Ветеринар для Единорога - О'Донохью Ник - Страница 70

— Что странно?

Бидж показала на слоняющихся вокруг студентов, любителей мороженого, расположившихся на скамейках рядом с «Митчем», грузовички, развозящие товары из магазинов на Колледж-стрит.

— Если кто-то из них побывал на Перекрестке, как можно об этом догадаться?

— Если бы мы кого-то из них там повстречали, — ответил Дэйв свысока, — мы бы его узнали, верно?

Бидж умела быть терпеливой, даже с самоуверенными типами вроде Дэйва.

— Как определить, видя их здесь, что они там были?

— Несвойственная здешним окрестностям грязь на колесах, — немедленно блеснул эрудицией Дэйв. — Будь я Бэтменомnote 19, я бы сразу это заметил.

Бидж ответила со всем так-том, на который была способна:

— Если только ты не маскируешься совершенно гениально, такое везение, похоже, нам не светит.

— Ну ладно, а как насчет того, что кто-то из них проговорится?

— Ты хочешь сказать, что человек вдруг ни с того ни с сего начнет распространяться о единорогах, кентаврах и сатирах? Тебе самому случалось такое делать?

— Ни разу. — Теперь Дэйв перешел в наступление: — А как бы ты поймала такого шустрика?

Бидж подумала о картине, изображающей Хетти Хандалл, но с сожалением должна была признать, что едва ли подобные вещественные доказательства существуют более чем в единственном числе. Но с другой стороны…

— Если бы мы могли догадаться, зачем они туда отправлялись, мы бы знали, что следует искать.

— Ну, это очень расплывчато. — Дэйв кивнул на витрину «Митча», уставленную поникшими филодендронами и неухоженными аспидистрами. — Может, кому-то придет в голову торговать там мороженым. Как ты его вычислишь?

— Показания спидометра грузовичка, — немедленно нашлась Бидж. — И мороженого нужно было бы заказывать больше. И появились бы, наверное, новые разновидности…

— Вроде «Гнезда птицы рок». В этом что-то есть. — Теперь Дэйв уже наслаждался ролью детектива. — А что ты скажешь о греческом ресторанчике?

— У Стана появились бы новые блюда, — сказала Бидж задумчиво. — Но он заказывает свои бараньи отбивные в чикагской фирме, специализирующейся на полуфабрикатах.

— Откуда ты знаешь?

— Как-то в разговоре всплыло. И если бы Стан открыл филиал на Перекрестке, ему пришлось бы тоже увеличить заказ.

Дэйв наморщил лоб, усиленно размышляя, — Точно. По этому признаку налоговая полиция отслеживает тех, кто скрывает доходы.

Дэйв щелкнул пальцами, а Бидж широко раскрыла глаза.

— Золото! — произнесли они в один голос. Так же одновременно они повернулись и посмотрели на витрину ювелирного магазина Риерсона. Там были выставлены стеклянные кольца, часы с римскими цифрами на циферблатах, гладкие серебряные кубки еще без выгравированных на них видов спорта и дат и изобилие обручальных колец. Бидж по опыту знала, что достаточно остановиться у витрины и начать рассматривать кольца, чтобы любой поклонник начал нервничать. Она покачала головой:

— Здесь все слишком респектабельно.

Вайатт Риерсон, пожилой джентльмен, основавший фирму «Ювелирные изделия Риерсона» и до сих пор руководивший ею, каждый год перед началом занятий в университете посылал письмо в «Зап. — Вирдж. таймс», приветствуя первокурсников и призывая их к добропорядочности и достойному поведению. Бидж видела его, когда покупала золотые кольца для укрепления рога единорога, и нашла очень славным, хотя и несколько чопорным.

Дэйв почесал в затылке:

— И к тому же Риерсон сам не делает оправ, он только вставляет камни в заказанные на фабрике заготовки. Как насчет другого магазина — нового?

Бидж непонимающе посмотрела на него:

— Какого?

Вместо ответа Дэйв повел ее к лестнице, ведущей на второй этаж здания, где размещались «Митч» и «Ювелирные изделия Риерсона». Там располагались мелкие лавочки, не настолько доходные, чтобы арендовать помещения с витриной на первом этаже. Обычно они появлялись и исчезали с калейдоскопической быстротой: вегетарианский ресторан уступал место кафе-грилю, а кафе-гриль — ливанской столовой, торгующей навынос. Бидж не бывала там со своих абитуриентских времен.

Теперь между магазином воздушных змеев и пунктом проката видеокассет появилась новая вывеска: «Ограненные камни и драгоценные металлы». Под причудливо изогнутой надписью красовалось стилизованное изображение ириса, которое Бидж нашла претенциозным. Дэйв любезно открыл перед ней дверь.

Выходящие на запад окна помещения были увешаны кристаллами и стеклянными бусами. Светильники под потолком оказались заключены в шары из блестящей мишурной сетки с хрустальными подвесками, свисающими вниз. Весь зал сверкал и переливался, и каждая колеблемая воздухом нить мишуры и каждая подвеска бросали радужные отблески на пол и стены.

Одни стеклянные витрины содержали россыпи камней, другие — изделия из золота: филигранные броши и серьги, массивные перстни с монограммами, рунами или знаками зодиака.

Отдельный прилавок был отведен друзам аметистов, кристаллам розового кварца и множеству других минералов, каждый камень поддерживался прихотливо изогнутой золотой проволокой, повторяющей и подчеркивающей его форму.

Бидж переводила взгляд с витрины на витрину, растерявшись так же, как в первый свой визит на Перекресток. Здесь все было непохоже на магазин Риерсона, который специализировался на обручальных кольцах и приобретаемых по случаю окончания университета часах.

Человек, стоявший за прилавком, улыбнулся, заметив ее растерянность. Он был сутул и лыс, с напомаженными загнутыми кверху пышными усами.

— Я счастлив, что вы не сочли за труд подняться сюда, — сказал он с подчеркнутым акцентом аристократа-южанина. — Надеюсь, мне удастся доказать вам, что вы сделали это не напрасно. — Он широко, почти игриво улыбнулся и протянул руку: — Меня зовут Мередит У.Корлисс.

Бидж показалось, что он ждет от нее реплики: «Тот самый Мередит Корлисс?», но она ограничилась тем, что назвала себя и Дэйва.

— Вы интересуетесь камнями? — спросил Корлисс деловито. — Если так, то я советовал бы вам не торопясь осмотреть витрины и выбрать ту оправу, которая наиболее в вашем вкусе: дерево, золото, нержавеющая сталь. Я всегда говорю: как бы ни был хорош камень, он ничего не стоит без соответствующего обрамления.

Бидж смутилась: все это звучало для нее как рассуждения эксцентричной пожилой дамы-южанки. Наконец она сумела вставить реплику:

— У нас довольно необычный вопрос. Корлисс улыбнулся ей и на мгновение стал самым обычным дружелюбным торговцем.

— Голубушка, на свете гораздо меньше необычных вопросов, чем вы думаете.

Бидж протянула ему два треугольных сегмента монеты с Перекрестка.

— Я хотела бы узнать, как с вашей помощью я могла бы обратить это в деньги.

Мередит Корлисс печально посмотрел на Бидж и Дэйва:

— А я-то думал, что вами движет похвальный интерес к благородным кристаллам. — Но тут же продолжил деловым тоном: — Перед вами открывается несколько путей, все не столь технически затруднительные, как может показаться. Для извлечения золота из руды используется ртутная амальгама, а затем продукт подвергается восстановлению. Если в руде содержится примесь теллура, ее нужно сначала прокалить. Существуют компактные плавильные печи — размером с духовку, их можно установить даже на столе — с регулировкой нагрева, благодаря чему весь процесс легко осуществим.

Если золото уже извлечено из руды, применяется традиционная технология его очистки, так впечатляюще описанная в Библии. При этом золото плавится при относительно низкой температуре и, будучи тяжелым, оседает на дно тигля, остается только удалить верхнюю фракцию расплава и перелить золото в изложницу. В результате вы получите симпатичный блестящий брусок почти чистого золота.

Улыбка Корлисса стала холодной. — Следует соблюдать осторожность, чтобы не вдохнуть пары: для придания должного веса монетам в них испокон века добавляют свинец.