Авантюристка - Нэвилл Кэтрин - Страница 72

— Ты будешь орошать мой живот?

— Ну что с тобой сделать?! — рассмеялся Тор и взъерошил мне волосы.

— У меня имеется несколько предложений по этому поводу… — начала было я.

— Да-да, и у меня также, — перебил он, а потом принялся целовать меня в губы, делая невозможной дальнейшую дискуссию.

Меня разбудил крик чаек за окнами дома. Небо было затянуто невообразимой белесой мутью, и я увидела, как три пеликана вынырнули из тумана и уселись на зеленой прибрежной лужайке. Тора в постели не было, но из коридора доносились странные пыхтенье и топот, словно бригада грузчиков тащила на второй этаж тяжёлый рояль.

Устроившись на скомканных простынях, я попыталась разобраться в той лавине чувств, что ночью обрушилась на меня. При мысли о том, что мне совершенно все равно, какие теперь грядут перемены, я радостно улыбнулась. На это Рождество я получила такой чудесный подарок, о котором не смела мечтать. Джорджиан с Тором вполне заслуженно обзывали меня лгуньей и лицемеркой: теперь мне самой стало ясно, что я являлась и тем и другим. И то бесконечное бегство, в которое я превратила собственную жизнь, было не более чем попыткой убежать от себя самой. Мне никогда не удастся убежать от своего чувства к Тору — это судьба.

Мои размышления прервало появление Тора. Увидев меня, восседающей посреди разорённой постели, облачённую в остатки ночной рубашки, он не удержался от улыбки.

— Ты уже не спишь, тогда поднимайся, я приготовил для тебя сюрприз.

— Что это у тебя на пижаме?

— Грязь, — отвечал он, окинув взглядом своё одеяние. — Вылезай из кровати и разденься, — скомандовал он.

— Чтобы выпить кофе? — рассмеялась я.

— Мы отправляемся купаться, — сообщил он.

— Неужели здесь есть бассейн с подогревом?

— Не будь идиоткой, мы же на острове, и кругом вода. Мы можем искупаться в заливе.

— Прошу прощения, но, недавно заглядывая в календарь, я выяснила, что сегодня — рождественское утро. Возможно, ты и можешь окунуться в залив, но лично я не собираюсь умирать от обморожения.

— Ты впервые в жизни почувствуешь себя живой как никогда, — возразил он. — Я купаюсь в Северной Атлантике каждое рождественское утро. По сравнению с этим здешний тёплый супчик покажется просто райскими водами, даже при этом жутком тумане над заливом.

Затем Тор перешёл от слов к делу, стащив с меня одеяла, несмотря на визг и протесты, поднял с кровати. Он перебросил меня через плечо и, выйдя из дома, потащил через лужайку на причал, у которого покачивался на волнах катер. Не выпуская меня из рук, он спрыгнул с причала, и мы оказались в воде.

В первый момент я подумала, что сразу же отдам Богу душу. Ужасный холод пронзил меня, я едва дышала, кровь застыла в жилах. Тор поддерживал меня над поверхностью волн, дабы быть уверенным, что я не пойду ко дну.

— Дыши глубже, делай вдох и выдох как можно медленнее, — посоветовал он. — Постарайся расслабиться — вот так. Наверное, окунуть тебя в воду разом было жестоко, но первый шок скоро пройдёт, и ощущение холода смягчится. Что ты чувствуешь сейчас?

— Садист, — фыркнула я, пытаясь удержаться на плаву среди холодных волн. — Ты, верно, рехнулся, никогда я не чувствовала себя хуже, чем сейчас. — Ещё бы, челюсти мои сводило судорогой, а зубы выбивали частую дробь, и вообще мне казалось, что сейчас утону.

— Ты все ещё слишком напряжена, — невозмутимо отвечал он. — Расслабь мышцы, и тебе понравится такое купанье.

— Думаю, что ты непременно загнёшься от пневмонии, — только и сумела я выговорить.

— Если постараешься плыть, то согреешься быстрее, — сказал он.

— Спасибо за совет. Чтоб тебе… — но конец моей фразы буквально потонул в морской пучине, так как Тор отпустил меня, и я окунулась с головой, 'отчего, кажется, окончательно застыли мои бедные мозги. Я начала отчаянно биться, выбираясь на поверхность воды, и тут же почувствовала, что согрелась.

— Ого, что же это случилось? — удивилась я. — Мне вдруг сразу стало так тепло и уютно.

— Это гипотермия, — проинформировал меня Тор, — первая стадия температурного шока. На следующей стадии ты замёрзнешь до смерти.

— Очень смешно.

— Нет, правда, нам нельзя торчать здесь слишком долго, необходимо обязательно плыть, двигаться, иначе летальный исход неизбежен. Температура воды не больше сорока градусов[17] .

Мы немножко проплыли вдоль берега. А потом, замерзая на ходу, облепленные мокрыми остатками наших ночных туалетов, вскарабкались на каменистый берег и вприпрыжку помчались через лужайку к дому.

— Скорей сюда, — крикнул Тор, когда мы поднялись из гостиной на второй этаж. Он взял меня за руку и ввёл в комнату, которую я не успела осмотреть вчера вечером. И тут я поняла, что за грохот слышала, лёжа в постели.

Мы оказались в ванной комнате, гораздо более просторной, чем моя, с местом для отдыхая с необъятных размеров кроватью возле окна с видом на залив. У задней стены, напротив окна, был устроен гигантский камин, в котором бушевало пламя, пожиравшее водружённые на решётку огромные бревна. Тору наверняка пришлось подняться с первыми лучами солнца, чтобы перетаскивать дрова на второй этаж.

Пижаму, с которой все ещё стекала вода, он тут же сбросил на пол. А потом, подхватив меня на руки, отнёс в ванну, над которой стоял пар от горячей воды. Мою кожу тут же стало пощипывать и жечь. Тор забрался следом.

Ванна оказалась весьма солидным сооружением, с ножками в виде львиных лап. Я с наслаждением опустилась в воду по самый нос.

— Ну, как тебе это нравится? — с улыбкой спросил Тор.

— Бесподобно, — призналась я. Зажав нос, окунулась с головой, чтобы вымыть из шевелюры песок. А потом, отфыркавшись, заявила:

— Только теперь я умираю от голода.

— Я приготовлю тебе что-нибудь: вылетая сюда, я позвонил из Нью-Йорка, чтобы в этой избушке припасли для нас все необходимое. И хозяева, конечно же, позаботились, чтобы мы не умерли с голоду. Я привёз тебя сюда, чтобы у нас была возможность побеседовать без помех.

— Да уж, я до сих пор не могу прийти в себя после нашей милой беседы ночью, — ухмыльнулась я.