Избранное - Несин Азиз - Страница 35

Как можно допустить, чтобы в дом, где растут дети, попадали газеты! Сколько крови они нам испортили. Мой старший сын ходит во второй класс, дочка – в первый, а самый младший – еще дома.

Был воскресный день, вся семья в сборе. По воскресеньям мы получали пять газет, а в будни – три.

– Бабушка, что такое стриптиз? – спросил сын. Бабушка гладит белье тут же в комнате.

– Замолчи! Откуда ты знаешь такие слова! Тебе следует перца на язык насыпать за это! Набрался всяких глупостей, – обрушилась на него моя мать.

– Ничего я не набрался, так в газете пишут… Звезда стрип-тиза… – ответил мальчуган.

– Замолчи, говорю тебе!.. – крикнула моя мать и отняла у мальчика газету.

– Зря ты так, – сказал я матери, – ребенок будет еще больше интересоваться. На вопросы нужно отвечать…

– Этого еще не хватало! – сказала моя мать. – Мне, в моем возрасте, объяснять мальчику, что такое стриптиз!

Тогда сын взялся за меня:

– Папа, что такое стриптиз?

– Принеси мне газету, я посмотрю.

Он принес. М-да, фотография впечатляющая. Когда я начал объяснять сыну, что все это означает, подошли двое других моих ребятишек:

– Вот видите эту фотографию… Если женщина так одну за другой снимает с себя одежду, то это называется стриптизом. Женщина на фотографии раздевается, собирается ложиться спать…

– А мальчики не делают стриптиз? – спросила дочка.

– Нет, только девочки.

– Почему?

Что ответишь на это?

– Мужчины так не раздеваются, – сказал я, – только женщины.

– А я буду делать стриптиз?

– Еще чего!.. – закричала бабушка.

– Ты не будешь, дочь моя… – сказал я.

– Почему, разве я не девочка?

– Дура, ты еще маленькая, подрастешь и будешь. – заявил малыш с видом знатока.

– Бабушка, а ты делала стриптиз? – спросила вдруг девочка.

– Учи, учи, – бросила мне со злобой мать и, качая головой, ушла на кухню.

В тот вечер к нам на ужин должны были прийти гости: три моих товарища с женами – режиссер, инженер, генеральный директор…

Я давно питаю слабость к кино. Мы решили организовать кинокомпанию и собраться, чтобы обсудить наши дела. Я должен был писать сценарии, генеральный директор и инженер обещали субсидировать наше предприятие, жена инженера – играть главные роли, режиссер – снимать фильмы. Сотрудничая таким образом, мы создали бы наш первый фильм с минимальными расходами.

Гости начали собираться. Мы еще не сели за стол, идет беседа. Дети тут же. Дамы любят наших детей. И вдруг слышу я, как мой старший сын говорит жене режиссера, бывшей танцовщице:

– Тетя, вы умеете делать стриптиз?

Ведь она непременно решит, что мы подучили ребенка…

– Хы, хы, хы, – от волнения поперхнулся я. – Это он сегодня прочитал в газете, – сказал я, осклабившись. Черт бы их побрал, этих детей!

– Но папа, – опять вылез старший, – ты нам недорассказал, зачем они так раздеваются.

Жена моя поспешила увести детей. Мы стали говорить о фильме. Вскоре сын влетел в гостиную с газетой в руках и прямо к жене инженера:

– Тетя, что такое публичный дом? Здесь картинка есть… Смотрите…

– Иди сюда, – сразу же сказал я. – Иди я тебе объясню… Публичный дом…

Чтобы спасти положение, я сказал, обращаясь к гостям:

– Ребенок… Дети любознательный народец. Что увидят, прочитают в газетах – обо всем расспрашивают.

– Ну, папа, быстрее…

– Публичный дом, обыкновенный дом, только он публичный…

– А наш дом публичный?

Гости засмеялись.

– Нет, – ответил я. – Наш дом частный…

– Я ничего не понял, а что такое «публичный дом»?

– Я тебе завтра расскажу, иди сейчас к сестре и братику… На этот раз приходит девочка с приложением и говорит кинозвезде:

– Тетя, прочитай, что говорит эта тетя…

– Какая тетя?

Она прочитала в газете фамилию знаменитой кинозвезды.

– Эта тетя говорит: «Путь к славе проходит через постель режиссера».

– Вздорные газетные выдумки, – сказала жена режиссера.

– Папа, а почему путь проходит через постель?

– Дочь моя, а разве ты не спишь иногда с мамой?

– А разве у кинозвезды нет своей постели?

– Есть, дочка, есть… Есть, но вот… Иногда она, например, опаздывает на автобус или болеет…

Жена инженера поднялась со своего кресла.

– Мы с вашего позволения, уходим, – сказала она.

– Еще совсем рано. Куда вы? А ужинать?

– Она обижена, – сказала жена режиссера.

– Помилуйте, чего мне обижаться? Что из того, что неразумный ребенок спросил о публичном доме? Почему вдруг все так переменились в лице?

Жена генерального директора тоже поднялась:

– Нам тоже пора…

– Господа, прошу вас… Прошу извинить нас… Если наши дети…

Наши гости поднимались и потихоньку уходили. Мало того, что провалилась наша затея с фильмом, – трое моих друзей со своими женами обиделись и на нас, и друг на друга.

Жена моя устроила взбучку детям, мы с трудом вырвали малышей из ее рук, бить – это непедагогично… Вот с того дня я и запретил выписывать газеты. Я читаю газеты на работе. Тайно приношу их домой, а жена читает по ночам в постели… В наш дом газета не сможет проникнуть, не сможет!