Игра на минном поле - Тамоников Александр Александрович - Страница 49

– Ясно. Часовые не менялись?

– Нет. Думаю, их выставляют на четыре часа, а возможно, и на восемь. На постах нести службу гораздо легче.

– Теперь ты должен определить время смены часовых.

– Понял.

– И, естественно, записывать все, о чем будут говорить Хатим и Шади.

– Выборочно запись сделать не удастся.

– Тогда пиши все, а потом разберемся.

– Понял.

– Работай.

Выйдя с командного пункта, командир отряда объявил подразделению и афганцам сбор на поляне. Когда все собрались, Седов довел до личного состава общую обстановку, результаты осмотра трещины, данные Ниврая. Затем объявил:

– Хакер определил количество духов, места их размещения в кишлаке, установил порядок охранения, у него есть схема базы Хатима. Но электроника хорошо, а живая разведка есть живая разведка. Мы должны осмотреть кишлак, подходы к нему, после чего я приму решение. Но штурмовые группы уже можно сформировать. Что и делаем. Всего в освобождении заложников и уничтожении банды Хатима будут участвовать три группы: две в ущелье, одна – от позиции верхнего поста. Первая штурмовая группа, в которую войдут Варан, Пахом, Вел, Ганс и Лука под командованием Бека, будет действовать с западного направления по ущелью. Второй штурмовой группе в составе Грача, Власа, Рыбы и Ската под командованием Пегаса предстоит атаковать базу Хатима с востока. Так же по ущелью. В третью группу войдут Хакер, Кот. Лис и Бурят под моим командованием. Задачи групп будут определены непосредственно после ночной разведки. В ночь проводим большую разведку. Я и Пегас проходим до трещины и проводим осмотр кишлака с востока. Бек и Ниврай проходят по балке до серпантина спуска в ущелье с южного плато, далее перемещаясь на запад по вершине, но не ближе пятисот метров до поста, осматривают кишлак с запада. Коту и Лису определиться, как выйти на рубеж снятия верхнего поста из бесшумной винтовки «винторез». Хакер покажет пути подхода к духам. Остальным находиться в лагере, в готовности действовать по приказу командиров штурмовых групп. Так как Нивраю и Пегасу предстоит преодолеть почти тридцать километров, им начало разведки в 22.30. Другим разведгруппам с 0 часов. Окончание разведки в 6.00. В это время все подгруппы должны вернуться в лагерь. В 6.30 проводим общее совещание. Ориентировочное время штурма завтра в 18.00. Вопросы?

Вопросов ни у кого не было.

Седов отдал распоряжение:

– Пегасу выставить охранение со стороны Чидара и восточного плато, составить график несения службы на постах. Остальному личному составу отдыхать. Все свободны. Обед и ужин по распорядку.

Бойцы разошлись по участку леса, обозначенного как временный лагерь, Седов вернулся на командный пункт:

– Ну, что скажешь, Хакер?

– Пока вы проводили сбор, из дома выходил Хатим, вызывал Наджиба.

– Да? Интересно, о чем они говорили?

– Хатим приказал изменить режим несения службы на постах.

– Вот как? Почему?

– Этого он не объяснил. Просто приказал перевести караул на трехсменный режим. Посты менять в 18.00, 2.00 и 10.00.

– Странное решение. Почему его принял Хатим?

– Он мог его принять либо потому, что бойцы ранее менялись чаще и не успевали как следует отдохнуть, либо, наоборот, реже, скажем, несли службу в режиме день-ночь по двенадцать часов, что снижало бдительность духов.

– Ясно. Значит, уже можно переносить предварительное время штурма либо на 17.00, либо на 19.00. Но посмотрим. И вот что еще, Хакер, посмотри, насколько сможешь, район до Хардеста, а получится, до Гардабада.

– Посмотрю. Если что, подключу программу Жана.

– Нам надо знать, не держит ли Джемал ад Дин где-нибудь у Хардеста или на границе, или вообще поблизости от Тарбая резервные силы?

– Я понял, командир, сделаю.

– И иногда, примерно часа через два, просматривай дальние подступы к базе Хатима.

– Есть.

– Как устанешь, вызывай Грача, он сменит тебя.

– Понял.

– Давай, Хакер, от тебя зависит очень многое, кстати, ты смотрел стоянку вертолета?

– Конечно. И связывался с командиром экипажа. У них все спокойно.

– На всякий случай посмотри еще, есть ли в ущелье западнее Тарбая участок на дне, где бы мог приземлиться «Ми-8».

– Вы просчитываете вариант экстренной эвакуации отряда?

– Я, Хакер, обязан просчитать все, и вариант экстренного отхода в том числе.

– Я постараюсь найти подходящую площадку. Нам надо только с западной стороны?

– Посмотри и на восточной. Но лучше, если ты найдешь площадку недалеко от Тарбая на западе. Для нас наиболее опасно восточное направление. Если Джемал и держит резервы, то там.

– Он может выдвинуть силы и от Джелалабада.

– Может, только они не успеют помочь Хатиму, а вот если духи пойдут от Хардеста, то могут и успеть. А нам это надо?

– Никак нет!

– Вот и я так думаю. Работай, Хакер!

– А как насчет связи с Москвой?

Седов вздохнул:

– Давай Москву. Хотел доложить сразу после разведки, да Белоногов все одно вызовет раньше. Вызывай генерала!

– Минуту!

Представитель России в «Совете Шести» ответил незамедлительно:

– Слушаю тебя, Седой!

– Отряд у Тарбая. Хакер провел осмотр ущелья, в ночь проводим разведку. После чего представлю на утверждение план действий. Но уже на данный момент решил провести штурм с трех направлений. По ущелью с запада и востока при огневой поддержке с вершины южного склона.

– Мне докладывали о труднодоступности Хайранского ущелья, практически отсутствии пригодных для спуска в районе Тарбая мест. Как и где думаешь спустить вниз штурмовые группы?

– Об этом доложу после разведки, но места для спуска есть, правда, одно, западное, далековато от лагеря размещения отряда, но это не повлияет на рассредоточение штурмовых групп в ущелье.

– Хорошо. Учти, что затягивать со штурмом нельзя. Заложников могут в любое время перевезти либо ближе к Хардесту, либо вообще в Пакистан.

– Штурм проведем завтра вечером. А до этого, думаю, Хатим не уйдет с базы. Кстати, он не выставлял через кого-либо требований?

– Пока нет. Но ждать долго не придется. Сейчас Хатим должен обработать генерала Окулина, получить координаты наших секретных складов, возможно втайне от Джемала ад Дина.

– Это ему вряд ли удастся, я имею в виду утаить от Джемала информацию по складам. На базе Абдалла Муштак, он наверняка полностью контролирует Хатима.

– Ну значит, обработка Окулина будет проводиться открыто.

– Один вопрос, Дмитрий Сергеевич?

– Да, конечно.

– Если генерал Окулин сдаст расположения настоящих складов духам, то не окажется ли вся наша операция «Лабиринт» бесполезной в плане недопущения вооруженных формирований Талибана в северных провинциях?

– Ничего талибы не получат. Об этом не беспокойся. А вот со штурмом поторопиться надо и потому, что Окулину реально угрожают пытки.

– У него есть возможность маневра при опросах.

– Да. Генерал может слить Хатиму информацию по трем имитационным складам. Тем самым Окулин в состоянии выиграть время, но повторюсь, не более недели.

– Понятно. Значит, вопрос по Окулину не актуален. Мы разгромим базу в Тарбае уже завтра.

– Будем надеяться, что так и произойдет.

– А что по Джемалу ад Дину?

– Им займутся ребята из спецназа ФСБ. Так что тебе задача по Джемалу, если, конечно, он завтра вдруг не подъедет к Хатиму, снимается.

– Понял. Вопросов больше нет.

– Когда планируешь завершить разведку?

– В 6.00. После чего доложу вам план операции. А после утверждения на 6.30 назначаю совещание всего личного состава отряда и афганских друзей, на котором всем будет определена конкретная задача.

– Хорошо. Жду план действий! До связи, Седой!

– До связи, Дмитрий Сергеевич!

Седов передал трубку спутниковой радиостанции Лерою:

– Так, а сейчас отдыхать. Насчет Грача не забудь, не надо напрягать себя, Хакер. Устанешь – вызывай смену.

– Да, командир.

В 22.30 в большую балку ушли капитан Озбек и Асад Ниврай. Ушли и словно растворились во тьме.