Загадки истории. Факты. Открытия. Люди - Ермановская Анна Эдуардовна - Страница 219

Человек, в церковной истории известный как отец Жозеф Парижский, а в популярной — как «серый кардинал», министр, говоря современным языком, иностранных дел в кабинете кардинала Ришелье, его друг и помощник, вызывает большой интерес (впрочем, как и всякий «злодей от политики»). Но был ли он таким злодеем?

По мнению одних, он был интриганом и обманщиком, двуличным и коварным, разжигателем войн, организатором тотального осведомительства, шпионских сетей и пятых колонн. Хотя лично, разумеется, он никого не пытал и голов не рубил, но активно тому способствовал. Вся жизнь Франсуа дю Трамбле фактически прошла под знаком войны.

Одним из самых важных и роковых звеньев в цепи европейской истории и политики является Тридцатилетняя война. Многие потрудились, чтобы выковать это звено; но никто не усердствовал больше, чем отец Жозеф. По утверждению консервативных историков, отец Жозеф принадлежал к тому типу «власть имущих негодяев, которые ворами не являясь, сосут человеческую кровь «бескорыстно», то есть не в целях личного обогащения, а ради великого идеала, на который имеют мандат непосредственно от высших сил». Он создал, укрепил и развивал целую сеть тайных агентов внутри страны и за границей. Мечтал о новом крестовом походе. И не только мечтал, но и активно за него агитировал. Он ратовал за войны против протестантов, турок и насильственную реорганизацию Европы в пользу Людовика XIII. Был женоненавистником и аскетом. Носил власяницу, умерщвлял плоть, часами предаваясь молитве, боролся с дремотой, стоя на одной ноге. В общем, кажется, это вполне однозначная и омерзительная личность, типичная в своем роде.

Но по мнению других, например, французского историка Пьера Бенуа, а также известного английского писателя Олдоса Хаксли, отец Жозеф был мучительной загадкой, которую необходимо было разрешить: «Мистики — это те каналы, по которым хоть какое-то знание о реальности просачивается в человеческую вселенную невежества и иллюзий. Окончательно лишенный мистиков мир будет миром окончательно слепым и безумным». Отец Жозеф, по мнению Хаксли, был ярким представителем тонко чувствующих духовных натур: «То, что он впрямую, непосредственно соприкасался с высшей реальностью, не вызывает сомнений». Он, как заметил писатель, был «исступленно-цельной личностью» — замечательно одаренный, умный, искренне религиозный, с сильной волей, он отказался от себя в пользу интересов государства. Его цель была проста: добавить величия Франции, вознести славу христианнейшего короля, низвергнуть гугенотов, мятежников и врагов короны и истинной веры.

Известно, что Франсуа Леклер дю Трамбле оставил баронский титул ради монашеского ордена капуцинов, стал самым доверенным лицом кардинала Ришелье и его секретарем, его подлинным alter ego и одним из лучших дипломатов Европы начала XVII века. Кроме того его считают отцом-основателем не только монашеских приютов, но профессиональной французской журналистики.

Отец Жозеф был не чужд чувства прекрасного: он написал латинскую поэму, которую назвал «Туркиада». Правда содержание ее имело яркую антитурецкую направленность, и менее всего можно сказать, что автор пробуждал своей лирой «чувства добрые».

И вряд ли кого еще так ненавидели свои соотечественники, как отца Жозефа.

В судьбе Жозефа дю Трамбле сплелись политика и мистика, личное благочестие и политическая беспощадность, амбиции и самоотверженность, возвышенные цели и жестокие средства. Все главные противоречия, которые желает разрешить всякий человек, который размышляет о соотношении морали и политики, о совместимости личной нравственности и государственных интересов, об истории — европейской и всемирной. Возможно, такой противоречивый коктейль несовместимых качеств и привел этого священника и мистика на вершину абсолютной власти.

Так кто же он, отец Жозеф дю Трамбле, — гений или злодей, какова его роль в кровавой эпопее Тридцатилетней войны, и правда ли, как считают некоторые историки, что историческими корнями катастроф XX века явились интриги отца Жозефа, подложившего мину замедленного действия под европейскую политику?

Что двигало этим человеком, в чем черпал он силы для своих масштабных деяний?

В какой мере заговор Шале был раскрыт шпионами «серого преосвященства», и причем тут был Рошфор? И вообще, реальный это человек или выдумка романиста Дюма? Какую роль сыграл «серый кардинал» Жозеф в знаменитом «деле о подвесках королевы»?

Кем был таинственный аббат Фанкан и какие отношения связывали его с отцом Жозефом? Какие сложные политические интриги кардинала Ришелье осуществлял отец Жозеф на Регенсбургском рейхстаге? И какие на самом деле отношения были между «серым преосвященством» и «красным», кто они — союзники, друзья или противники, умело скрывающие истинные цели и мысли под показной личиной?

Что мы знаем о человеке, всю жизнь старавшемся провести в тени?

Истинную роль отца Жозефа во французской истории и ее масштаб, который как-то не очень виделся раньше, не так давно осветил французский историк Фанье, воспользовавшись попавшей в его руки архивной документацией.

Франсуа Леклер дю Трамбле (4.11.1577- 18.12.1638), также известный как барон де Маффлие, позже получивший известность как отец Жозеф, — молодой человек знатного происхождения, получивший великолепное образование и наделенный всеми задатками для того, чтобы сделать политическую или дипломатическую карьеру. Его жизненный путь от рождения до смерти — будто иллюстрация того, как юный благочестивый Франсуа превращается в интригана и авторитетнейшего теневого политика.

Будущий помощник Ришелье посвящает себя церкви, обучается началам мистической теологии, ведет суровый аскетический образ жизни, становится членом монашеского ордена и постепенно превращается в Жозефа Парижского — правую руку кардинала, которого он порой превосходит в неуклонной решимости и мужестве.

Один «серое преосвященство» — скрытен, молчалив, адски умен, политически гибок и предан своему другу и патрону. Другой, «красный герцог» — гроза дуэлянтов, казнокрадов и собственных подчиненных, которые, служа ему и Франции, забыли, что такое отдых и личная жизнь. Личный кошмар Людовика XIII. Враг номер один Испании и Англии. Человек незаурядного ума и большого обаяния, талантливый полководец, литератор и богослов.

И вот скрытный капуцин, мрачный «гений злодейства и интриги» становится верным спутником кардинала Ришелье, которого можно назвать вполне гуманным правителем, более гуманным, чем того требовали обстоятельства и нравы эпохи.

Отец Жозеф станет лучшим дипломатом Европы, во многом обеспечит победу Франции в Тридцатилетней войне, подготовит окончательное падение Ла Рошели и французских протестантов и кто знает, к скольким значительным событиям еще приложит руку — ведь он же не зря именуется невидимой рукой Ришелье.

Ришелье, с его недюжинным характером, очень придирчиво выбирал окружение. Однако истинная дружба требует и постоянства и, при необходимости, жертвенности. Но это был слишком холодный, слишком трезвый, расчетливый и проницательный ум, чуждый казавшихся ему ненужными контактов и связей. Друзей у него не было. Кроме монаха ордена капуцинов отца Жозефа, в котором нашел и преданного слугу, и единомышленника, и верного сторонника. Этот талантливый человек со временем стал своеобразной «тенью» Ришелье, «серым кардиналом», его дипломатом и начальником непревзойденной до сих пор во Франции системы контрразведки и шпионажа.

Отец Жозеф стал секретарем и ближайшим помощником кардинала Ришелье, и оставался им до самой своей смерти. К нему главный министр, похоже, испытывал искренние чувства, близкие к дружбе — во всяком случае, его смерть стала тяжелым ударом для Ришелье.

Но в личной жизни всесильный кардинал был одинок. И единственными живыми существами, разделявшими краткие часы его досуга, были многочисленные кошки, населявшие дворец Пале Кар-диналь. Говорили, что преданны они были Ришелье бесконечно, а он неизменно «относился к ним с редкой привязанностью и даже любовью, которой не удостаивал никого из людей», кроме опять же отца Жозефа, характер которого сравнивал с характером кошки. Известна легенда, что входить без доклада в покои Ришелье могли только кошки и отец Жозеф.