Самые прекрасные сказки тысячи и одной ночи (+16) - Эстерль Арника - Страница 3

– Сезам, закройся! – крикнул он, и камень лёг на место.

Али-Баба гнал и гнал мула, а сам, подобрав полы халата, бежал следом. Приехав, он наглухо закрыл ворота, схватил мешки с золотом, внёс их в дом и грохнул на стол перед женой.

– Что это? – воскликнула потрясённая Зейнаб, увидев рассыпавшиеся по столу монеты. – Ты кого-то ограбил?

Али-Баба рассмеялся:

– Не тревожься, жена, я не разбойник. Мне выпала небывалая удача.

И он поведал ей о своём приключении. Долгим был его рассказ, а жена тем временем пересыпала в руках золотые монеты, и глаза её сияли от радости. А кто не возрадуется при виде чудесно свалившегося на него несметного богатства? Зейнаб начала было считать монеты, но Али-Баба остановил её.

– Оставь это, жена. Надо поскорей вырыть яму и спрятать наше золото от чужих глаз.

– Если ты не даёшь мне сосчитать, то разреши хотя бы взвесить золото, чтобы знать ценность нашего сокровища, – попросила Зейнаб.

В доме у них весов не было, и Зейнаб поспешила к дому Касима.

– Не одолжишь ли ты мне ненадолго весы? – спросила она у его жены Фатимы.

Та подивилась, что эти бедняки могут взвешивать на весах, когда и рис они меряют горстями? И, задумав хитрость, пропела:

– С радостью, сестра!

Сбегала на кухню, быстро достала весы и смазала их чашу воском. «Теперь хоть зёрнышко, а прилипнет, – хихикнула она про себя. – Вот я и узнаю, что они взвешивали».

Возвратилась Зейнаб домой и стала взвешивать золотые монеты. Потом они с мужем зарыли мешки во дворе, и уже в сумерки она отнесла весы назад в дом Касима.

Хитрая Фатима быстро оглядела весы и увидела золотую монетку, влипшую в воск.

– Они взвешивали не рис, а золото? – изумилась она. – Так вот какие они, наши бедняки! Кого-то ограбили, не иначе.

Женщина просто позеленела от зависти, и мысль о тайном богатстве Али-Бабы терзала её до самого возвращения мужа.

Едва Касим вошёл в дом, Фатима кинулась к нему со словами:

– Увы нам, муж мой! Твой брат Али-Баба только прикидывается бедняком, на самом деле он богаче нас! Они взвешивают золото, как крупу!

– Не говори глупостей, женщина! – рассердился Касим.

– Ах, ты мне не веришь! – обиделась Фатима и выложила мужу свою затею с воском, а потом достала из фартука золотую монетку и протянула её Касиму.

Тот повертел монетку в руке, попробовал на зуб и убедился, что она настоящая.

Всю ночь Касим ворочался с боку на бок, размышляя о небывалом богатстве брата. Злость и зависть мешались в его сердце. Наутро он не выдержал и отправился к Али-Бабе.

– Ты обидел меня, брат! – горестно промолвил Касим. – Зачем притворялся бедняком и скрывал, что несметно богат? – И он вынул из кармана золотую монетку. – Разве не твоя жена брала у нас весы, чтобы взвесить золото? Даже я не взвешиваю свои доходы на весах, а складываю медные да серебряные монетки столбиком.

Тут понял Али-Баба, что Касим всё знает и не стоит отпираться. И он рассказал старшему брату всё без утайки.

А Касим не успокоился, пока не выведал у младшего брата всё до конца – и как добраться до того места, где скрыта пещера, и какие волшебные слова отпирают её.

Глаза Касима загорелись от жадности, и рано утром, дрожа от нетерпения, он снарядил десять мулов и поспешил в лес. Найдя чёрный камень, он стал перед ним и выкрикнул:

– Сезам, откройся! – И к его радости, открылся вход в тайную пещеру.

Касим кинулся внутрь и обомлел. Повсюду сверкало золото, стояли свитки дорогих ковров, лежали горы богатой одежды. Касим стал хватать мешки, набитые золотом, и стаскивать их к выходу из пещеры. Наконец у сомкнутой скалы выросла гора мешков. Оставалось вынести их наружу и погрузить на мулов. И тут Касим понял, что забыл заветное слово.

– Сафар, откройся! – выкрикнул он наугад, но ничего не произошло, и Касим в испуге начал жалобно упрашивать: – Саид, открой дверь!.. Самир, открой дверь!.. Сулейма-ан, умоляю, открой дверь!

Долго метался Касим по пещере в поисках выхода, выбился из сил и свалился радом со своим бесполезным богатством.

Прошло время, и банда разбойников вернулась с новой добычей. Увидели они мулов и удивились, неужто кто-то разузнал про их тайную сокровищницу? Выкрикнув нужные слова, они ворвались в пещеру и сразу же наткнулись на Касима.

Взмахнул атаман саблей и зарубил непрошеного гостя. Потом стали разбойники размышлять, как тот проник в пещеру? Значит, кто-то выведал их тайну? И они оставили тело Касима для устрашения храбреца, который осмелился бы войти сюда, и с гиканьем ускакали.

День сменился ночью, а Касим так и не вернулся. Наутро жена его Фатима прибежала в дом Али-Бабы.

– О, горе мне! – причитала она. – Пропал Касим! Поехал он туда, куда указал ему ты, Али-Баба. Видно, гиблое это место!

– Не волнуйся, Фатима, – успокоил ее Али-Баба. – Я разыщу его.

Оседлал он своего мула и поехал в лес к чёрному валуну. Выкрикнув «Сезам, откройся!», он спустился в пещеру и увидел убитого Касима.

– О, злосчастная судьба! Что ты сотворила с моим братом? – зарыдал он.

Но делать нечего. Погрузил Али-Баба тело Касима на мула и поспешил домой, пока не явились разбойники.

Подъехал он к воротам дома Касима и постучал в ворота. На стук вышла служанка Марджана. Как женщине разумной, рассказал ей Али-Баба всю правду и попросил держать это в тайне, чтобы не проведали разбойники, где жил тот, кто проник в их пещеру. Тут выбежала из дому и Фатима. Громче прежнего заголосила она при виде мёртвого мужа. Как и положено безутешной вдове, она рвала на себе волосы, царапала лицо и возносила руки к небу.

– Не убивайся так, Фатима, – утешал ее Али-Баба. – Мы не оставим тебя в беде, будем хорошо заботиться. А пока займёмся похоронами Касима. Но сначала нужно устроить так, чтобы никто не знал, отчего он умер.

– Пусть будет так, как ты скажешь, – смирилась Фатима.

И за дело взялась Марджана. Она побежала к торговцу травами и попросила лечебных трав для опасно больного.

– Могу я спросить, кто болен в вашем доме? – полюбопытствовал торговец.

– Мой хозяин занемог с прошлого вечера, – ответила хитрая служанка.

На другой день она снова пришла и купила снадобье, которое даётся тем, кто приблизился к смерти.

– Совсем ослаб хозяин, – печально вздохнула она. – Боюсь, не обретёт он нужной для жизни силы.

Когда наступил вечер и этого дня, Марджана пошла в дом портного Мустафы, вложила ему в руку золотую монету и сказала:

– Пойдём со мной в один дом, там есть для тебя работа. Только позволь закрыть тебе глаза.

Она завязала платком глаза портного и привела его в дом, где в затемнённой комнате лежало тело ее зарубленного хозяина.

– Сделай саван к похоронам, – коротко сказала она.

Портной почти вслепую сделал то, что ему было велено, правильно уложил тело в саван и зашил его, после чего его с завязанными глазами отвели домой.

Уже с вечера слышались по всей улице плач и стенания. И следующий день начался с горестных криков в доме Касима. Марджана пошла в мечеть и, рассказав о смерти своего хозяина, попросила имама прийти и молиться. Пришло время, и по улице, ведущей к кладбищу, за телом усопшего потянулись плакальщицы, семья и соседи Касима. Был среди них и Али-Баба.