Игра на минном поле - Тамоников Александр Александрович - Страница 36

Седов спросил:

– Позиции надежно скрыты от обнаружения противником?

Власов ответил:

– Так точно, высота имеет довольно сложный рельеф. Со стороны каньона – обрыв, но с террасой, на которой, как ни странно, плотный кустарник. Ширина террасы два метра, так что можем наблюдать за каньоном из положения лежа, прослушка замаскирована в кустарнике.

– Что выше вас?

– Скальная плита.

– Значит, получается, вы под естественным козырьком?

– Так точно.

– Как насчет путей экстренного отхода?

– До каньона пятьсот двадцать шесть метров по дальномеру. Если духи пойдут к холму, мы успеем под прикрытием кустарника перебраться на противоположный пологий склон и быстро выйти к балке.

– Где находится ваш проводник?

– Я решил взять его с собой. Не исключено, что боевики будут общаться на неизвестном нам диалекте, поэтому переводчик не помешает.

– А если духи обнаружат машину?

– Чтобы зачистить такой район, необходимо не менее батальона моджахедов. Не думаю, что боевики выведут сюда столько сил.

Седов согласился:

– Хорошо. Будьте предельно внимательны.

– Я все понял!

Седов отключил станцию, передал трубку Лерою, посмотрел на часы, перевел взгляд на французского капитана:

– Свари, что ли, кофе, Хакер! Нам с тобой ждать как минимум два часа.

– Сделаю, командир.

После переговоров Власова с Седовым вложил трубку в ранец станции и капитан Грачев – штатный связист отряда «Z». Поднял голову вверх, цокнул языком.

– Что такое, Грач? – спросил Власов.

– Не нравится мне этот козырек, если он рухнет, нас здесь всех, как катком, раскатает.

– С чего бы ему срываться? Наверное, тысячу лет висит, и ничего.

– Хрен его знает, с чего. Я бы предпочел, чтобы надо мной не висели глыбы в несколько тонн весом.

– Лучшей позиции нам не найти.

Грачев опустил голову, вздохнул:

– Вот и говорю, хреново. А еще хуже ждать.

Власов через прицел ночного видения посмотрел на обрывистые края большого каньона. Повел прицел влево, вправо.

– Интересно, откуда появятся духи?

– Понятно откуда, Хатим с запада от Кайбака, остальные с северо-востока. Насколько понимаю, трех приговоренных талибов повезут от Джелалабада?

– А черт его знает, но, наверное, от Джелалабада, потому как поблизости рядом с ущельем других крупных населенных пунктов нет, а через перевалы банда прыгать не станет. Или я не прав?

Власов повернулся к проводнику:

– Вы правы, Влас.

– Ну что ж, ждем!

Грачев проговорил:

– Седой с Хакером сейчас, наверное, кофе пьют.

– Ты хочешь кофе? – спросил Власов.

– Нет, я хочу, чтобы все быстрее началось и еще быстрее закончилось. И вообще, эта командировка – дерьмо. Вроде что-то делаем, а с другой стороны – делаем одно: прячемся. Причем везде и ото всех. Договорился бы уже Хатим с нашими чинами, и полетели бы мы домой.

– Слышал, ты намерен сватать Наиму?

Грачев повысил голос:

– А вот это, Влас, тебя совершенно не касается.

Проводник сделал им замечание:

– Тише, господа товарищи офицеры, сейчас здесь далеко слышно.

Власов и Грачев замолчали. Потянулись нудные, бесконечно длинные минуты ожидания.

Оживление на плато началось в 0.10 воскресенья 22-го числа. На станции Власова раздался сигнал вызова.

– Да, – ответил капитан.

– Седой! Хаим с помощником и водителем едут к вам. Минут через двадцать встречайте.

– Уточнения. Мирза идет по той же дороге, по которой прибыли и мы?

– Практически да. От Кайбака.

– Принял.

Власов перевел спутниковую станцию в режим ожидания, кивнул Грачеву и Шахри:

– Мирза, Шади и водитель на подходе к нам. Приготовились.

«Тойота» Хатима подъехала к площадке южной стороны каньона раньше ожидаемого срока, в 0.25. Водитель остался на месте, Мирза с помощником вышли из внедорожника. Одновременно капитан Грачев с высоты включил дистанционное прослушивающее устройство.

Хатим потянулся:

– Хорошо сейчас. Прохладно, воздух чистый.

Он находился в хорошем настроении.

– Только темно, – проговорил Шади.

– Так ночь, Анвар, да и не так темно, как осенью, вот в октябре здесь действительно хоть глаз выколи. Запросто можно свалиться в каньон. А сейчас на небе звезды.

– Что-то Абдалла молчит.

– Еще не время! Ты вот что, Анвар, возьми ночной бинокль и осмотри местность вокруг каньона!

– Хоп! Но кроме шакалов здесь и сейчас я вряд ли кого-то замечу. Да и те скорей всего охотятся в ущелье.

– Ты меньше разговаривай, Анвар.

Помощник Хатима вернулся к машине, достал из футляра бинокль. Перевел планку в положение «Ночь», дождался, пока перестанет мигать красная лампочка, стал осматривать местность. На высоте он задержался, оглядывая ее от подножия до вершины. Опустил бинокль.

– Ну что? – спросил Хатим.

– Чисто! Никого.

– Высоту хорошо осмотрел?

– Да.

– Это единственное место, откуда можно фиксировать все, что будет происходить здесь.

Шади уверенно заявил:

– На высоте никого нет!

– Мне бы твою уверенность, впрочем, там и не может никого быть.

Пропищал сигнал вызова на портативной радиостанции Хатима.

– Слушаю!

– Абдалла. Мы в двух километрах от каньона.

– А я уже здесь. Хазари, Насир и Тамид ничего не подозревают?

– Нет!

– Хоп. Жду.

Отключив радиостанцию, Хатим повернулся к помощнику:

– Шади, подготовь видеокамеру. Будешь снимать все, потом мы смонтируем то, что нужно.

– Я понял.

Хатим махнул рукой водителю. Тот выпрыгнул из машины и быстро подошел к хозяину:

– Слушаю, саиб!

– Отойдем, Тимур.

Взяв под руку начальника своей охраны, Хатим отвел его в сторону и проинструктировал. Говорил он почти шепотом, и Грачев, даже выведя на полную мощность прослушку, уловил лишь отдельные слова – «быстро», «на колени», «по сигналу», «бью я».

Выслушав хозяина, Тимур Белуни кивнул и вернулся к машине. Там достал из-за спины американский пистолет «кольт», привел его к бою.

Местность осветили мощные многочисленные фары и прожектора приближающихся со стороны высоты двух мощных внедорожников. Они встали вдоль каньона, на удалении в тридцать метров от обрыва. Прожектора мачт были направлены на образовавшуюся площадку. Из первой машины вышел афганец в полевой «натовской» форме. Он приблизился к Хатиму:

– Твои «кролики» доставлены.

– Уверен, что они ничего не подозревают?

– Да, ведь им сказано, что едем в Кабул, а сюда заезжаем для встречи с тобой по приказу Джемала.

Хатим обернулся:

– Готов, Тимур?

– Да, саиб.

– Шади?

– Готов, камера включена.

Хатим бросил Муштаку:

– Вызови Хазари и его людей! А твои люди пусть находятся сзади, чтобы наши «кролики» не разбежались.

– Хорошо!

Помощник Джемала ад Дина подал сигнал, и из второй машины вышли трое безоружных, ничего не подозревавших афганца.

При их виде Хатим улыбнулся:

– О! Имад, Насир, Тамид!

– Рад видеть тебя, Мирза, – сказал старший троицы – Имад Хазари.

– Сейчас ты обрадуешься еще больше.

Подойдя к Хазари, Хатим неожиданным ударом сбил его с ног. Тимур ударом в затылок поставил на колени второго афганца и, выхватив пистолет, приказал третьему:

– На землю, Тамид!

– Но в чем дело?

– На землю, сказал или всажу всю обойму в твою тупую голову.

Тамид опустился на камни. Хатим подал сигнал, и Тимур быстро связал безоружных и полностью деморализованных афганцев.

Имад Хазари, сплюнув на камни сгустки крови, поднял голову:

– Ты что, Мирза? Что все это значит?

Хатим сменил тон:

– Тебе и твоим людям не повезло, Хазари. Ты же знаешь, что семью моего брата зверски убили талибы, – Хатим рассмеялся, – детей не пожалели. Кто-то должен ответить за это убийство.

– О каком убийстве ты ведешь речь, Хатим? И Джафар, и Заида, и их дети живы, здоровы, ни в чем не нуждаются. Как и было договорено, имитировав казнь семьи, я по-тихому вывез ее в Пакистан. И сейчас она…