Рыжее братство. Трилогия (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 192

– Откуда ты знаешь? – удивился Гарнаг и, наверное, тут же попытался проверить мое утверждение.

– Мне подсказали, – таинственно шепнула в ответ.

– Пожалуй, я тоже выпью, – внезапно заявил Гиз и, приблизившись к озеру, повторил ритуал.

– И я! – бойко прозвенел Фаль, последовав нашему примеру, отхлебнул прямо с поверхности воды, зависнув над ее гладью, как колибри.

– Я не могу, – чуть виновато, но твердо признался Кейр.

– Ну и не надо. Ты верующий, уважаю. – Я не стала спорить с телохранителем и, умиротворяюще улыбнувшись ему, обратилась к Гарнагу: – Не сердись, бог, мне нравится ваш мир, и ты нравишься. Я не отказываюсь от нашей договоренности насчет помощи в судах, но пойми, мне хотелось контролировать ситуацию, жить так, как считаю нужным, и не ждать, что через секунду какието бесплотные создания могут явиться и испоганить мою жизнь, а я, что самое противное, ничего не смогу с этим поделать.

– Понимаю, – поразмыслив, признал Гарнаг. – Ты поступила не так, как хотели мы, и не так, как мы боялись, но так, как считала правильным, ты соблюла равновесие. Странно было бы ждать от тебя иного, служительница. Ты ведь служишь Вселенной, а не богам и не Силам. Зови, если пожелаешь… – На последнем слове речь бога разом утратила всю торжественность и обогатилась мурлычущими интонациями и легкой двусмысленной улыбкой. Кажется, эта улыбка исчезла с поляны чуть позднее самого Гарнага.

– Что ты там говорила о домогательствах, магева? – осведомился Гиз, вытирая влажный подбородок. Прохладные сероголубые глаза мерцали светом отраженных звезд, чуть насмешливой, бесконечно нежной теплотой и ревнивыми сомнениями. Мой киллер, мой телохранитель, мой спутник, мой друг и, возможно, мой мужчина. Не зря говорят, если закрылась одна дверь, непременно должна открыться другая. Чтото защекотало у меня в груди от взгляда Гиза. Скрывая смущение, я хихикнула:

– Какнибудь в другой раз расскажу, мой любопытный друг, а то мы ведь торопимся.

– И куда же? – скептически осведомился киллер.

– Как куда? Господа телохранители, у вас что, приступ группового склероза? – всплеснула руками и патетически воскликнула: – Конечно, на коронацию нашего Лакса! Не каждый же день нас приглашают на такие уникальные мероприятия!

– Уррра! – завопил Фаль, плюхаясь с разгону мне на плечо.

– Еще бы не ура, – поддакнул Кейр, – налопаешься эльфийских деликатесов от пуза.

И я начала смеяться над этой немудреной шуткой телохранителя и никак не могла остановиться. Веселье рванулось изнутри бурным потоком, смывая внутреннее напряжение последних часов. Отныне и навсегда я была свободна, свободна выбирать свою дорогу без чужих указаний. А уж каким он окажется, мой путь, время покажет. Если же чтото вдруг не понравится, магева я, в конце концов, или не магева? Наколдую другую дорогу, главное, чтобы рядом со мной попрежнему были друзья. Я поймала понимающий взгляд Гиза и показала киллеру язык.

Вместо эпилога

– Ну что вы переживаете? Неплохо же получилось? – Говорящий, похоже, уже устал убеждать, увещевать и успокаивать.

– Не переживать? А вода эта проклятая из Черного озера? – нервно застонали и проканючили в ответ. – Как нам теперь со служительницей общаться?

– Словами. Вода этому не помеха. Все равно же решили ее пока на Вальдине держать. Вот и радуйтесь, что девочка неплохо устроилась.

– Тебе легко говорить, Связист, ты же Силапосланник, – буркнули неуверенно.

– Блин, вамто чего трудного? Малышка цела, здорова, счастлива, под присмотром хорошего мужика. Баланс сил в мире уже восстанавливает. Эльфийскочеловеческое равновесие отладила, способ борьбы с мутацией островитян нашла, дорогу к старым истокам змеиной силы, которая для людей является гибелью, перекрыла. Ну пока, конечно, добрая слишком, так поживет еще, на мир поглядит, цинизма да пофигизма поднаберется. Пусть учится! Проще же с ней работать потом будет! – терпеливо вздохнул именуемый Связистом, словно не с бестелесной коллегой разговаривал, а буйнопомешанного психа просил отойти от края крыши.

– А если она не захочет? – жалобно поинтересовались Силы с неподдельной тревогой.

– Ох, ну как не захочетто? Она же служительница и все больше и больше будет сознавать себя таковой, – крякнул Связист. – Ну ругается пока, так ведь молодая, неопытная, это пройдет! От Судьбы и Предназначения не убежать! Вы же сами знаете, как это бывает.

– Знаем, – признали Силы и в нетерпеливом предвкушении детей, которым пообещали подарок на день рождения, пожелали: – Поскорей бы!

РАБОТА ДЛЯ РЫЖИХ

Моему дорогому дедушке Тарасову Евгению Федоровичу, с нетерпением ожидавшему третью книгу этого цикла, — с любовью.

С благодарностью Ольге Рыжановой, Валерию и всем читателям сайта «Самиздат» за ловлю «блох»!

Рассказ-пролог

ВСЕ, ЧТО НАМ НУЖНО, ВСЕ, ЧЕГО МЫ ПОЖЕЛАЕМ

Говорят, от дивных эльфийских вин похмелья не бывает. Врут! Нагло врут! А может, у эльфов его и не случается, а вот у людей, особенно у обыкновенно не пьющих магев… О-ох, грехи мои тяжкие! Голова гудит, будто в ней какая-то зараза в Царь-колокол бьет и из Царь-пушки палит. Интересно, а эльфийские жеребцы (это я на Дэлькора, коня своего верного, прозрачно намекаю) сей недуг не врачуют? Или он у меня только по физическим травмам специалист? Ладно, проверим, главное — не выпасть из седла, продержаться еще хоть чуток, чтобы понять, становится мне лучше или не становится, а если нет, так упасть в травку у обочины и валяться, пока не полегчает.

Мы ведь больше никуда не торопимся. Никого срочно спасать не надо. С Силами, чтобы в жизнь и судьбу мою не лезли, пакт заключили, хвала водице волшебной из Черного озера. Свадьбу Лаксову, то есть ныне князя Карниалесского Лаксанрэномириэля, вчера после коронации отыграли. И вовсе не обидно мне и не больно, нет, нельзя обижаться на того, кто так счастлив! Видела я его избранницу: красивая и такая милая, что даже вознамерься я бороться за бывшего кавалера — отступилась бы, глянув, какими глазами он на нее смотрит, и как она в ответ ему улыбается; как их руки друг друга касаются, словно хрустального или из сновидений сотканного чуда! Даже непроходимой тупице стало бы ясно: у Лакса впереди своя жизнь с целой кучей княже-эльфийских обязанностей и новой любовью, а у меня свои дорога и судьба. Все правильно, все так, как и должно быть. Я отпустила! Одним словом — до свиданья, Лакс, еще непременно увидимся, и здравствуй — свобода! Отдыхай, магева, гуляй по миру, а что голова болит — это мелочи, пройдет. Главное, перетерпеть, а то таблетку проглотишь, боль стихнет, но такая мерзкая сонливость накатит, что и жизнь не в радость будет.

А вот Фалю хорошо! Спит малютка у меня на плаще, поперек седла перекинутом, и в ус не дует. Нет у него усов! Налопался эльфийских деликатесов от пуза за те дни, что мы в краю Дивных гостили. Столько ел, что я все боялась — лопнет деточка или понос заработает, но нет, только крылышки ярче сиять стали и, кажется, кроха-сильф сделался капельку выше…

— Что, магева, головушка болит? — подъехал сбоку и сочувственно спросил Кейр. Заботливый у меня телохранитель, ну точно папа-брат и дядя-опекун в одном флаконе.

— Болит, — ответила я хмуро. Улыбаться через силу сроду не была приучена.

— Да еще и голос хриплый, — озабоченно покачал головой мужчина. — Перебрала ты малость вчера.

— Голос у магевы оттого хриплый, что она вчера весь день и всю ночь песни свои с эльфами горланила, — язвительно встрял мой второй телохранитель Гиз откуда-то из-за спины. Наверное, специально спрятался, чтобы в глаз не получить за шуточки!