Необыкновенные истории о самом лучшем папе на свете - Волцит Петр Михайлович - Страница 8

Ну, а папе-то с мамой что делать?! Из дому не выйдешь - сожрут эти всеядные-то. Да и в окнах показаться страшно: не ровен час, увидят «живую сосиску» - никакое окно не остановит. Дрожащими от страха руками папа под кроватью кое-как перенастроил кривизну пространства - и спроектировал себя и маму домой, в игрушечный домик. Так и есть - и там тараканы ползают, нормального тараканьего размера. Проектору-то кривопространственному всё равно, что проецировать: что дом, что тараканов в нём. Домашних тараканов папа с мамой не боялись, да как с ними теперь справиться, когда они сами кукольного размера!

К счастью, занимаясь в институтской секции по бегу, папа к «нечестной игре» не прибегал и тренировался всерьёз. Оттого и бегал хорошо. Выбежал он, двухсантиметровый, из игрушечного домика и побежал по столу что есть силы. Тараканы эти ВСЕХъядные за ним, быстро бегут, обжоры шестиногие, ну да папа на коротких дистанциях и не таких обгонял. Ему долго-то и не надо было с тараканами в догонялки играть: выманить бы их за пределы зоны действия проектора, чтобы на даче те гигантские исчезли. И тут же назад что есть мочи. Прыгнул он в домик - прямо через окно, которое мама по его просьбе открыла, - и срочно спроецировался с нею обратно на дачу, чтобы нормального размера стать.

Тараканы, конечно, за ним тоже в домик ломанули, но папа с мамой на даче успели до машины добежать. Двигатель только завёлся, а шестиногие уже тут как тут: усами по капоту стучат, лапищами волосатыми двери пытаются отколупнуть, пузом бронированным по багажнику скрежещут. Ну, папа - газу

и обратно в город, домой. Еле оторвался от погони. Приезжает, а игрушечный домик на столе весь кишит тараканами. На воду прямо целыми семьями собрались. А семья-то у тараканов, сами понимаете, немаленькая - самка по 30 яиц зараз откладывает.

Только теперь тараканы эти папе с мамой уже не страшны были, когда все нормального размера стали. Первым делом папа проектор свой относительный выключил и разломал. Потом домик игрушечный выкинул. А тараканов давить не стал, просто на помойку отнёс, в бак с отходами, со словами: «Я их благодарить должен за науку: только тот дом счастье приносит, что своими руками честно построен».

А обломки проектора-то небось на даче где-нибудь на чердаке лежат. Вот бы тоже теории относительности выучиться да собрать его обратно! Напущу на соседский участок тараканов гигантских или гусениц - ух, Гришка с Наташкой бы визжали! Жаль только, пока я теорию относительности буду учить, мне уже расхочется такие шуточки дурацкие устраивать... Ну почему в жизни всё так нечестно?!

Папа-чемпион

У нас в городе устроили большой спортивный праздник: целую неделю все желающие соревновались, кто быстрее пробежит, дальше прыгнет, метнёт чего или проскачет на одной ноге. Приехал и знаменитый шахматист, дал сеанс одновременной игры - ну знаете, когда он один сразу против нескольких человек играет? А знаменитый боксёр, на него глядя, тоже решил сеанс одновременного бокса устроить. Только ничего из этого не получилось: ребята из нашей школьной секции по лыжам его как муравьи слона облепили да повалили на пол. Тогда он стал взрослых спортсменов и просто любителей подраться по одному на ринг приглашать. А сам для честности то одну руку за спину привяжет, то другую, то ноги вместе скотчем склеит, то задом наперёд боксирует. И всё равно всех победил - ещё бы, чемпион мира в среднем весе!

А папа понаблюдал за его манерой боя и тоже на ринг вызвался.

-Завязывать, - говорит, - ничего не нужно, я и так справлюсь. Мне бы только между раундами - так это по-вашему называется? - перекусить бы: бутербродиком да кофейком побаловаться.

Мама папе шепчет:

-Ты что, он же чемпион мира! Попроси хоть левую руку связать!

А папа ей:

-Не бойся, мне только два раунда выстоять.

Начали они боксировать, и, конечно, одолевает чемпион: еле-еле папа до гонга достоял. Наверное, мастер всё же не в полную силу бился. Только объявили перерыв, как папа сразу к бутерброду и кофе. Все смеются, подбадривают папу - мол, смотри, много не съешь, а то в следующую весовую категорию перейдёшь, а я вижу, чего другие не замечают: папа-то ничего почти и не съел, так только, губы смочил. Начался второй раунд - и снова одолевает чемпион мира. На сей раз всерьёз за колотьбу взялся: только и успевал папа уворачиваться, а сам по чемпионскому лицу ни разу и не ударил. Ещё бы: папа никогда боксом не занимался. Но вот гонг прозвенел на перерыв, папа снова к бутербродику заветному бросается, и тут боксёр не выдержал: дайте, - говорит, - и мне перекусить, а то нечестно получается!

А папа-то и рад: «Пожалуйста, дорогой противник, отведайте колбаски нашей, и маслица, и хлебушка. И кофейку извольте, да побольше. Вы, главное, не стесняйтесь». С трибун уже свистят: «Вы, что, мол, тут соревнование кто больше съест, что ли, устроили?» А папа только шикает: да дайте уже поесть дорогому гостю! Сам же ни кусочка не берёт.

Наелся драчун заезжий, встал, пошатываясь. Рефери третий раунд объявляет. А у чемпиона живот как барабан растянулся - очень у нашей бабушки бутерброды сытными получаются.

Стали они снова боксировать. Папа только заслоняется, а чемпион всё пытается его достать, да только пузо у него так вперёд выпятилось, что он им в папу упирается, а кулаками не достаёт: стоит и молотит руками в воздухе, как взбесившаяся ветряная мельница.

Зрители, конечно, хохочут, а папе только того и надо. Разъярился чемпион, живот как мог втянул, отбежал назад да как помчится на папу, словно носорог. Да от носорога-то известно как спасаться: подождать, пока он подбежит поближе, а потом резко отпрыгнуть в сторону. Так и случилось: папа отскочил, а чемпион мира, увлекаемый сытными бабушкиными бутербродами, перекатился, как мячик, через канаты, ограждавшие ринг, и рухнул, под общий хохот, с помоста. К счастью, упал он на чью-то сумку с помидорами, так что сам не лопнул. Только платье белое маме заляпал. Все смеются, утираясь, а судья на ринге громовым голосом объявляет: «Небывалый случай! Впервые в истории бокса! Победа не нокдауном и не нокаутом, а гобл-аутом!» Ну, в смысле, от английского «gobble» - лопать. Облопался - и на вылет.

На абордаж!

Ох, ребята, что у нас на каникулах было! К нам на дачу приплыли пираты: самые настоящие-пренастоящие: один одноглазый, другой на деревянной ноге. И даже попугай на плече кричит по-пиратскому: «Пиастры! Пиастры!» А мы с Катей дома одни остались: папа с мамой в магазин ушли.

У нас участок на речку выходит, вот по этой речке пираты и приплыли на своём пиратском плоту.

Я его сразу узнал: это же мостки, которые дед Коля из углового дома сколотил, чтобы на речку выходить. Пираты, значит, его мостки угнали. Воткнули палку, нацепили на неё чёрный флаг с костями и давай разбойничать. Высадились в наш огород, клубники поели, морковку выдернули.

-Карамба! - ругаются. - Такая мелкая, есть нечего!

Катя им в окно кричит:

-И вовсе она не мелкая, у нашего папы самая лучшая морковка в посёлке!

А я её назад тяну да поскорее окно и двери закрываю: страшно. У них вон какие ножи на поясе. Я так испугался, что и сестрёнка начала бояться, хотя вначале подумала было, что это игра такая. Ну, а раз ей стало страшно, так мне уже вроде как и неприлично самому бояться: я же защитником должен быть.

-Не боись, - говорю. - Лучше помоги мне засов на двери задвинуть да шпингалеты на окнах покрепче в дырки забить.

Вовремя мы забаррикадировались: подкормившись в саду, пираты в дверь ломиться начали: стучат, колотят, попугай свои пиастры требует. Ой, мамочки, страшно-то как! Катюха под кроватью лежит, в ковёр завернувшись, и икает от страха, а я полено подлиннее около печки схватил наперевес и кричу из комнаты: «Не подходи, зарежу!» Жаль, дверь у нас не прозрачная: пираты, наверное, со смеху бы померли... прямо на крыльце, глядя, как я их поленом «зарезать» собрался.