Ветеринар для Единорога - О'Донохью Ник - Страница 29

— Ну хорошо, хорошо, — сварливо произнес грифон, оглядываясь. Бидж подумала, что он, пожалуй, смущен. — Продолжай, что уж там.

— Я вот о чем подумала. — Ли Энн казалась встревоженной. — Грифон, что, если тебе понадобится лекарство? Выписать его мы можем, а как его тебе доставят?

— Через Кружку, я думаю, — откликнулась Анни. — Или… трактирщик упоминал торговца по имени Оуэн.

— Оуэн — занятная личность, — сказал грифон одобрительно. — Если вам что-то нужно и вы готовы платить, достаточно ему сказать. Если эта вещь существует в природе, он ее достанет. — Грифон слегка приподнял покрытую перышками бровь. — Вы, однако, должны быть готовы заплатить его цену.

Бидж вспомнила о Рапунцель и Румпельштильцхенеnote 11.

— Значит, он… — она почти произнесла «злобный» — это слово казалось почему-то очень подходящим здесь, на Перекрестке, — …жестокий человек?

— Боже мой, нет. — Голова грифона кошачьим движением повернулась вслед за перелетающей с ветки на ветку птичкой, и он равнодушно добавил: — Если уж на то пошло, он скорее слишком добрый.

— До сих пор все, кого мы встречали, были добры, — сказала Анни с сомнением в голосе.

Грифон повернулся и серьезно посмотрел на девушку:

— И ты совершенно права, что не доверяешь этому. В нашем мире приходится встречать ужасно жестоких и страшных существ. Вот, например, генеральный инспектор.

— Да, мы слышали, что он снова объявился, — ответила Ли Энн.

— «Объявился»! Глупости, юная леди. Он всегда где-нибудь поблизости. — Грифон задумался, потирая лапой клюв. — Пожалуй, можно сказать, что он делает обход, — в знакомых вам терминах. — Синеспинка подлетела слишком близко. Голова грифона взметнулась вверх и в сторону, и он аккуратно заправил лапой в клюв свисающее синее крылышко. — Даже я сам не хотел бы с ним встретиться.

Грифон с удовлетворением обвел взглядом их пораженные лица и повернулся к Дэйву:

— Ну? Что теперь?

Дэйв потряс головой, перебирая в уме уже сделанное: пальпация, осмотр кожных покровов… Тут ему пришла удачная мысль, и он выпрямился, усмехаясь.

— У нас редкостная возможность: говорящий пациент. Не скажешь ли ты нам, что тебя беспокоит?

Грифон посмотрел на Конфетку и ровным голосом ответил:

— У меня болит лапа. Возможные причины: а) перелом, б) инфекция, в) нарушение обмена, г) болезнь неясного происхождения.

Конфетка, не моргнув глазом, протянул:

— Твое мнение, Дэйв: а, б, в или г?

Дэйв по очереди посмотрел на все четыре лапы:

— Которая?

Грифон протянул ему когтистую правую переднюю лапу. Дэйв опустился на колени и начал осторожно ее ощупывать, зашипел и сунул палец в рот.

— Черт. — Он выдавил кровь из пореза и спросил грифона: — У тебя на когтях нет яда?

— Разве ты думаешь, что я в этом нуждаюсь? — ласково ответил тот.

— О'кей, — кивнул Дэйв, снова принимаясь обследовать лапу.

— Сэр… — начала Ли Энн и прикусила язык: это вырвалось автоматически.

— Сударыня? — вежливо поощрил ее грифон.

— Раз твое тело в основном кошачье…

— Львиное, — поправил ее тот.

— Львиное. Как же ты вылизываешься — у тебя ведь клюв?

Вместо ответа грифон по-совиному повернул голову почти на сто восемьдесят градусов и начал острым как бритва клювом чистить перья на шее; он ловко пригладил мех совсем рядом с рукой Ли Энн и сказал:

— Не торопись порочить клюв. Он весьма удобное орудие. — Грифон изогнул шею, глядя на девушку сверху вниз, как профессор на первокурсницу. — В вашем собственном мире, например, орел клювом терзал печень Прометею.

— Это же миф, — сказала Анни со всей доступной ей твердостью.

— Несомненно, — сухо ответил грифон. — И все мы не сомневаемся в том, что между мифом и реальностью можно провести четкую границу. — Он расправил свои могучие крылья и бросил на них гордый взгляд. Тень крыльев накрыла Дэйва и Ли Энн. Грифон вновь повернулся к Анни: — Даже я не знаю, где проходит эта граница. А ты?

— На самом деле, — ответила Анни, — ты не мифическое существо. Ты химера.

— Ну, зачем же переходить на личности, — произнес грифон мягко.

— Это биологический термин, обозначающий соединение двух видов в одной особи. Обычно он применяется к растениям.

Грифон серьезно кивнул:

— Я не обиделся. Кстати, для порядка хочу сообщить, что я не комбинация подвоя и привоя.

— Может быть, и нет. — Дэйв повернул лапу так, чтобы видеть внутреннюю поверхность. — Но я собираюсь лечить эту часть тела как принадлежащую орлу. «И стиснул он камень железной рукой, подобный могучей стихии герой». Теннисон. Парафраз.

— Почему это, — сказала Ли Энн недовольно, — каждый, кто считает себя образованным, цитирует классическую литературу? Наука что, не в счет?

— Конечно, в счет, моя дорогая. Однако цитировать научные труды было бы так нестерпимо скучно — возможно, потому, что они по большей части плохо написаны. — Помолчав, грифон добавил: — Правда, в последнее время стало модным с увлечением рассуждать о теории хаоса, кривых распределения катастроф и вероятностных фракталах — совсем как ваши бабушки и дедушки беседовали за коктейлем о теории Эйнштейна. — Он обратился к Дэйву: — Не кажется ли тебе, что ты смотришь не на ту лапу?

Дэйв с несчастным видом поднял глаза:

— Та лапа не поранена, нет ни шрамов, ни трещин в кости. Я решил сравнить ее с другой — посмотреть, не отличаются ли они друг от друга. Может быть, дело в том, что конечности орла не приспособлены к хождению по земле. Никаких поверхностных повреждений нет… А болит сильно?

— Пока еще нет, но, похоже, скоро заболит сильно. Последнее время боль обостряется. — Грифон резко втянул воздух, когда Дэйв согнул его вторую лапу, а когда тот нажал в определенном месте, почти застонал. — Теперь они обе болят одинаково, если это то, что тебе хотелось выяснить.

— Это не перелом и не вывих… Что-то типично птичье… — Дэйв щелкнул пальцами. — Подагра. Готов спорить на что угодно.

— Совсем не обязательно этому так радоваться.

— Я просто доволен, что сумел разобраться.

— Подагра. О Боже. Ты уверен? — Грифон казался искренне расстроенным.

— Нет, сэр, — покачал головой Дэйв. — Анализ крови покажет.

— Может быть, и нет… Говорят, кровь грифона уникальна. — Он моргнул; нижние веки закрыли золотые глаза, и грифон погрузился в размышления. — Как мне кажется, подагра связана с питанием.

— Да, основной метод лечения — диета. — Дэйв поскреб в затылке. — А кстати, каков твой обычный рацион? Клюв, казалось, снова приоткрылся в улыбке.

— Боюсь, что сейчас неподходящее время для того, чтобы вдаваться в эти подробности. Может быть, я тебе покажу как-нибудь в другой раз.

— Ага, чудесно. — Дэйв откинулся назад. — Послушай, я могу в следующий раз привезти диетические рекомендации и оставить их у Кружки. Может быть, он и поможет разобраться… — Дэйв сделал попытку скопировать несколько высокопарный стиль речи грифона, — …в том, какие местные деликатесы нежелательны для тебя.

— Прекрасная идея, — одобрительно кивнул грифон. — Я часто вижусь с Кружкой, мы очень ценим общество друг друга.

Бидж попыталась представить себе дружбу между наблюдательным добродушным трактирщиком и кровожадным грифоном и обнаружила, к собственному изумлению, что это не так уж трудно сделать.

Теперь, когда он смог поставить диагноз, Дэйв снова стал самим собой — задиристым и бестактным.

— Я возьму кровь на анализ… О'кей, доктор Доббс? У вас есть кто-нибудь, кому можно доверить лабораторное исследование?

Грифон приподнял бровь.

— К твоему сведению, — раздраженно ответил Конфетка, — лабораторные исследования в Западно-Вирджинском на высоте. Мой студент, — он подчеркнул это слово, поворачиваясь к грифону, — интересуется, сможем ли мы использовать лабораторию, не делая известным факт твоего существования.

— Я не сомневаюсь, что вы найдете возможность, доктор, — кивнул грифон. Он бросил пристальный взгляд на Дэйва: — Не мое дело поучать вас, молодой человек, но не всякие разговоры уместны в присутствии пациента.