он сокрушенно покачал головой, остальные сделали то же самое.

— Проклятие! — взорвался Коуди. Уже два каравана обогнали их, пока они стояли на месте. С каждой минутой они все больше нарушали расписание.

— Если мы простоим здесь еще один день, у нас возникнут санитарные проблемы, — объявил Уэбб. — Животные съели все до последней травинки. Вода на исходе. На протяжении двух миль не найдешь ни одной буйволиной лепешки, завтра нечего будет бросить в костры.

Коуди посмотрел на кресты, стоявшие над могилами Билла Мейси и Джеба Холдена. Женщины обложили холмики камнями и полевыми цветами. Гек вырезал на крестах имена погонщиков. Эти могилы постоянно напоминали Коуди о его ошибке: ему следовало отправить Джейка Ку-интона на виселицу, когда была такая возможность.

— Эти дамочки тебя обставили, капитан, — сказал Копченый Джо, закидывая за спину свою длинную седую косу. Губы его скривились в ухмылке.

— Черт бы ее побрал, — проворчал Коуди, глядя на фургон Перрин. — Готовьтесь в путь! — приказал он. — Пора положить этому конец.

Перрин заметила, что подходит Коуди, и вышла ему навстречу.

— Итак? — спросила она, приподнимая одну бровь.

— Значит, так, — проворчал он. — Я продам виски в форте Ларами. Но оружие поедет с нами в Орегон. Если мы продадим оружие в форте, у ваших женихов не окажется средств, чтобы купить вам… дамы… дома. Разве вы этого хотите? Хотите жить в палатках?

— Это все, что вы хотели сказать, верно? Полагаю, у вас тоже есть личный интерес в этом деле, мистер Сноу!

— Правильно. Мы потерпели убытки, лишившись одного фургона, и я хочу как можно выгоднее продать оставшийся фургон с виски. Но я не желаю продавать оружие и порох за гроши! Этот фургон составит нашу основную прибыль. Поэтому, если вы не хотите идти на компромисс, то я… Тогда мы возьмем оружие и виски, а вас оставим сидеть тут. Вот и все. Мы поедем дальше без вас.

— Неужели?

— Вы чертовски упрямы! Вы ведь слышали мое предложение — другого-то не будет. Никаких переговоров. Мы с ребятами отправляемся через тридцать минут. Поэтому решайте, поедете вы с нами или нет.

— Погодите. Мы еще не закончили.

Коуди повернулся, ожидая мгновенной капитуляции, но на лице Перрин не было и признаков того, что она готова сдаться.

— А как же с Корой? Она станет невестой?

— Это что, условие? — Он не верил своим ушам.

— Возможно.

Она шантажирует его. Она должна знать: он хочет как можно быстрее разрешить эту проблему и снова отправиться в путь. Пора показать ей, за кем тут последнее слово и кто принимает решения.

Однако опыт и здравый смысл подсказывали: если исход этого путешествия зависит от того, будет ли Кора Троп невестой или нет, тогда пускай. Значит, мистер Уайт нашел себе невесту.