Загадки истории. Факты. Открытия. Люди - Ермановская Анна Эдуардовна - Страница 150

Конечно, не стоит слишком осуждать императора за убийство мыши. В сущности, это скорее жест отчаяния. Но мальчик и в самом деле был жесток. Однажды в дурном расположении духа он решил убедиться в том, что имеет неограниченную власть: Пу И приказал одному из евнухов съесть дерьмо. Юный Сын Неба смеялся, когда узнал, что тот несколько дней мучался болями в желудке. Еще одного евнуха Пу И заставил прыгать через огонь, отчего несчастный едва не умер. С царственными капризами справлялась только няня императора — простая женщина по имени Ван Чжэ. Она-то и сумела в конце концов смягчить его сердце. Пу И любил и почитал ее всю жизнь. Однажды он чуть было ее не потерял. Опасаясь влияния Ван Чжэ, придворные удалили ее из Запретного города, когда Пу И исполнилось девять лет. Но через несколько лет повзрослевший Пу И разыскал свою няню, и с тех пор она временами жила во дворце. Когда много позже Пу И станет правителем Маньчжоу-Го, он заберет Ван Чжэ в свою новую столицу — город Чанчунь.

В тринадцать лет Пу И пережил трагедию, которую никогда не смог забыть. Его родная мать Юлань, которая наконец сумела встретиться с сыном после долгой разлуки, поспорила о воспитании Пу И с Дуань Кан — той самой императорской наложницей первого ранга, которая опекала мальчика с трехлетнего возраста. Дуань Кан напомнила матери Пу И, что все эти годы она не заботилась о своем ребенке. И вскоре Юлань покончила с собой, отравившись опиумом. Ее смерть была нелегкой — мучения длились два дня. Пу И на всю жизнь возненавидит опиум, но коварному зелью предстоит еще раз причинить ему горе.

Зато в те же тринадцать у Пу И появился новый друг — англичанин Реджинальд Флеминг Джонстон. Выпускник Оксфорда Джонстон учил императора английскому языку и литературе. Однако, понимая, что подросток очень одинок, рискнул учить его и жизни. Именно этот человек сделал Пу И в душе европейцем. Даже облик императора изменился: он стал носить очки, а главное — отрезал косу. Придворные были в ужасе, ведь никогда китайские императоры не позволяли себе опускаться до подражания европейцам! Но какое это, в сущности, имело значение теперь, когда владения Сына Неба ограничивались стенами Запретного города? Джонстон научил Пу И кататься на велосипеде, играть в гольф и теннис. Англичанин даже дал подростку новое имя: Генри. Так он и будет себя называть: Генри Пу И.

Когда императору исполнилось шестнадцать, пришла пора ему обзавестись семьей. Юноше показали портреты маньчжурских девушек, и одна из них — тринадцатилетняя Вэнь Сю — ему приглянулась. Но Дуань Кан выбрала другую — Вань Жун. Она была постарше Сю, ей уже исполнилось семнадцать. К тому же Вань Жун была настоящей красавицей, а, главное, ее родители были очень богаты. Она-то и стала императрицей, а малышка Сю была наложницей и имела статус придворной дамы.

Пу И был равнодушен к Вань Жун, во всяком случае сразу после женитьбы. Даже Сю, которая ему так нравилась, мало занимала его мысли. Как он напишет в мемуарах, у него была одна мечта: возродить императорскую власть — он взрослый, имеет свою семью и, не случись революции, правил бы Китаем. Надо заметить, что пока Пу И оставался в стенах Запретного города, монархию пытались реставрировать дважды. Первый раз это случилось в 1915 г., когда президент Юань Шикай провозгласил себя императором, но на следующий год отрекся от престола. Второй раз Пу И чуть было не повезло: в 1917 г. власть захватила группа военных, которые хотели вернуть ему трон. Однако мятежники продержались всего две недели. Эти события не влияли на жизнь Пу И — ему по-прежнему принадлежало крошечное «государство в государстве». Он не думал, что может лишиться даже Запретного города.

Гражданская война в Китае продолжалась. В ноябре 1924 г. Пекин заняла армия Фэн Юйсяна[52]. Пу И приказали убираться восвояси. Последний император отправился в город Тяньцзин. Эта территория принадлежала японцам, которые согласились покровительствовать Пу И и его двору в изгнании.

В Тяньцзине Пу И провел семь лет, наслаждаясь жизнью. Он одевался, как европеец, вел себя, как европеец, и даже пережил семейную драму, которая, казалось бы, могла приключиться с обычным европейцем, но отнюдь не с Сыном Неба. На одном из раутов Пу И изволил танцевать только с Вань Жун. Униженная Вэнь Сю отчаянно ревновала и (о, наглость!) в тот же вечер потребовала дать ей развод. Пу И заявил, что никто не смеет разводиться с ним, да еще и против его воли. Но эмансипированная Сю угрожала публичным скандалом, и ее пришлось отпустить. Итак, даже в своей семье он уже не был господином.

А вскоре Пу И предстояло убедиться в том, какой волшебной силой обладает его имя, и насколько мало в то же время значит он сам. В 1931 г. японцы захватили северо-восток Китая — территорию Маньчжурии. Появилось новое государство — Маньчжоу-Го. Нужен был номинальный правитель, угодный как народу, так и японским властям. Конечно, десятый император маньчжурской династии Цин подходил на эту роль, как никто другой. Почему Пу И согласился и понимал ли он, на что идет, осталось загадкой. Многие историки считают, что Пу И рвался к власти и использовал единственный шанс вернуть то, что принадлежало ему по праву рождения. Маньчжоу-Го он рассматривал как плацдарм, откуда можно будет начать поход на остальной Китай. Принимая решение, Пу И помнил множество примеров из китайской истории, когда обстоятельства вынуждали славных правителей прибегать к помощи соседей, чтобы навести порядок у себя дома.

Но вполне возможно, что японцам пришлось надавить на Пу И, чтобы он согласился стать главой администрации, а затем императором Маньчжоу-Го. Ходили слухи о том, что японцы похитили Пу И, отвезли его в Маньчжурию и заставили принять формальное руководство государством. Советский писатель Юрий Корольков в романе «Кио ку мицу!», написанном на документальной основе, излагает свою версию событий. Пу И убедили, что оставаться в Тяньцзине небезопасно. Он получал полные угроз письма от китайских коммунистов. А однажды ему прислали корзину фруктов, на дне которой лежали бомбы, которые чудом не взорвались. «Чудо» было организовано японцами: бомбы, как и письма, были фальшивыми. С другой стороны, японцы льстили Пу И: дескать, народ Маньчжурии ждет своего императора и готов его поддержать. Так японцы и заполучили Пу И.

В течение четырнадцати лет, с 1932-го по 1946 г., Пу И был марионеточным правителем, который подчинялся Японии. Реальной властью обладал очередной командующий Квантунской армией (он же одновременно был послом японского императора при дворе императора Маньчжоу-Го). На этом посту за годы правления Пу И сменилось шесть человек. Они-то и принимали все важные решения. Кроме того, к Пу И приставили специального человека — генерала Есику, который неотлучно находился при императоре и следил за каждым его шагом.

Отстраненный от власти император был поглощен личной жизнью. К несчастью, его жена Вань Жун пристрастилась к опиуму, и царственный супруг к ней охладел. Императрица искала утешения в объятиях своего телохранителя, о чем японцы доложили Пу И. Ребенка Вань Жун — плод этой связи — убили сразу же после рождения, и несчастная императрица сошла с ума.

Пу И взял себе новую наложницу по имени Тань Юй-Лин. Эта маньчжурская девушка не любила японцев, о чем позволяла иногда говорить вслух. Пу И привязался к Тань Юй-Лин и проводил с ней много времени. Они были вместе уже пять лет, когда Тань Юй-Лин заболела тифом. Как писал Пу И в мемуарах, ее состояние не было критическим, пока с врачом-японцем не побеседовал генерал Есика. На следующее утро Тань Юй-Лин умерла. Вскоре Есика принес фотографии японских девушек, чтобы император выбрал себе новую наложницу. Зная, что японка будет шпионить за ним, Пу И отказался. Есика подыскал других претенденток. На сей раз это были маньчжурские девушки, но все они закончили японскую школу. Пу И понял, что сопротивление бесполезно, и остановился на одной из них. Ее звали Ли Юйцинь. Много лет спустя Ли Юйцинь будет вспоминать о том, как пятнадцатилетней девочкой попала во дворец. Пу И относился к ней, как к ребенку: мог приласкать, а мог и дать по шее. И все время поучал. Император читал Ли Юйцинь морали, пересыпанные афоризмами, или излагал буддийские каноны. Дело в том, что в это время Пу И увлекся буддизмом, несмотря на то, что все императоры династии Цин были конфуцианцами. Пу И часто медитировал. Он ел вегетарианскую пищу, и ни одно живое существо во дворце — будь то мышь или муха — не могло быть убито.