Дымовое кольцо - Нивен Ларри - Страница 63

— Гениально.

— Ну, не совсем. Дверь слабее становится.

Бус провел рукой по краям дыры. Микл кивнул.

Вернулся Джонтан. На его челюсти набухал огромный синяк. Он скользнул по Разеру равнодушным взглядом. Он и офицер-карлик, понизив голоса, о чем-то долго совещались, а потом оба исчезли в кладовой.

С ними остался только служащий-З, Дохин. Он и Клэйв устроили поединок на взглядах: Клэйв насмешливо улыбался, Дохин хранил бесстрастное выражение лица.

— Разер, ты кое-что должен знать, — осторожно проговорил Бус. — Ты пытаешься убедить Капитана-Хранителя в том, что, скорей всего, ты не виновен. Но этого недостаточно.

Разеру казалось, что все идет довольно гладко.

— С нами был Рэйм. Ему тогда придется поверить, что Рэйм тоже солгал. У Рэйма совсем нет ни хитрости, ни мозгов.

— Да, конечно. Микл сейчас начинает верить тебе. — Быстрый взгляд на Дохина, тот слегка пожал плечами. — Но просто на всякий случай, вдруг он ошибается, он запретит «Бревноносцу» покидать пределы Адмиралтейства, потому что мы можем вывезти тот самый четвертый костюм. Он будет мешать мне вести дела, на тот случай, если я вдруг решу спасти свою шкуру и проговорюсь. Он будет постоянно травить тебя. Это никогда не кончится.

— Тогда…

«Что делать? Тогда вообще нет способа убедить Микла в том, что я здесь ни при чем. А значит, я виновен!

У скафандров, принадлежащих Адмиралтейству, не работают реактивные двигатели. Нет горючего. А где-то существует костюм с горючим, и Миклу он нужен. Он не согласится на меньшее.

Отдать ему серебряный костюм? Но тогда он поймет, что мы действительно виновны.

«Если б я только мог…»

У него постепенно созрел план.

«У Буса я спросить не могу. Дохин слушает, да и все равно Бус не знает, что на самом деле произошло. Остальные…»

Волей судьбы и воздушных течений Разер оказался рядом с Сектри. Он подвинулся поближе, и девушка отвела арбалет немного в сторону. По ее лицу сложно было что-то прочитать.

— Мне не следовало улетать, — сказал он.

— Но почему ты не подождал немного?

— Мне сказали, что Флот просто обожает тянуть со всякими решениями. Я не мог все время болтаться здесь, изводя себя, и, кроме того, нам нужна была грязь.

Они заговорили очень тихо.

— Я была здесь, — сказала она. — Я не вышла в рейс, но второй раз мне это с рук не сойдет. Ты что, променял меня на грязь? Он оказался в неловком положении, но все же это было лучше, чем правда. Он кивнул.

— Разер, никто не принимает серьезных решений, находясь под действием «бахромы». Скажи мне, я слишком странная для тебя? Или чересчур стара?

— Моя мать старше моего отца. И мне нравится все странное. Именно поэтому я и прилетел в Сгусток. Сектри, я не жалею ни о чем, что сказал тогда или сделал. — Это было не совсем так. Тайны … — Хилар Белми пытается вырастить узловое дерево.

— Ничего у него не получится, — ответила она.

— Он сейчас пробует кое-что новенькое. Бус выкупил у него часть дерева. И он должен нам.

— Так, значит, здесь дело вовсе не в грязи, это все из-за денег. Хорошо, Разер. Теперь я тебя понимаю.

— Это нечто большее. Это сила и власть, но это не сделает тебя офицером. Разве есть небогатые офицеры?

Ее губы скривились.

— Они выходят замуж или женятся на богатых гражданах. Их дети с рождения становятся офицерами. Число офицеров увеличивается. Когда-нибудь мы все станем офицерами.

— А зачем Уэйну Миклу так нужен этот костюм? Мне просто показалось, что…

— Это очень плохо для Адмиралтейства, если окажется, что счастьеноги располагают предметами древней науки. По-моему, Уэйн уже почти отказался от попыток занять капитанское место. Скафандр дает ему власть, с которой вряд ли что еще может сравниться, и он начинает воспринимать свои обязанности…

Они вернулись, Уэйн Микл, Рэйм Уилби и Джонтан. Рэйм был необычно молчалив.

— И что ты там обсуждал с Босан? — спросил Микл.

Сектри заволновалась. Разер успел ответить первым:

— Я просто подумал, что если вы все-таки получите четвертый скафандр, то вам тогда потребуется не девять, а двенадцать карликов.

Сектри прыснула в ладошку. Бус откровенно расхохотался. Губы Дохина даже не дрогнули. Микл, казалось, вот-вот взорвется.

Разер узнал от Сектри очень мало, но этого было вполне достаточно. «Ладно, кидаемся на Голд». И прежде чем Микл ответил, он спросил:

— Он летает лучше, чем ваши костюмы?

— Да. — На лице Микла ничего не отразилось. — Но откуда тебе это известно?

— Вы сказали, что он обогнал вас. Кроме того, я еще кое-что слышал.

— И что же?

— Не здесь, Капитан-Хранитель. Несколько слов наедине.

Они вылетели в кухню.

— Из этого опившегося «бахромой» ныряльщика во Тьму получится плохой свидетель, — заметил Микл.

— Я не знаю ничего о вашем Председательском Суде.

— Ты скоро сам сможешь полюбоваться на него. Ну, говори.

— Кроме того, мне ровным счетом ничего не известно об этом вашем скафандре, мятежники его побери…

— Тогда…

— Но я как-то слышал, что в скафандре есть такие небольшие дырочки, из которых может вылетать огонь. И тогда скафандр летает без крыльев.

— Продолжай.

— Может быть, я смогу найти человека, который сделает это. Правда, у него никогда не было скафандра, поэтому он будет действовать наугад.

— Отведи меня к нему.

— Они не хотят иметь ничего общего с Флотом и даже никогда не заходят в Адмиралтейство. — Разер представил себе таинственное племя счастьеногов, живущее отдельно от всех и не верящее никому на свете. — Правда, один раз они присылали сюда разморов. Но сами Ученые ни за что не полетят.

— Имя.

Он выбрал первое пришедшее на ум:

— Ищущие.

— Такого племени нет.

Разер пожал плечами.

— Что ты от меня хочешь, Разер?

— Ну, можно сделать так. Вы даете мне свой скафандр…

Микл расхохотался.

— Я отвожу его в одно место. Плата? Только не деньги, Ищущие, скорей всего, не должны знать, что такое деньги. Еще я захвачу с собой «бахромы», килограмм эдак двадцать. Возьму кое-какие инструменты. Потом привезу костюм обратно. Они возьмут себе «бахрому» и все остальное. Может, после этого двигатели заработают, а может, и нет.

— Позволь мне объяснить, почему я не дам тебе скафандр, — мягко сказал Микл. — Во-первых, он принадлежит Адмиралтейству. Во-вторых, на каждый скафандр приходится по три Хранителя. Моя тройка сразу заметит его отсутствие. В-третьих, передача скафандра в руки дикарей, несомненно, будет расцениваться как мятеж, особенно потому — это в-четвертых, — что ты можешь не привезти его назад. Стет?

— Не стет. Дайте мне подумать.

— Пока ты думаешь… У этого таинственного племени когда-нибудь был скафандр, на котором они могли научиться обращаться с ним?

— Они говорят, что был…

— А могли они снова привести его в действие?

Разер почувствовал себя в открытом небе. Древесный корм! Может, его потеряли, украли, или…

— Отвечай!

— Я пытаюсь вспомнить. А, да, они его выкинули.

— Что?

— Из-за него погибли трое граждан.

— Но каким образом?

— Этот… Этот серебряный костюм мог носить только самый достойный. Однажды умер старый карлик, который всю жизнь носил его. И трое карликов начали бороться за право…

— Что-то в твоем рассказе слишком много карликов, Разер.

Действительно.

— Своими глазами я видел только двоих, но в джунгли я не заходил. Наверно, среди Ищущих просто больше карликов.

—ї…Продолжай.

— Победитель надел костюм и умер. Тот, который проиграл ему, тоже надел его и тоже умер. Последней была женщина. Она начала надевать костюм, но пока… — Разер показал себе на лоб, — пока эта часть оставалась открытой, она успела сказать, что слышит голос Кенди-Проверяющего. Никто вокруг ничего не слышал. Все испугались, бросили скафандр и улетели в другую часть неба.

— Похоже, у них что-то случилось с системой подачи воздуха. И что потом?