Раз в год в Скиролавках - Ненацки Збигнев - Страница 112

А пани Зофья с оживлением, то наливая Порвашу коньяк, то подавая ему бутерброд или печенье, делилась своими впечатлениями о родной стране. Месяц она была у своих далеких родственников, через неделю возвращалась с дочерью в Канаду. Последние две недели перед отъездом она решила провести в отеле.

Дженни снова хотела пойти в уборную, но и в этот раз ее остановил повелительный голос пани Зофьи, которая удобно уселась возле доктора, так, что тот оказался зажатым между ней и Порвашем. Подогретый коньяком, художник распространялся о своих картинах, о бароне Абендтойере, толстое и горячее бедро пани Зофьи все сильнее напирало на бедро доктора, а ее ухоженная рука то и дело как бы невзначай опускалась на колено Негловича. Тогда доктор брал руку пани Зофьи со своего колена, галантно целовал, несколько дольше удерживал, пока не начал присматриваться к ней с необычайным любопытством.

— Что вы такого увидели на моей руке, доктор? — забеспокоилась пани Зофья Хробот. — Вы интересуетесь хиромантией?

— Боже упаси, — ответил доктор Неглович, возвращая пани Зофье ее руку так, как это делает человек некурящий, когда его угощают сигаретой. — По врачебной привычке я всегда осматриваю у людей ногти, потому что не одну тайну можно по ним узнать.

— Правда? — удивилась пани Зофья, поднося к глазам свои руки и с любопытством к ним присматриваясь.

Сделал это и художник Порваш, убедившись, что под ногтями он носит следы разных красок.

— Ногти, милая пани, — сказал доктор, — по-латыни называются «унгуес» и являются гладкими роговыми пластинками, которые растут со скоростью миллиметра в сутки. У здоровых людей они имеют розовую окраску и бывают заметно выпуклыми поперек. Ногти правой руки более широкие, чем ногти на левой руке, у левшей — наоборот. Таким образом, посмотрев на ногти, сразу можно сказать, владеет ли кто-то лучше правой или левой рукой. Коричневая окраска ногтей случается у беременных женщин, во время климакса, при увеличении щитовидной железы, а также при циррозе печени. А покраснение тканей под ногтями мы наблюдаем у людей, страдающих сердечными болезнями, при неполном смыкании клапанов. Желтая окраска ногтей наблюдается при желтухе, бледно-розовая — при малокровии, темно-красная — при полицитемии. Окраска, приближающаяся к черной, бывает при диабете или возрастном уплотнении артерий нижних конечностей, так как у человека есть ногти и на ногах. Белые пятнышки на ногтях, или, как говорят в народе, «цветение», случается у тех, кто страдает гормональными расстройствами, а также при авитаминозах. Большое значение имеют поперечные полоски шириной до двух миллиметров цвета тумана, с расплывчатыми краями. Они появляются после перенесенного сыпного тифа и при экземе. Ногти длинные и узкие мы встречаем у людей с астеническим телосложением, а короткие и широкие — у особ с пикническим. Увеличение ногтей происходит при акромегалии и при некоторых болезнях нервной системы, как и при кровоизлиянии в мозг. Уменьшенные ногти мы замечаем при поражении нервов, при эпилепсии. Бывают ногти так называемые «загарковые», которые свидетельствуют об определенных заболеваниях организма, а бывают «ложечкообразные», которые, в свою очередь, свидетельствуют о совершенно других болезнях. Мы встречаемся с утолщениями ногтевой пластинки, с ногтями, похожими на когти, которые некоторые литераторы называют «ястребиными». Это явление может быть вызвано акромегалией, тромбозным воспалением вен, расстройством системы кровообращения и старческим увяданием. Мы знаем ногти в крапинку, с поперечными бороздками, ломкие, с истонченной пластинкой. Впрочем, каждое из этих проявлений имеет свою причину. О человеческих ногтях можно говорить бесконечно, можно только пожалеть, что так редко удается о них почитать в какой-нибудь современной повести.

Пани Зофья подала доктору свои ладони, как песик лапки, когда он выполняет команду «служи!».

— Откройте же мои самые глубокие тайны, доктор, — попросила она чуть боязливо.

Доктор немного отодвинулся от пани Зофьи, чтобы освободить свою ногу, прижатую толстым бедром, взял ее руки в белые пальцы и сообщил:

— Ногти ваши имеют нормальную форму и толщину. Лак, которым вы пользуетесь, выпущен лучшей в мире фирмой, не трескается и не облезает. Это неопровержимо свидетельствует о том, что вы — женщина, которая может дать счастье каждому, даже самому требовательному мужчине. И вообще, эта рука мила для глаза и приятна на ощупь.

Говоря это, доктор оставил ладонь пани Зофьи, поднялся с дивана, приблизился к Дженни и без разрешения поднял ее ладонь, настолько безвольную, как будто она принадлежала кукле.

Ногти Дженни он осматривал недолго. Потом что-то сказал девушке по-английски, а та, покраснев, тут же вырвала из его руки свою ладонь, встала с дивана и пошла в уборную.

— Что он ей сказал? — спросил пани Зофью заинтригованный Порваш. — Ах, ерунду, — пожала она пухлыми плечами. — Доктор заверил Дженни, что она здорова и не должна волноваться из-за состояния своих нервов.

Этот ответ не удовлетворил любопытства Порваша, и он насел на доктора:

— Скажите нам, какие ногти у Дженни.

— У нее ногти обгрызенные, — объяснил доктор. А потом наклонился к пани Зофье, говоря:

— Разрешите, я откланяюсь. Уже поздно, а я люблю рано ложиться спать. Пани Хробот поймала Порваша за руку.

— Но вы здесь останетесь, правда?

Неглович вышел из комнаты, Дженни не возвращалась из уборной. У Порваша на шее оказались пухлые руки пани Зофьи, и он услышал ее горячий шепот:

— Вы ведь не покинете одинокую женщину, пане художник? Мой муж был анабаптистом и говорил, что есть время обниматься и уходить из объятий, но в моей с ним жизни больше было уходов от объятий.

На своей впалой грудной клетке Порваш вскоре почувствовал тяжесть стянутых твердым бюстгальтером грудей пани Зофьи, которая отняла одну руку от его шеи и свои когтистые пальцы всунула в декольте черной рубашки, до боли щипля завитки его черных волос. Художник догадывался, что ждет его в объятиях женщины, которая так долго уходила от объятий, но мысль о фабрике вафель, о выездах за границу, о великолепии аэропортов приглушила в нем страх. Смелым жестом он сунул левую руку между обтянутых тонкими колготками толстых бедер пани Зофьи, а правой обнял ее и прижал к себе.