Крылья - Нестеренко Юрий Леонидович - Страница 183

Да, замечательный план. Вот только, если я займусь поиском своих врагов по всему миру, на это уйдет не только все топливо, но и время, еще отпущенное Радживу. Нанохилеры нанохилерами, но в таком состоянии его необходимо как можно скорее доставить в больницу. И, конечно, не в нашу, не в «средневековую», как выражаются люди, а в их собственную. Перенесет ли Раджив перегрузку при взлете ракеты? Если нет, осталось ли необходимое оборудование на Зуграхе или уже уничтожено нанодеструкцией? Так или иначе, это уже проблемы пришельцев. Мое дело — довезти его туда без малейшего промедления.

Я даже не могу позволить себе летать по окрестным деревням в поисках мамы. Это ж в каждой придется садиться и спрашивать… Если будет кого, если неграмотные крестьяне не разбегутся в ужасе. Найду ли я ее, неизвестно. Может, она и вовсе живет в городе, и мне просто наврали в интересах заговора, а вот Раджива потеряю наверняка.

Ладно. Я ведь с самого начала знала, что не вернусь домой.

Я перевела тягу на максимум, круто набирая высоту. Цифры быстро мелькали на ИЛСе, отсчитывая непривычные мне единицы измерения. Десять тысяч метров… Двенадцать… Так, самое главное — куда лететь? Автопилот довел бы меня до Зуграха без всяких усилий, но Раджив не стал учить меня им пользоваться. Эх, знал бы он…

Я мысленно развернула перед собой карту, представила прямую, соединяющую Йартнар с северо-западной оконечностью Глар-Цу, наложила на ее начало круг, поделенный на принятые у людей 360 градусов. Что за дурацкое число, нет бы считать либо в степенях десятки, либо в степенях двойки… Значит… где-то примерно… 290 градусов. Я скорректировала курс, чувствуя, как меня прижимает к креслу. Спокойно, не надо резких движений, скорость уже приличная… сколько, кстати? 0,9 М… Я плавно уменьшила угол тангажа, позволяя флаеру еще подразогнаться. Вот и он — сверхзвук. В прошлый раз Раджив позволил мне дойти до 1,2 М, но сегодня меня ждет 6,5. Без компьютера такая скорость была бы самоубийственной: чуть резче потянешь ручку — и тебя расплющит перегрузкой. Кстати, неплохо бы пристегнуться. Ох, бедные мои крылья…

Небо постепенно темнело, показались Глаза Твурков. Но это была еще не ночь, это была высота тридцать тысяч метров. Впрочем, до ночи тоже оставалось недалеко. В Ранайе об аньйо, занимающемся заведомо безнадежным делом, говорят: «Он хочет вернуть вчерашний день». Но именно это я и делала — возвращалась во вчерашний день, догоняла ночь, несколько часов назад ушедшую из Йартнара! Эх, если бы я и в самом деле могла обратить время вспять…

Флаер наконец лег в горизонтальный полет, набирая максимальную скорость. 6,3… 6,4… 6,5… Затем появилось число 6,6, окрашенное предупреждающим розовым цветом. Как рассказывал мне Раджив, можно разогнаться и до семи, но только на небольшое время. Слишком возрастают нагрузки на корпус и расход топлива. Я шевельнула колесико, прибирая тягу. 6,5… 6,4… снова 6,5. Вот так.

А ведь за этими будничными цифрами — скорость в шесть с половиной раз быстрее звука! За одну секунду я проскакиваю больше мили!

Я попробовала проникнуться торжественностью момента. Это, однако, не получалось. Поблизости не было никаких ориентиров, позволяющих ощутить скорость.

Облака далеко внизу, казалось, еле ползли. Правда, я могла наблюдать, как движутся по небу звезды. Но если, глядя на небо, попросту медленно опускать голову, увидишь тоже самое…

Я взглянула на указатель курса, обнаружила, что отклонилась к югу, поправилась. В разреженном воздухе флаер управлялся тяжело; хорошо, что компьютер корректировал мои усилия на ручке и не позволял раскачать машину.

К тому времени, как я пересекла над океаном терминатор, мне было уже откровенно скучно. А со скукой пришла и более серьезная проблема. Ведь по моим биологическим часам была уже глубокая ночь; до сих пор возбуждение не позволяло мне это почувствовать, но теперь мне жутко захотелось спать. Я зевала во весь рот и встряхивала головой, но сон, похоже, твердо вознамерился заполучить свою жертву. Когда флаер нырнул в непроглядную тьму ночной стороны, бороться с этим стало совершенно невозможно. Я то и дело принималась клевать носом, но тут же испуганно вскидывалась и обшаривала взглядом ИЛС. Нет, вроде все нормально. А потом…

Потом взошла Лийа, и в ее свете я увидела внизу, в разрывах туч, Зуграх. Я по спирали повела флаер на снижение. Посадочная площадка сигналила мне разноцветными огнями; я аккуратно опустила машину в самый центр. Ко мне уже бежали пришельцы; там были и Джордж, и Валерия, и другие. Наверное, подумала я, Раджив все-таки успел послать им сигнал бедствия. Я выскочила наружу; они обступили меня и слушали мой торопливый рассказ о случившемся. «Ты молодец, ты все сделала правильно, — сказал Джордж. — Теперь ты можешь лететь с нами». — «Спасибо! — воскликнула я, чувствуя, как счастье захлестывает меня с головой. — Но что там с Радживом, ему же нужна срочная помощь!» — «Им уже занимаются», — ответил Джордж, указывая за мою спину, и, обернувшись, я увидела, как Раджива выгружают на носилках из флаера. Валерия склонилась над ним с какими-то замысловато изогнутыми блестящими инструментами… и вдруг лицо ее переменилось. «Кого ты нам привезла?!» — воскликнула она. Я взглянула и похолодела.

На носилках лежал Ллуйор, и нож Хейги все еще торчал из его груди. Мертвое лицо улыбалось.

— Не может быть! — воскликнула я в ужасе. — Как я могла перепутать…

Валерия принялась ругать меня на своем языке, повторяя какие-то два слова, должно быть, очень обидные. Я заткнула уши, чтобы их не слышать, но они все звучали, звучали, звучали…

— …Вонинг: овэспиид. Вонинг: овэспиид. Вонинг: овэспиид, — настойчиво твердил женский голос.

Я с трудом разлепила глаза и сразу же увидела налившиеся кровью цифры на ИЛ Се. Скорость! Я резко уменьшила тягу и потянула ручку на себя; шестикратная перегрузка — предел, допускаемый компьютером, — вжала меня в кресло. Но… в чем дело? Я теперь наконец различила цифры — скорость была всего 5,8, она не могла упасть так быстро с семи, да и это число еще светилось розовым!

Мой взгляд заметался по ИЛСу и задержался на указателе высоты.