Черный Баламут (трилогия) - Олди Генри Лайон - Страница 175

- Верно! - поддержал брата Бхима. - Спускай собаку, Серебряный! Или, может, лучше все-таки меня пошлем?..

Юдхиштхира замялся, не зная, что возразить, и Арджуна, не теряя понапрасну времени, ухватил за за-. гривок ближайшего пса, здоровенного, черного с рыжими подпалинами гончака, заставив собаку подползти и лечь рядом. Пес вопросительно глянул на хозяина, потом, повинуясь властному жесту, - на человека у деревянного идола.

- Взять его! - тихо скомандовал Арджуна и толкнул собаку вперед, оглаживая против шерсти.

Пес не был приучен к охоте на людей. Однако приказ хозяина - это приказ хозяина!

Это закон.

Кроме того, от человека на поляне пахло почти как от зверя.

Пес вскочил, едва не отшвырнув в сторону юношу, и с громким лаем устремился вперед.

Дальше все происходило очень быстро.

Услышав позади приближающийся дай и треск кустов, нишадец резко обернулся. В руках у него был натянутый лук, и первая стрела уже лежала на тетиве. Горец пока не мог видеть мчащегося к нему пса, но он его слышал.

Этого хватило.

Семь стрел, одна за другой, пронизали кустарник в течение считанных мгновений. Ни одна из остроклювых птиц не прошла мимо. Пес успел только взвизгнуть с короткой жалобой - и рухнул наземь. Три стрелы торчали из оскаленной пасти, две вошли в глаза, еще две - в шею.

Земля вокруг агонизирующей собаки быстро пропитывалась бурой кровью.

Поначалу братья-Пандавы застыли, не веря своим глазам.

Первым очнулся Бхима.

- Да я его!..

- Прекрати! - резко одернул брата Юдхиштхира. - Он просто защищался. Лучше уйдем отсюда.

И они ушли. Подавленные, растерянные..Отползли назад, стараясь остаться незамеченными, поднялись и быстро двинулись прочь.

- Собаку жалко, - нарушил наконец тягостное Цмолчание один из близнецов, когда братья отошли достаточно далеко.

- Жалко, - кивнул второй, - И шарабху жалко… так и не забрали.

Действительно, царевичи, не сговариваясь, направились к опушке леса напрямик, коротким путем, минуя те места, где свалили добычу.

- Шарабху!.. - передразнил близнеца Страшный. - Эх, надо было все-таки выйти да ка-ак врезать гаду!..

- Думаю, нам лучше помалкивать о сегодняшней встрече. - Царь Справедливости тоскливо вздохнул, поджав губы.

Бхима насупился, но возражать не стал.

- Договорились? Близнецы дружно кивнули.

- Он не видел ее, - пробормотал себе под нос Арджуна. - Не видел, но попал!

Царь Справедливости впустую ждал ответа от самолюбивого брата.

И это очень не понравилось старшему Пандаву.

Шелест плотной ткани был тихим, едва уловимым однако Дрона сразу проснулся. Он не пошевелился, ничем не выдав своего пробуждения - даже глаза Брахмана-из-Ларца остались закрытыми.

Он ждал, что последует дальше.

Кто-то переминался с ноги на ногу у входа в шатер. И Брахман-из-Ларца понял: у раннего посетителя нет дурных намерений, если он остановился в нерешительности, опасаясь войти без дозволения и разбудить спящего.

Тайные убийцы-сатри и явные враги поступают иначе.

Во всяком случае, они не сопят столь обиженно.

- Входи, - отчетливо произнес Дрона, одним движением садясь на циновках и поворачиваясь лицом ко входу в шатер.

- Я не хотел потревожить твой сон, Гуру. - В проеме, откинув ковровую занавесь, стоял юный Арджуна. - Прости мне мою дерзость…

При виде хлопковолосого подростка, гибкого, как дымчатый леопард-двухлетка, взгляд Брахмана-из-Ларца потеплел.

Так встает солнце из-за ледников Химавата.

- Поздно сожалеть и каяться - я уже проснулся. Твое дело достаточно важное, чтобы подымать старика ни свет ни заря?

В последнее время Дрона привык называть себя стариком. Для сорокапятилетнего сына Жаворонка это было скорее ритуальной формулой или удобной личиной, поскольку он никогда не придавал значения реальному возрасту.

Особенно после знакомства с Рамой-с-Топором и Гангеей Грозным.

О собственном отце он вспоминал редко, не очень хорошо понимая, считать его живым долгожителем или… или обитателем райских сфер.

- Твои слова исполнены глубокого смысла, Гуру. - Царевич почтительно склонился перед Наставником, поднеся ко лбу сложенные ладони. - Дозволь мне поговорить с тобой и задать вопрос.

- Говори, - милостиво кивнул Дрона, пряча улыбку, дабы не опровергнуть "глубокого смысла" слов. - И задавай.

- Ты обещал, что я буду лучшим воином, Гуру. Самым лучшим! Ведь так?

Арджуна нервно теребил золотой браслет-ангаду, надетый на правую руку у самого плеча, и в потупленном взоре юноши явственно читалось смятение.

А также плохо скрываемая обида.

Дрона смотрел на злосчастный браслет и вспоминал, скольких трудов стоило приучить парня, левшу от рождения, одинаково владеть обеими руками.

- Да, я обещал тебе это. И ты знаешь, что я всегда выполняю свои обещания. Вдобавок ты талантлив. Это не похвала - скорее это обещание содрать с тебя семь шкур, но превратить просто ценный камень в драгоценный.

- Спасибо, Гуру, но… Но я-не лучший! - решившись, выпалил Арджуна. Будто в омут головой кинулся.

- Пока - да. Ты ведь еще только учишься… Кроме того, нельзя же быть лучшим во всем! Твой брат Бхи-ма, например, лучше тебя владеет палицей, поскольку сильнее и больше к этому расположен. Зато ты превзошел и его, и многих других во владении иными видами оружия. Уже сейчас ты лучший из моих учеников. Сам знаешь, я зря не разбрасываюсь похвалами. Правда и посох Наставника - вот средства от зазнайства.

Брахману-из-Ларца вспомнился недавний спор с Грозным. Регент настаивал на том, чтобы через год-Другой приступить к обучению лучших учеников таинствам Астро-Видьи. Сперва в урезанном объеме, а дальше.- как получится…

Дрона был против.

Но если учить лучших… Третий из братьев-Пандавов. Серебряный Арджуна, был единственным достойным небесного оружия - с точки зрения Брахмана-из-Ларца.

Они с Грозным так и не пришли к общему мнению.

- Да, Гуру, я знаю. Но… у тебя есть ученик, лучший, чем я!

- И кто же он? - Дрона слегка приподнял брови.

Не Ашватхамана ли имеет в виду вспыльчивый гордец? Да, лет через десять-пятнадцать сын Дроны ни в чем не уступит Арджуне, и уж ему-то Брахман-из-Ларца наверняка отдаст все свои знания без колебаний и остатка… Но, обещая вырастить Арджуну лучшим, Дрона имел в виду "лучшим среди кшатриев"! Не глупо ли сравнивать жреца и воина? Ведь даже прими взрослый Жеребец вынужденное участие в какой-либо войне, он был и останется брахманом по рождению, так же, как Арджуна - потомком царей и богов!

Может ли тигр ревновать к орлу?

Правда - к исключению?

Неприятный отзвук сомнения в правоте собственных слов шевельнулся в глубине души Наставника.

- Грязный нишадец! - гневно выкрикнул Арджуна.

- Кто-кто? - Брови Брахмана-из-Ларца удивленно поползли вверх с забавной резвостью, что случалось крайне редко.

На памяти Арджуны - ни разу.

В удивлении крылась изрядная толика облегчения: оказывается, дело не в родном сыне Дроны, а в зверообразном горце, о существовании которого Брахман-из-Ларца давно забыл…

- Грязный нишадец! Тот, который приходил сюда два года назад и просился к тебе в ученики! Ты тогда еще дал ему один урок, Гуру! И он теперь всерьез считает себя твоим учеником!

- Я слушаю, - тоном приказа бросил Дрона.

И Арджуна начал рассказывать.

- …он попал в собаку, не видя ее! Семью стрелами подряд! Пасть, глаза, горло… - закончил царевич. И тут же, словно боясь опоздать, заговорил снова: - Как он мог научиться стрельбе вслепую, Гуру, если ты не обучал его?! - В срывающемся голосе Арджуны звучали слезы. - Помнишь, на днях ты даже не похвалил меня, когда я попробовал стрелять с завязанными глазами?! Конечно, у меня тогда не сразу получилось, но ведь получилось же! Слуга дергал ветку с привязанной к ней мишенью, а я стрелял на звук. Ведь я же попал в конце концов!