Обвенчанные дважды - О'Бэньон Констанс - Страница 59

— Мы и не заслуживаем этого. Впервые я стыжусь самой себя. Ей нужна была мать, я только сейчас поняла это. Неудивительно, что она ничего не сказала нам о своем замужестве.

— И как я могу обижаться на то, что лорд Майкл не попросил моего согласия на брак с Мэллори. Какой я ей отец?!

— О, Тайлер, что мы наделали?

30

«Соловей» спустил паруса, подавая знак, что хотел бы приблизиться к грузовому судну. Поскольку яхта шла под британским флагом, капитан барки прокричал по-английски:

— У вас к нам какое-то дело?

— Это яхта герцога и герцогини Равенуортских! — крикнул в ответ капитан Норрис. — Их невестка находится у вас, и ее муж хотел бы подняться к вам на борт, чтобы забрать жену!

— Валяйте! — ответил капитан-египтянин и приказал заглушить двигатели, подумав: «Только англичане способны терять своих жен!»

Мэллори внезапно проснулась и испуганно открыла глаза, пытаясь понять, что происходит. Почему остановился корабль? Видимо, это какой-то промежуточный порт, где они должны взять на борт дополнительный груз! Она беспокойно перевернулась на бок. Больше всего ей хотелось как можно скорее оказаться в устье Нила — там она пересядет на пассажирский пароход и наконец уедет в Англию.

Со слезами на глазах Мэллори думала о том, что уже никогда не сможет стать прежней — какой она приехала в Египет. Она познала здесь и счастье, и горе, встретила любовь и увидела смерть. Нет, никогда больше она не будет счастлива, плакала Мэллори, уткнувшись лицом в подушку. Никогда!

Дверь каюты распахнулась. Мэллори подняла голову и в слабом свете, падавшем из коридора, увидела Майкла. Лицо его было искажено гневом.

— По-твоему, это нормально? Жена бросает мужа, даже не считая нужным предупредить его об этом!

Она приподнялась и села, плохо понимая, что происходит.

— Как ты здесь оказался?

— Неважно. — Он сжал ее в объятиях. — Ты больше никуда не убежишь, пока я не скажу тебе, что ты мне надоела. — Зеленые глаза Майкла отразились в синеве ее глаз. — А ты мне еще не надоела!

— Майкл, я…

— Молчи! Хватит с меня! Ты едешь со мной — нравится тебе это или нет!

Мэллори показалось, что от счастья она теряет сознание. Она нужна ему, иначе он бы не разыскал ее!

— Да, Майкл, — только и смогла произнести она.

Схватив со стула ее аккуратно сложенное платье, он быстро надел его на жену прямо поверх ночной рубашки. Затем повернул ее, словно куклу, и бантом завязал на ее талии пояс. При этом Майкл сурово смотрел на Мэллори, не давая ей произнести ни слова.

Не выпуская из рук свою ношу, он побежал по слабо освещенному коридору и выскочил на верхнюю палубу. Он не замечал ни любопытных взглядов, ни понимающих улыбок.

— Спасибо, капитан! — бросил Майкл на бегу. — Сейчас слуга перенесет вещи моей жены на нашу яхту, и мы больше не будем вам мешать.

— Рад был помочь, — с чувством ответил капитан. — И послушайтесь моего совета: почаще поколачивайте жену, как это делаю я. Тогда ей не взбредет в голову бегать из дома.

Майкл окинул Мэллори нежным взглядом.

— Может, я и последую вашему совету. Эта женщина — самая строптивая жена на свете.

Боясь пошевелиться от счастья, Мэллори спрятала лицо у него на груди, а Майкл, не теряя времени, покрепче прижал ее к себе, перешагнул через перила и спустился по веревочной лестнице в поджидавшую их шлюпку.

— Куда ты меня везешь? — решилась наконец спросить Мэллори, когда он выпустил ее из рук.

— Видишь корабль? Это наша яхта. Слуга принес чемодан, и шлюпка отчалила. Мэллори робко взглянула на Майкла.

— Я думала, что больше никогда не увижу тебя.

— Мои родители ждут, когда я официально представлю тебя им, — ответил Майкл, не отрывая глаз от «Соловья», — думаю, их нетерпение легко объяснить.

«Как же убого это серое полотняное платье!» — подумала Мэллори, а вслух произнесла:

— Но мой наряд вряд ли подходит для церемонии знакомства….

Майкл повернулся и пристально посмотрел на жену.

— Может быть, ты предпочитаешь длинное черное платье и чадру?

Она потупилась. Интересно, знает ли он обо всем, что случилось в Калдое?

— Нет, я больше никогда не надену арабскую одежду.

Видя устремленные на них взгляды, он не обнял и не поцеловал жену, а лишь взял ее за руку.

— Ну что с тобой делать, Мэллори?

— Если бы ты отпустил меня в Англию, у тебя сразу исчезли бы все неприятности.

Любуясь ее волосами, мерцавшими в лучах заходящего солнца, он ответил не сразу:

— Этого не будет. Нравится тебе или нет, но ты — моя жена.

Шлюпка причалила к «Соловью». На борту яхты Мэллори сразу же окружили все члены семьи. Герцогиня взяла ее за руку и повела вниз по трапу в ярко освещенную гостиную, за ними последовали остальные.

Кэссиди с нежностью обняла Мэллори, а потом, отойдя на шаг, оглядела ее с ног до головы.

— Теперь мне понятно, почему мой сын женился на вас, дорогая. Вы прекрасны!

— А сейчас — моя очередь! — воскликнул Рейли, взяв руку Мэллори и поднеся ее к губам. — Моему сыну действительно повезло. Добро пожаловать в семью Винтер!

Мэллори не ожидала столь теплой встречи. На глаза ее навернулись слезы. Затем к девушке подошел лорд Уоррик и поцеловал ее в щеку.

— Мне понятны ваши чувства, — сказал он, — на вас свалилось сразу столько родственников, и вам не по себе. Но я вспоминаю себя в точно таком же положении в кругу этой замечательной семьи. — Взглянув на только что вошедшего Майкла, он продолжал: — Помимо всего прочего, наша удивительная семья отличается еще и тем, что все женщины в ней — красавицы.

Майкл обнял Мэллори и торжествующе посмотрел на отца.

— Ну что, папа, ты думаешь, я сделал правильный выбор?

— По-моему, ты нашел редкую жемчужину, — ответил тот.

Рейли откупорил бутылку вина и разлил его в бокалы.

— Я хочу произнести тост в честь жены моего сына. Если бы не она, меня сегодня не было бы с вами, как, впрочем, и Майкла.

Мэллори повернулась к мужу.

— Так тебе все известно?

— Сначала я ничего не знал. Но мне следовало бы предвидеть, что ты все равно поступишь по-своему. За то, что ты не послушалась меня и подвергла свою жизнь такой опасности, тебя следовало бы хорошенько наказать.

Мэллори изо все сил старалась сдержаться, но слезы неудержимо застилали глаза.

— Я не смогу забыть, что убила человека. Он всегда будет стоять у меня перед глазами!

Кэссиди подошла к ней и, обняв, стала успокаивать:

— Забудьте об этом, дорогая. Вы должны думать только о том, что спасли жизнь Рейли и Майклу. Насколько я знаю, шейх Сиди Ахмед был мерзавцем и заслужил свою смерть.

Уткнувшись в плечо герцогини, Мэллори, пожалуй, впервые в жизни ощутила материнскую ласку.

— Я… я не смогу забыть его лица.

Кэссиди слегка отстранила ее от себя и твердым голосом произнесла:

— Нет, дорогая, сможете! С сегодняшнего дня выбросьте его из головы!

Она взяла у мужа носовой платок и стала вытирать заплаканное лицо девушки.

— Ну хватит, хватит… А то я сейчас тоже разревусь!

— Мы должны быть счастливы сегодня, — сказал Рейли, пытаясь разрядить обстановку. — Наша семья почти в сборе. Хотя женщины дарят нам не только радость, но и приносят уйму неприятностей. — И он весело подмигнул сыну. Кэссиди рассмеялась.

— Мэллори, кажется, мой муж имеет в виду нас с вами и мою дочь Эрриан. Что ж, нам ничего не остается, как держать мужчин в постоянном напряжении, — пусть они ломают голову над тем, что у нас на уме. И постепенно они привыкнут к мысли, будто мы — особенные, не такие, как все.

Мэллори улыбнулась, окончательно оттаяв среди этих добрых людей. Но в глазах Майкла она заметила затаенную печаль. Он не вступал в разговор и был сам не свой.

Кэссиди повела Мэллори в просторную каюту, устланную пушистым ковром кремового цвета. Ей было непонятно, почему сын попросил поместить Мэллори отдельно.