Атомный сон (Сборник) - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 61

– А ты руководство по задержанию внимательно читал? – спрашивает Тигренок. – Находящиеся на месте происшествия люди подвергаются заклинанию «заморозки» с последующим стиранием воспоминаний.

– Спасибо и на том, что память стирать не стала, – говорит Антон, косясь на ворожею.

Ворожея, выпучив глаза, смотрит на Антона. Повышает голос:

– Ах ты гадюка… я ж тебе помочь хотела… я же… да как я тебя не раскусила, козел-провокатор… ты же один из них! Да как я в байку твою поверила! – Она привстает, вглядываясь в лицо Антона, и вдруг пораженно произносит: – Так ты не врал! У тебя и впрямь жена ушла… ты же не врал…

Антон отворачивается, смотрит в окно.

Ворожея замолкает, садится.

– Сударыня, у вас как у официально зарегистрированной ведьмы было право на приготовление и продажу трех настоящих зелий в год, – говорит тем временем Илья. – В целях упрочения репутации и рекламной кампании. Вы свой годовой лимит использовали еще весной.

– Помочь хотела, – холодно говорит ворожея. – Я ведь вижу – хороший мужик, жену свою любит… а любовь – она выше всех запретов…

– Извините, но мне нужна ваша лицензия, – прерывает ее Илья.

Ворожея идет куда-то в комнату, возвращается с листом плотной желтоватой бумаги – какие-то печати, архаичные буквы, подписи… Печать тускло светится зеленым.

Илья проводит над листом ладонью: две светящиеся красные полосы перечеркивают лицензию, появляется красная надпечатка: «Временно аннулирована».

Семен тем временем подходит к Антону, кладет ему руку на плечо. Грубовато говорит:

– А ты молодец. Я думал, не справишься.

– Всего хорошего. Завтра явитесь в Ночной Дозор, – говорит ворожее Илья. Смотрит на свою спутницу, поправляет очки. – Тигренок, а ты займись клиентом.

Девушка подходит к Антону. Протягивает руку. Пузырек, оказывается, все это время был в руках Антона – тот задумчиво крутит его в пальцах, разглядывает… Тигренок убирает руку, с жалостью заглядывает Антону в глаза.

Антон криво улыбается и отдает ей пузырек.

– Антон, – негромко говорит Илья. – Совершенно не обязательно…

Антон качает головой. Кивает девушке, ожидающей чего-то.

Тигренок молча выливает пузырек в раковину. Наигранно-деловым голосом произносит:

– А теперь я тебе внушаю, что ворожея была мошенницей, ты это сразу понял и не стал связываться. О нашем появлении ты тоже ничего не помнишь. В общем-то все так оно и происходит на самом деле. Правда, Зинаида Павловна?

– Истинная правда, – отвечает ворожея. От ее былой угрюмости не осталось и следа, теперь это – милая интеллигентная старушка. – Я думаю, что Антон справился. Зачет ставлю без малейших колебаний.

Антон непонимающе смотрит на ворожею, потом оглядывается на Тигренка: та улыбается и виновато разводит руками.

Семен откашливается и говорит:

– Зинаида Павловна – наш уважаемый и опытный сотрудник. Сейчас на пенсии, но экзамены принимать помогает… Ты уж извини – так принято. В обстановке, приближенной к боевой.

– Угу, – задумчиво говорит Антон. – Понятно. – Смотрит на ворожею: – Дарья… простите, Зинаида Павловна, а я и впрямь был убедителен?

– Абсолютно убедителен, Антошка, – говорит «ворожея». – Ты молодец. Можешь с этой легендой отправляться на настоящее задание.

– Я… не буду, – говорит Антон.

– Почему? – удивляется Илья. – Есть настоящая ведьма, которая именно так действует. Зинаида Павловна замечательно ее сыграла, аж мороз по коже! Год уже следим… все никак не можем взять на горячем…

– Не хочешь выступать провокатором? – с пониманием спрашивает Семен.

– Не в том дело, – говорит Антон. Смотрит на товарищей. – Если я пойду к ведьме с этой историей… чем я буду лучше самой ведьмы? Я все предам, все, что у меня было с Надей…

– Она же тебя предала, – напоминает Илья.

– А я ее – нет, – пожимает плечами Антон. Обводит взглядом коллег.

– Антон, но ведь ты уже пошел, – говорит Тигренок. – Ты согласился, думая, что идешь к настоящей ведьме!

– Я не знал, что это будет так… соблазнительно, – говорит Антон. – Я… не уверен, что вызову группу захвата. Давайте придумаем другую историю, я постараюсь убедить ведьму. А с этой… нет.

Ему больше никто не возражает, и Антон говорит:

– Я пойду, ребята.

– Тебя подбросить? – спрашивает Семен.

– Да нет, я на метро… До свидания, Зинаида Павловна. Вы замечательно сыграли.

Антон выходит, хлопает дверь.

Зинаида Павловна вздыхает, потом преувеличенно бодро говорит:

– Что ж, все перемелется… Ведьму ту придется как-то иначе брать. А допуск к оперативной работе я Антону подписать готова.

Все начинают суетливо двигаться к двери, прощаться с Зинаидой Павловной.

– Реквизит-то восстанови! – окликает Зинаида Павловна Илью. Тот хлопает себя по лбу, проводит над лицензией рукой – красная печать гаснет.

Улица, машина Ночного Дозора. Семен прогревает двигатель, Тигренок сидит на заднем сиденье, хмурится.

– Чем недовольна? – спрашивает Илья.

– Так… – отвечает Тигренок. – О дуре той думаю, что Антона бросила. Не люблю я таких…

– А должна любить, – наставительно говорит Семен. – Они – всего лишь люди.

В кармане у Ильи звонит телефон. Машина уже трогается, когда он достает трубку, отвечает:

– Илья. Да, все в порядке. Антон молодец, свою роль отыграл замечательно, старушка наша в восторге. Говорит – хоть завтра может работать… Что? Да… Да. Проспект Вернадского… понял. Понял. Да.

– Что стряслось? – спрашивает Семен, выезжая со двора.

– Езжай на Вернадского, – отвечает Илья.

– А отсюда в город только одна дорога. Что у нас?

– Вампиризм.

– Опять? – Семен не ждет ответа. Только лицо его напрягается.

Сзади слышен треск рвущейся ткани. Илья оборачивается – спинка кресла перед Тигренком распорота, будто по ней провели четырьмя острыми ножами. Тигренок сидит, чинно положив руки на колени. Виновато говорит Илье:

– Извини. Я сама в сервис сгоняю… Не сдержалась…

Темная квартира. Зал. Тяжелые шторы, из люстры и бра выкручены лампочки и лежат на столе – чтобы случайно не включить. Спальня – то же самое. Зарывшись в одеяло, спит Антон. Нет, уже не спит – ворочается, не отнимая лица от подушки. Он лежит как человек, привыкший делить с кем-то постель – занимая лишь половину кровати. На другой половине, на подушке, лежит большая мягкая игрушка.

На тумбочке звонит мобильник. Антон протягивает руку, подносит телефон к уху. Молчит.

– Антон? – Голос из трубки. Официальный, суховатый голос женщины-диспетчера.

Мужчина молчит.

– Антон, девять часов. Солнышко уже село. Ты просил тебя разбудить.

– Спасибо, – хрипло говорит Антон.

– Удачной охоты, Антон.

Мужчина встает. Сидит какое-то время на кровати, проводит рукой по плюшевой собачке, потом встает, идет в ванную. Включает свет – в патрон ввернута красная лампочка, свет как в фотолаборатории. Антон проходит на кухню – там тоже плотно задернуты шторы. Открывает холодильник, дергаясь от загоревшегося внутри света: среди йогуртов и прочей еды стоят две медицинские бутылочки с темной жидкостью. Антон мрачно смотрит на них, потом качает головой и возвращается в ванную. Начинает чистить зубы. Подозрительно трогает их пальцем.

В этот момент звенит дверной звонок. Антон идет к двери. Приоткрывает дверь, оставаясь в коридоре.

В дверь заглядывает молодой парень, вполголоса говорит:

– Пойдем… у нас только полчаса.

Антон уходит одеваться.

Кабинет поликлиники. Прием только что закончен. Молодая женщина-врач снимает халат, берет с вешалки пальто – и замирает, о чем-то задумавшись. Рядом собирается молоденькая медсестра. Смотрит на женщину, осторожно спрашивает:

– Света, все в порядке?

Светлана кивает, одевается. Виновато говорит:

– День неудачный. Что ни больной, то осложнение… притягиваю я их, что ли? Все из рук валится…