Потерянный берег. Дилогия (СИ) - Побережник Николай - Страница 131

По пути мы сделали остановку на т. н. кордоне, и взяли на борт Эрика и Дмитрия, который самый молодой как мне показалось, но он оказался целым старшим лейтенантом погранвойск с того самого сторожевика. Приняли пассажиров. Иваныч дал полный ход, и «Аврора» приподняв нос и вспенивая слабую волну продолжила путь.

Я, Эрик и Дима сидели на низкой угловой баночке по периметру ограждения открытого мостика.

— Мы сообщили руководству о нашей с вами встрече, — сказал Эрик.

— И что руководство? — поинтересовался я.

— Очень обрадовались… ждут вас.

— Эрик, а как же вы до своего НП, ну кордона в смысле добираетесь? Далеко же.

— Уже привыкли, при хорошем ветре под парусом за световой день успеваем дойти, ну и обратно также. Ко многому уже привыкли.

— Это точно… ко многому в этом новом мире приходится привыкать, и со многим смириться, — согласился я.

Через пару часов уже можно было хорошо разглядеть группу больших островов.

— Вон тот большой слева это наш, вон на склоне деревня, правда она уже побольше чем была раньше, домов прибавилось значительно. А правый остров, это… ммм… мы их «старым светом» называем.

— Вымысле? Кроме тысячи жителей у вас ещё и на том острове есть люди?

— Нет, — улыбнулся Эрик, показав ровные белые зубы, — там живут 362 человека из этой тысячи, пожелавшие строить свой новый мир поставив во главу угла старые ценности.

— Это как?

— Да вот так, — ответил Дима, — толерантность, культ бабла, демократия… мать её. Там из старой Европы в основном и американцы живут.

— Т. е. они всех негров и арабов к себе забрали? — спросил я улыбнувшись, — толерантность же?

— Нет, — в голос рассмеялся Эрик, — негры как раз умнее их оказались, большинство с нами осталось. Человек сто пятьдесят у них примерно в общине было.

— Почему было?

— А разогнали мы их по углам, — ответил за Эрика Дима, — нечего нам тут диаспоры создавать… проходили уже. Сразу им сказали, мол островов много идите и там живите общиной.

— Ну да, верно. И что согласились? Без проблем.

— Так у них пример был наглядный, в лице двух десятков арабов египетского и ливийского происхождения.

— А сними что?

— Расстреляли.

— О как… и за что?

— А они нам тут пытались «арабскую весну» свою устроить, ага… хрен угадали, — Дима изобразил жест, согнув одну руку в локте и положив на сгиб вторую, — спасибо деревенским, помогли справиться. Особо буйных отвели в овраг и расстреляли.

— А я считаю зря, — вставил Эрик, — их можно было заставить работать, делать что то полезное.

— Ну вот, видишь как практичная немчура думает? — сказа Дима, — нет шеф принял решение жёсткое и думаю верное. Всё, у остальных желание бузить сразу отпало.

— Эрик, а ты неплохо по-русски говоришь, хоть и акцент ужасный конечно, — улыбнувшись сказал я.

— Я родился и вырос в маленьком городке Вурцен, не далеко от Лейпцига, тогда ещё это была территория ГДР, в школе обязательно учили русский язык, а на окраине города были советские военные… танкисты. У меня было много в детстве друзей — детей русских военных.

— Понятно. А как с оружием у вас?

— Так, пока хватает… у деревенских считай в каждом доме, да ещё и в тайге может что прикопано, а у нас… всё что на сторожевике было то и есть, т. е. полный БК на дежурство… на которое наш экипаж заступил в тот день в 20:00, только и успели выйти в заданный участок… на корабле у нас 28 автоматов, на весь ЛС ну и семь ПМ-ов на четверых офицеров и трёх мичманов, и вот такая игрушка тоже есть, похлопал он по зачехлённому «Утёсу», не говоря о стандартном артиллерийском и ракетном вооружении.

— Ракетном?

— Конечно, «Иглы» и «Штурмы»… У нас же полноценный сторожевой корабль проекта 10410, а не какой-то там катерок сердюковской эпохи инноваций и реформ.

— Сурово… правда я понятия не имею что это за проект, но видно серьёзное что-то.

— Серьёзное, — кивнул Дима, — только торчит теперь на сопке, наполовину в грунт зарывшись… о вот тут надо бы левее уйти, между теми двумя островками, за одно сразу посмотрите на «новые земли».

— Иди тогда вниз к Иванычу, покажешь фарватер, — сказал я.

«Аврора» сбавив ход, медленно проплыла меж двух небольших островков, и на малом ходу пошла вдоль берега острова очень больших размеров… на нём ни один Сахарный поместится. Земля, та что поднялась из под воды была какого-то странного серо коричневого цвета, во многих местах уже росла редкая трава, я разглядел в бинокль пару ручьёв. Рельеф резко отличался от приморского, это была просто холмистая местность.

— Там наверное расти всё будет… даже палка корни пустит, сплошная органика ведь.

— Да согласился Эрик, вон там за полосой леса, что с той стороны склона, уже собрали урожай овощей.

От берега и вверх до невысокого гребня сопки полоса леса, километров в пять. Этот лес тянется вдоль берега, до самой деревни, до которой оставалось по прямой уже километров двадцать, её очертания можно разглядеть в бинокль…

Два длинный мостка от берега у которых были пришвартованы несколько шлюпок, спасательных ботов и целых шесть водных мотоцикла. Ну и тридцати метровая красавица — яхта олигарха стояла здесь же, на неё были переброшены мостки с берега. Было заметно, что кроме шлюпок больше ничем не пользовались уже давно. А в шлюпках да, в некоторых лежали какие-то вещи и рыбацкие снасти, метрах в трёхстах от берега с двух ставили сети. «Авроре» места естественно не было, и сходни опустили прямо на берег, скромно пришвартовавшись недалеко от белоснежной яхты, изрядно поцарапанной правда. Иваныч её как увидел, даже рот приоткрыл.

— Дайте две! — сказал Иваныч, когда мы стояли на носу и ждали доклада боцмана об окончании швартовки.

— Не завидуй Иваныч, — толкнул я его в плечо выводя из ступора.

— Серый ты посмотри какая красавица…

— Не пялился бы ты на неё так откровенно, а то хозяин приревнует и подумает чего нехорошего, да вот наверное и он…

Не дождавшись, когда трап окончательно закрепят, по нему уже быстро поднимался, почти бежал ничем не выдающийся мужик, ну за исключением круглых очков в золотой и явно дорогой оправе. Ботинки с высоким бёрцем, Шорты, рубаха «гавайка» на выпуск подпоясанная чёрным офицерским военно-морским ремнём с чёрной кобурой ПМ, кобура тоже «морского» исполнения, т. е. на специальных регулируемых подвесах крепилась, а не сразу к ремню. Лицо в целом у мужика приятное, гладко выбритое, видно что следит за собой. Я невольно провёл рукой по своей уже отросшей за четыре дня щетине… мда…

— Наши… Наши! — прокричал он с палубы в низ, где стояло человек наверное триста примерно. Вверх полетели кепки, какие то полотенца, народ засвистел и загомонил. Олигарх сделал жест рукой прося успокоиться и разведя руки в стороны направился к нам.

— По мордам бляха-муха вижу что наши! — сказал он, и обнял Иваныча как будто родню. Но потом подавил в себе эмоции и улыбаясь протянул Иванычу руку.

— Эдик… эм… Эдуард Яковлевич.

— Иван, Иван Иванович, — в той же манере ответил Иваныч.

Потом он повернулся ко мне.

— А вы стало быть…

— Сергей Николаевич, — ответил я и протянул ему руку первым.

— Очень! Очень приятно… Эдуард Яковлевич. Эм… Ну… добро пожаловать на богом забытые и никому не известные «Новые Земли».

— Теперь известные, — улыбнулся я, — во всяком случае в «Восточном Архипелаге» теперь про вас знают.

— А где это?

Спустившийся с открытого мостика, и стоявший рядом Эрик, достал из кармана и протянул шефу карту, которую Иваныч рисовал вчера.

— Ну-ка ну-ка… где это? — спросил он и развернул лист смотря на него поверх очков и высунув кончик языка из уголка рта… прям как Дениска когда старательно что то делает и сосредотачивается.

— Вот эти острова.

— А это?

— Это материк.

— Да… — задумчиво произнёс Эдуард Яковлевич, — вот покорёжило то… Да что ж мы тут стоим то! Идёмте, я приглашаю вас на обед на мою «Принцессу». Там и поговорим обо всём.