Соловьиная ночь - О'Бэньон Констанс - Страница 10

— Здесь все думали, что вы… что вас… Нам сообщили, что вы погибли… Но теперь я вижу, что это не так.

— Можешь убедиться сам, — снова усмехнулся Рейли, — я действительно жив. — Он одернул сюртук и поднялся на крыльцо. — Насколько я понимаю, дяди нет дома?

— Да, — неуверенно кивнул Амброуз. — Но вы можете поговорить с вашим сводным братом и мачехой. Они как раз в гостиной.

Рейли почувствовал себя не слишком уютно и с сарказмом проговорил:

— Вот теперь я чувствую, что опять дома.

Он вошел в прохладную прихожую, а затем уверенными шагами направился в гостиную.

Распахнув дверь, он быстрым взглядом окинул комнату. Мачеха сидела у окна и смотрела прямо на него. Кровь мгновенно отлила у нее от лица при виде пасынка. Она задохнулась от изумления, а немного погодя пробормотала:

— Бог мой, Рейли, что ты здесь делаешь?

Она поднялась на ноги, по-прежнему бледная как мел.

— Нам сообщили, что ты умер…

Рейли перевел взгляд на Хью, который улыбнулся и с насмешкой произнес:

— Когда я был маленьким, мама, няня рассказывала мне, что после смерти души Винтеров поселяются в замке Равенуорт и являются в образе привидений. Должно быть, Рейли не изменил общей традиции.

С кем Рейли меньше всего хотелось сейчас встречаться, так это с Хью и Лавинией. Как можно спокойнее он поинтересовался:

— А где же «здравствуй, дорогой брат» и «мы так рады тебя видеть»?

Хью пожал плечами.

— Если бы я сказал, что рад тебя видеть, то это было бы лицемерием. Мы оба это понимаем. И мы никогда не делали вид, что любим друг друга. Разве я не прав, брат?

Рейли не ответил ему и огляделся по сторонам.

— А где дядя? — спросил он.

Лавиния обменялась с Хью странным взглядом.

— Тебе следовало бы знать, что твой дядя скончался вот уже шесть месяцев тому назад, — сказала Лавиния после долгого молчания.

Рейли почувствовал себя так, словно вражеский снаряд разорвался в двух шагах. Ему и в голову не приходило, что в его отсутствие дядя может умереть. Казалось, герцог будет жить вечно.

В его памяти мгновенно воскресло все то, что ему пришлось вытерпеть пять лет тому назад, но он не испытал при этом ни злости, ни горечи; им овладела смертельная тоска. Как много Рейли собирался объяснить дяде, но теперь никогда не сможет этого сделать.

— Ты прекрасно знал, что дядя Уильям тяжело болен, — напомнил ему Хью с легким зевком. — Впрочем, и мне временами казалось, что дядя еще переживет нас всех.

У Рейли все еще не укладывалось в голове, что дядя умер.

— После смерти дяди Джон должен был унаследовать титул герцога, — пробормотал Рейли. — Где же он?

Хью слегка поморщился.

— Бедняга Рейли, — сказал он. — Боюсь, у нас есть для тебя еще плохие новости. Видишь ли, когда кузен Джон спешил к одру умирающего отца, на него напали разбойники. Они его ограбили и убили.

Не такой встречи ожидал он, возвращаясь сюда… Почему судьба к нему так жестока? Почему смерть уносит из жизни дорогих его сердцу людей?

— Господи, нет! — воскликнул Рейли. — Только не Джон!

— Как жаль, что он умер таким молодым! — сказала Лавиния. — Конечно, Джон и я всегда недолюбливали друг друга. Нет нужды притворяться, что я ужасно огорчена происшедшим.

— Теперь я понимаю, — грустно усмехнулся Рейли, — почему я застал вас обоих не на торжествах по случаю победы в Лондоне, а здесь в замке. Ты, наверное, уже мечтаешь о том, что сделаешься герцогом Равенуортом, Хью? — Он перевел взгляд на мачеху. — А ты, Лавиния, уже воображаешь себя знатной дамой… Конечно, вы не слишком рады увидеть меня здесь.

И Рейли горько рассмеялся.

— Да, конечно, дорогой брат, — продолжал он, — я понимаю, почему вы не сказали мне «добро пожаловать». Вы считали меня умершим… Но я жив, и, стало быть, я — герцог Равенуорт!

Рейли расстегнул свой красный мундир. Внезапно он почувствовал себя ужасно уставшим.

— Меня не слишком задевает ваше поведение, Лавиния, ничего другого я от вас не ожидал. И я не собираюсь выгонять вас. Вы по-прежнему будете членами моей семьи, и я буду заботиться о вас как и раньше.

Глава 6

Принц Уэльский вызвал Рейли в Карлтон-хауз. После того как король лишился рассудка, принца назначили регентом.

Послание принца показалось Рейли сплошной абракадаброй — пестрой мешаниной похвал и пустых фраз. Он довольно близко знал пристрастие королевского отпрыска к сомнительным развлечениям и не испытывал особого желания отправляться на этот прием. Ему вообще не хотелось покидать Равенуорт и отправляться в Лондон. Однако игнорировать приглашение принца он тоже не мог.

Слуга в ливрее встретил Рейли у подъезда и повел через богато убранные комнаты, каждая из которых затмевала роскошью предыдущую. Наконец, они оказались в Голубой гостиной, драпированной бархатом, где принц принимал посетителей.

Рейли хорошо помнил фривольные развлечения, которые устраивались в этой комнате. Как ни странно, Рейли сейчас казалось, что он намного старше принца, хотя тому было уже за пятьдесят.

В комнате стоял шум светской болтовни, раздавался громкий смех. Рейли с неприязнью отметил, что здесь собрались все приятели принца — искатели наслаждений. Когда-то и он был в их числе, но теперь не находил в подобных развлечениях никакого удовольствия.

Когда слуга громко объявил его имя, Рейли невольно задержался на серо-голубом ковре.

Между тем принц уже сам шел ему навстречу, обряженный в маршальский мундир. У него на боку болталась сабля, украшенная драгоценными камнями. Удостаивать собственную особу воинских почестей было слабостью принца. Зная любовь принца к наградам, союзники осыпали его потоками орденов и медалей.

Принц нетерпеливо поприветствовал Рейли, который в отличие от него был одет даже строго — весь в черном, за исключением белоснежного кружевного воротничка.

— А вот и наш легендарный герой! — воскликнул принц, когда Рейли отвесил ему поклон. — Англия гордится своими героями, Рейли. Мы все гордимся тобой!

— Благодарю вас, Ваше Высочество, — ответил Рейли, вокруг которого стали собираться старые друзья, чтобы присоединиться к поздравлениям принца.

Через секунду принц уже всецело переключился на беседу с посланником, а Рейли повернулся к лорду Джастину Каларету, с которым некогда вместе служил в Португалии и дружил много лет.

— Мы давным-давно не видели тебя в Лондоне, Рейли, — сказал лорд.

— Теперь меня не слишком влечет прежняя жизнь, — тихо проговорил Рейли, поскольку эти слова предназначались только лорду Джастину. — Тебе она больше подходит, чем мне.

Лорду показалось, что он ослышался.

— Нет, ты меня правильно понял, — улыбнулся Рейли. — После того как я побывал в сражениях и каждую минуту мог погибнуть, я стал смотреть на жизнь немного иначе. У меня теперь другие ценности.

Принц взмахом руки подозвал Рейли. Он говорил таким тоном, словно ему приходилось тысячу раз повторять одно и то же.

— Мы удостоили Веллингтона титула герцога, Рейли. За все то, что он сделал для страны. Ты уже носишь этот титул, а потому парламент постановил, чтобы я выразил тебе устную благодарность, а также наградил тебя ста тысячами фунтов. Пруссия, со своей стороны, оценила по достоинству твои заслуги и решила удвоить эту сумму.

Вокруг раздались аплодисменты и восхищенный шепот. Все сочли необходимым засвидетельствовать свой бурный восторг по поводу такой щедрости.

Склонный к лицедейству принц обожал выступать в роли благодетеля.

— На завтрашней церемонии, — в полный голос, чтобы все слышали, провозгласил он, — вы будете награждены орденом Подвязки. Кроме того, прусский посол также пожелал удостоить вас высшим знаком отличия своего государства.

Рейли снова отвесил поклон.

— Вы так добры, Ваше Высочество. Принц сделал знак распорядителю.

— Принесите вина. По этому случаю стоит выпить, — он улыбнулся Рейли. — Я всегда знал, что ты найдешь случай, чтобы показать себя. И ты меня не разочаровал.