Темные силы над Муншаез - Найлз Дуглас - Страница 63

— Что это будет? — спросила Робин.

— Новая баллада. Может быть, я спою ее для вас, когда закончу.

— Очень хотелось бы послушать, — ответила она, тихонько напевая мелодию, а Корея снова заиграл на лютне.

Собаки носились по полям и лугам, по обе стороны от дороги, с такой энергией, которой Тристан не помнил со времени бегства от фирболгов.

Дорога поднималась по пологому склону холма, и вскоре они оказались на широком, поросшем травой поле, которое и служило вершиной холма. Пред ними открывался пологий спуск сразу в несколько широких долин. Узкие ручьи поблескивали среди садов и пастбищ. Горизонт терялся в туманной дымке, — там, в тридцати милях к востоку, было море.

Но все эти подробности отступили, когда они увидели клубы дыма, поднимающиеся в нескольких местах — толстые черные колонны, каждая из которых отмечала горящее поселение ффолков.

Сдавленный, нечеловеческий звук вырвался из огромной груди Гэвина. Тристан безо всяких вопросов знал, что ближайшая из колонн поднимается над Миррдейлом.

— Тысяча чертей! Вы все идиоты! — Грюннарх Рыжий приказал своим людям собраться у разрушенного городка. Еда, питье и охота за женщинами привели большинство солдат в совершенно скотское состояние, казалось, сознание вот-вот их покинет. Рыжему Королю пришлось даже пустить в ход свои тяжелые сапоги, чтобы хоть как-то заставить воинов слушать.

Но не одно только поспешное бегство пешего воинства привело Грюннарха в такую ярость. Где эти проклятые Смертоносные Всадники? Целую неделю он не получал никаких известий от Ларика, их капитана. Доходили слухи о сожженных дотла деревнях, о неслыханной жестокости Всадников. Грюннарх с неудовольствием вспомнил свою последнюю встречу с Лариком. Похоже, тот решил все делать по-своему. Он почти не слушал того, что говорил ему Грюннарх, однако что-то в яростном взгляде Ларика заставило Рыжего Короля воздержаться от резкого замечания, уже готового сорваться с его губ.

Теперь наплевательское отношение Ларика к приказам ставило под угрозу весь план.

Смертоносные Всадники должны были соединиться с основной частью армии здесь, в Макшигане, еще три дня назад. Макшиган был крупным и богатым поселением, и армия смогла собрать целый караван припасов для марша на Кер Корвелл. Как и предсказывал Телгаар, беженцы сплошным потоком двинулись на запад. Если армия будет готова выступить не позднее завтрашнего дня, она, пройдя через долину Мурлок, отрежет им путь к отступлению и перебьет всех. Глухой грохот, наконец, привлек внимание Грюннарха, и он посмотрел на дорогу. Его гнев смешался с облегчением — Смертоносные Всадники галопом скакали по дороге. Черные лошади лоснились от пота, их ноги и бока были облеплены запекшейся грязью. Меховые плащи Всадников покрывала пыль.

Ларик подъехал к Грюннарху и спрыгнул с седла. Король уже готов был отчитать своего вассала, но проклятия замерли на губах, когда его глаза с ужасом уставились в лицо подошедшего человека.

Кожа Смертоносного Всадника приобрела серый, мертвенно-бледный оттенок, а его ярко-красные губы чудовищно выделялись на неподвижном лице. Глаза сильно запали, но в глубоких темных пещерах глазниц горел прежний дьявольский огонь. У Грюннарха мелькнула мысль о черепе, которому кто-то пририсовал невозможно красные губы.

Ларик прошел мимо короля, не сказав ни слова, и Грюннарх Рыжий, никогда не страдавший излишней сдержанностью, не смог приказать ему остановиться. В ярости Рыжий Король вернулся к прежнему занятию — попытке привести в порядок свою армию, раздавая удары направо и налево, всем кто не успевал вовремя убраться с его пути.

Когда король шел через лагерь, он увидел, что все его солдаты одинаково реагируют на появление Смертоносных Всадников. Они медленно разбирались по отрядам, бросая нервные взгляды на Всадников, лица которых казались лицами оживших мертвецов. Всадники не обращали на остальных северян ни малейшего внимания и расположились отдельно, чуть в стороне ото всех. Грюннарх, сожалея, что он не может проигнорировать самый факт существования Смертоносных Всадников, послал гонца, чтобы тот позвал Ларика на собрание офицеров. Капитан Ларик молча присоединился к кольцу командиров, окруживших Грюннарха. Вдруг началась странная толкотня, а когда все успокоилось, то оказалось, что на расстоянии пяти метров от Ларика нет никого.

— Мы выступаем на рассвете! — провозгласил Грюннарх. — Рааг Хаммерстаад возьмет половину армии и караван с продовольствием и будет двигаться по дороге на Корвелл. Он проследит за тем, чтобы беженцы не смогли, ускользнув от нас, вернуться сюда.

— Мы перекроем всю дорогу! — заявил Хаммерстаад. — Мимо нас и мышка не проскользнет!

— Хорошо. Остальные двинутся прямо на запад, через проход на этом горном перевале, — Грюннарх показал на линию скал, громоздящихся в двадцати милях на запад. С того места, где стояла армия Грюннарха, перевал казался очень крутым и совершенно непроходимым, и по рядам офицеров прокатилась волна удивленного шепота.

— Там нас встретит проводник, — поспешил успокоить своих людей Рыжий Король, надеясь, что Телгаар не обманул его, когда говорил о предателе-друиде. — Он покажет нам дорогу. Смертоносные Всадники возглавят колонну, — продолжил он, взглянув на Ларика, который с отсутствующим видом смотрел прямо перед собой. — Для остальных, главное требование — скорость. Мы берем провизии всего на пять дней, и будем делать привалы только на ночь, с рассветом снова отправляясь в путь.

— Мы спустимся с гор как раз на дорогу, по которой движется колонна беженцев, и они окажутся зажатыми между двумя армиями! — Мысль о кровавом празднике, который ждет впереди, пульсировала в мозгу короля, заставляя сердце радостно биться. Он видел тот же восторг и ожидание в глазах собравшихся вокруг него воинов. А в глазах Ларика этот огонь напоминал свечение раскаленной лавы.

Гэвин бросил своих осликов и неуклюже побежал по дороге к горящей деревне, которая находилась за следующей низкой грядой холмов.

Тристан тут же пришпорил своего коня и догнал кузнеца.