Бесплодные земли - Кинг Стивен - Страница 135

– ЭТО ВСЕ СУЕВЕРИЕ, НЕ ИМЕЮЩЕЕ ПОД СОБОЙ НИКАКОГО ФАКТИЧЕСКОГО ОСНОВАНИЯ, – заметил Блейн. – МЕНЯ ПОДОБНЫЙ ПОДХОД ПРОСТО БЕСИТ.

– Ну да, суеверие, я согласен, – сказал Роланд, – но ты бы очень удивился, узнав, насколько точно загадки предсказывали урожай. Вот, например, разгадай мне такую, Блейн: На бал кони ходят?

– СТАРО И НЕНОВО, К ТОМУ ЖЕ НЕ ОЧЕНЬ-ТО ИНТЕРЕСНО, – мгновенно ответил Блейн, хотя, чувствовалось, он все равно был рад, что ему загадали загадку и дали возможность ее разгадать. Хоть что-то. – НА БАЛКОНЕ ХОДЯТ. ЗАГАДКА ОСНОВАНА НА ФОНЕТИЧЕСКОМ СОЗВУЧИИ. ЕЩЕ ОДНА ЗАГАДКА ПОДОБНОГО РОДА – ОНА ИЗВЕСТНА НА УРОВНЕ, ГДЕ РАСПОЛОЖЕНО БАРОНЕТСТВО НЬЮ-ЙОРК: ЧТО ДЕЛАЛ СЛОН, КОГДА ШЕЛ НАПОЛЕОН?

– Эту я знаю, – подал голос Джейк. – Как раз в этом году нам ее загадала наша учительница по английскому. Когда слон шел на поле, он кушал травку.

– ДА, – согласился Блейн. – ОЧЕНЬ ГЛУПАЯ ЗАГАДКА. ДУРАЦКАЯ.

– Хоть в одном я с тобою согласен, Блейн, старина, – сказал Эдди.

– Я ХОТЕЛ БЫ ПОСЛУШАТЬ ЕЩЕ О ЗАГАДКАХ НА ЯРМАРКАХ В ГИЛЕАДЕ, РОЛАНД, СЫН СТИВЕНА. МНЕ ИНТЕРЕСНО.

– Ровно в полдень на ярмарках в честь Широкой и Полной Земель соревнующиеся, от шестнадцати до тридцати человек, собирались в Зале Праотцев, который в честь такого события открывали для всех. Только в эти два дня в году простолюдинам – торговцам, фермерам, скотоводам – разрешалось входить в Зал Праотцов, и они приходили все.

Взгляд стрелка стал мечтательным и отрешенным; таким Джейк уже видел его – в той, другой, смутной жизни, – когда Роланд рассказывал, как однажды они с друзьями, Катбертом и Жами, тайком пробрались на балкон этого самого Зала, чтобы посмотреть на какой-то там ритуальный танец. Они тогда поднимались в горы, Роланд и Джейк, преследуя Уолтера.

«Мартен сидел рядом с моими родителями, – говорил тогда Роланд. – Я их узнал даже с такой высоты – а потом мать с Мартеном пошли танцевать… они танцевали, медленно кружась, и все расступились, освобождая им место, и аплодировали, когда танец закончился. Им все аплодировали. Но стрелки – нет…»

Джейк с любопытством смотрел на Роланда, в который раз задаваясь вопросом, откуда же он появился, этот странный человек, такой спокойный и отрешенный. Откуда… и почему?

– В центре зала ставили большую бочку, – продолжал Роланд, – и каждый бросал туда кусочки коры с написанными на них загадками. Всякими разными: старыми, услышанными от родителей или дедов… или даже взятыми из книг… или же абсолютно новыми, придуманными специально для этого случая. Трое судей, один из которых обязательно был стрелком, вынимали кусочки коры и оглашали загадки вслух, предварительно их проверив. Потому что загадки на состязаниях принимались только в том случае, если они были честными.

– ДА, ЗАГАДКИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ЧЕСТНЫМИ, – согласился Блейн.

– В общем, они отгадывали загадки, – продолжил стрелок, улыбаясь при воспоминании о тех днях, когда ему самому было столько же лет, сколько этому мальчику, который сидел сейчас рядом с ним, держа на коленях ушастика. – Час за часом. До вечера. соревнующиеся выстраивались в линию в центре Зала Праотцов. Место каждого определялось по жребию, и поскольку места в конце очереди были лучше, чем в начале, то каждый надеялся вытянуть больший номер, хотя для того, чтобы стать победителем, требовалось разгадать, как минимум, одну загадку.

– КОНЕЧНО.

– Каждый мужчина или каждая женщина – потому что в числе лучших отгадчиков Гилеада были и женщины – подходили по очереди к этой бочке, доставали оттуда кусочек коры с загадкой и передавали его Мастеру. Мастер читал загадку, и если соревнующийся не отвечал на нее в течение трех минут, пока не кончится песок в песочных часах, он выбывал из состязания.

– И ТУ ЖЕ ЗАГАДКУ ЗАДАВАЛИ СЛЕДУЮЩЕМУ ПРЕТЕНДЕНТУ?

– Да.

– ТО ЕСТЬ, ОН, ТАКИМ ОБРАЗОМ, ПОЛУЧАЛ ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ ДЛЯ РАЗМЫШЛЕНИЙ.

– Да.

– ПОНИМАЮ. ВОТ ЭТО КРУТНЯК.

Роланд нахмурился.

– Крутняк?

– Он хочет сказать, забавно, – пояснила Сюзанна.

Роланд пожал плечами.

– Забавней всего было зрителям, но участники соревнования воспринимали все это очень серьезно, и часто по окончании состязания, после вручения приза, у них возникали споры и даже стычки.

– А КАКОВ ЖЕ БЫЛ ПРИЗ?

– Гусь. Самый большой в баронетстве. И год за годом этого гуся уносил мой учитель Корт.

– НАВЕРНОЕ, ОН БЫЛ ВЕЛИКИМ ОТГАДЧИКОМ, – заметил Блейн уважительно. – ЖАЛЬ, ЧТО ЕГО ЗДЕСЬ НЕТ.

«Ты как мои мысли читаешь», – подумал Роланд.

– А теперь я хочу сделать тебе одно предложение, – сказал он.

– Я ТЕБЯ СЛУШАЮ ОЧЕНЬ ВНИМАТЕЛЬНО, РОЛАНД ИЗ ГИЛЕАДА.

– Пусть оставшиеся до Топеки часы станут как бы нашей ярмаркой. Ты не будешь загадывать нам загадки, потому что, как я понимаю, тебе интересно услышать новые, а не пересказывать старые, которые ты уже знаешь…

– ВСЕ ВЕРНО.

– Все равно мы не решили бы и половины твоих загадок, – продолжал Роланд. – Я уверен, ты знаешь немало таких, на которых зарезался бы даже Корт, если бы вытащил их из бочки. – На самом деле стрелок был уверен, что для Корта любая загадка, как говорится, раз плюнуть, но время махать кулаками прошло, настало время протянуть раскрытую ладонь.

– КОНЕЧНО, – скромно согласился Блейн.

– Так вот, я предлагаю, чтобы в качестве приза у нас был не гусь, а наши жизни, – сказал Роланд. – Пока мы едем, мы будем загадывать тебе загадки, Блейн. Если к тому моменту, когда мы прибудем в Топеку, ты разгадаешь их все до единой, тогда можешь исполнить свой первоначальный замысел и убить себя вместе с нами. Это будет твой гусь. Но если мы выиграем у тебя… если найдется такая загадка, в книге ли Джейка, в голове ли кого-то из нас, которую ты разгадать не сможешь… ты отвезешь нас в Топеку и выпустишь, чтобы мы шли своею дорогой. Это будет наш гусь.

Тишина.

– Ты меня понял?

– ДА.

– Ты согласен?

Опять тишина. Эдди застыл в напряженной позе, обнимая Сюзанну за плечи и глядя на потолок салона для баронов. Сюзанна безотчетно провела левой рукой себе по животу. Она думала о своем секрете, который, по всей видимости, созревал внутри. Джейк легонько поглаживал Ыша по спинке, стараясь не задевать участки, покрытые корками спекшейся крови – места, куда его били. Они молча ждали, пока Блейн – настоящий Блейн, оставшийся далеко позади, живущий своей псевдо-жизнью под городом, все население которого сам же он и уничтожил – раздумывал над предложением Роланда.

– ДА, – наконец вымолвил Блейн. – Я СОГЛАСЕН. ЕСЛИ Я ОТГАДАЮ ВСЕ ВАШИ ЗАГАДКИ, Я ЗАБЕРУ ВАС С СОБОЮ В ТО МЕСТО, ГДЕ НА ПОЛЯНЕ КОНЧАЕТСЯ ПУТЬ. ЕСЛИ ЖЕ КТО-ТО ИЗ ВАС ЗАГАДАЕТ ЗАГАДКУ, КОТОРУЮ Я НЕ СМОГУ РАЗГАДАТЬ, Я СОХРАНЮ ВАМ ЖИЗНЬ И ОТВЕЗУ В ТОПЕКУ, ГДЕ ВЫ СПОКОЙНО СОЙДЕТЕ С ПОЕЗДА И ОТПРАВИТЕСЬ ДАЛЬШЕ НА ПОИСКИ ТЕМНОЙ БАШНИ. Я ПРАВИЛЬНО ПОНЯЛ УСЛОВИЯ ТВОЕГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ, РОЛАНД, СЫН СТИВЕНА?

– Да.

– ХОРОШО, РОЛАНД ИЗ ГИЛЕАДА. ХОРОШО, ЭДДИ ИЗ НЬЮ-ЙОРКА. ХОРОШО, СЮЗАННА ИЗ НЬЮ-ЙОРКА. ХОРОШО, ДЖЕЙК ИЗ НЬЮ-ЙОРКА. ХОРОШО, ЫШ ИЗ СРЕДИННОГО МИРА.

При звуке своего имени Ыш на мгновение приподнял мордочку.

– ВЫ – КА-ТЕТ: ЕДИНСТВО ИЗ МНОЖЕСТВА. Я ТОЖЕ. ЧЕЙ КАК-ТЕТ СИЛЬНЕЕ – ЭТО НАМ И ПРЕДСТОИТ СЕЙЧАС ВЫЯСНИТЬ.

Он на мгновение умолк. В тишине раздавался лишь гул моторов, несущих их через мертвые земли к Топеке – к тому самому месту, где кончается Срединный Мир и начинается Крайний.

– ИТАК, – торжественно провозгласил Блейн, – ЗАБРАСЫВАЙТЕ ВАШИ СЕТИ, СКИТАЛЬЦЫ. ИСПЫТАЙТЕ МЕНЯ – ЗАГАДЫВАЙТЕ СВОИ ЗАГАДКИ. ПУСТЬ СОСТЯЗАНИЕ НАЧНЕТСЯ.

Послесловие автора

Четвертый том повествования о Темной Башне должен увидеть свет – при том условии, что жизнь писателя и читательский интерес останутся неизменными – уже в обозримом будущем. Трудно сказать, когда именно; мне всегда было непросто отыскать двери в мир Роланда, и мне все трудней с каждым разом подбирать ключи, так чтобы они подходили к замкам. Но тем не менее, раз уж читатель требует четвертый том, читатель его получит, потому что я пока в состоянии найти мир Роланда, стоит мне только на это настроиться, и он до сих пор еще не утратил для меня своего пленительного очарования… и это действительно так, в особенности по сравнению с другими мирами, которые я посещал в своем воображении. И, подобно таинственным низкоскоростным моторам, эта история набирает свой собственный, нарастающий, ритм.