Повесть об уголовном розыске [Рожденная революцией] - Нагорный Алексей Петрович - Страница 120

— Олег — голова! — восхищенно заметил Воронцов. — Он из нагана с двадцати шагов в пятак попадает!

— Ну, положим, к голове это не имеет отношения, — усмехнулся Коля. — Но в комплексе, так сказать, хорошо! А вот анализ ситуации у вас, Рудаков, полностью совпадает с моим, хотя скажу сразу: дай бог, чтобы мы с вами ошиблись!

Резко прозвенел входной звонок. Воронцов открыл. В зал вошел хмурый Виктор:

— Машина из управления пришла. Ограблен ювелирный магазин на Волхонке. Убит сторож и посторонний гражданин.

Олег и Коля переглянулись.

— Вот это да-а-а, — протянул Воронцов. — Лажанулись мы крепко!

— Прошу впредь жаргонных слов не употреблять! — резко сказал Коля. — Вы — оперативный работник, а не урка! Товарищ Кондаков, — обратился он к Виктору, — оставьте здесь наряд, все едем на Волхонку!

Улицы Москвы были еще пусты, поэтому не пришлось включать сирену. Через пять минут «эмка» подрулила к ювелирному.

Витрина магазина было совершенно цела, только пуста. В углу, на черном обивочном бархате, Коля заметил случайно уцелевшее золотое обручальное кольцо. Несмотря на ранний час, успела собраться изрядная толпа, и милиционеры теснили любопытных. У входа в магазин лицом вниз лежал сторож. У ворот, которые вели во двор, сидел, прислонившись спиной к стене, парень лет двадцати пяти. Он был мертв. Виктор подошел к нему, заглянул в лицо и тут же вернулся обратно:

— Агеев. Ясно, почему не позвонил и не пришел.

Коля увидел врача-эксперта:

— Причина смерти? — Он повел головой в сторону убитого парня.

— Заряд мелкой дроби, — сказал эксперт. — С расстояния метров в семь — восемь. Предполагаю, вот из этого ружья. — Он протянул Коле одностволку.

— Нашли во дворе, — козырнул пожилой лейтенант милиции. — Отпечатки пальцев сняли.

— Вы участковый? — спросил Коля.

— Так точно. Предвижу ваш вопрос, товарищ начальник. Рекомендую в первую очередь поговорить с дворником Хасановым. Доверенное лицо, ручаюсь, как за себя!

— Спасибо. — Коля вошел в магазин. Навстречу ему, заламывая короткие толстые руки, бросился мужчина лет пятидесяти в белом чесучовом костюме и широкополой соломенной шляпе. Коля машинально посмотрел на его ноги и невольно усмехнулся — белый костюм завершали ярко начищенные черные ботинки!

— Здравствуйте! — трагическим шепотом провозгласил мужчина. — Я директор, я несчастнейший человек, пусть бы я лучше умер вчера, чем видеть такое сегодня! Ужас! Я погиб! Я навеки опорочен в глазах руководства! Какой убыток! Какой кошмарный ущерб! — Он провел рукой по сейфу, который был похож на варварски вскрытую консервную банку. — И наш сторож! И прохожий, совсем еще молодой человек! Его-то за что, господи!

— Что украдено? — спросил Коля.

— Все! — Директор широким жестом обвел магазин. — До последнего колечка!

— Последнее на витрине. Пройдемте к вам в кабинет. Я — работник милиции Кондратьев.

— Смирнов, — растерянно протянул руку директор. — Ах, какое несчастье, какое несчастье. Золото! Так сказать, овеществленный труд тысяч людей… — Он сел в кресло и нервно забарабанил короткими пальчиками по стеклу.

— Почему на вас черные ботинки? — вдруг спросил Коля.

— Э-э… — растерялся Смирнов. — Дело в том, что белых у меня только одна пара, и я их… э-э-э… испачкал! А вычистить не успел. Послушайте, э-э… почему вы об этом…

— Просто так, — перебил его Коля. — Сумма похищенного?

— То есть — украденного? — тонко улыбнулся Смирнов. — Вы ведь эти два понятия четко разделяете, я знаю. Похищено — значит свои. Украдено — посторонние… Так вот, украдено на шестьсот тысяч рублей, не менее! У меня поседели последние волосы! Все выгребли, мерзавцы, все, подчистую! Комиссия уже заседает, список и приметы вещей мы вам пришлем. Кошмар! Вещей нет, одни приметы!

— Почему вы думаете, что нам понадобятся приметы?

— Детективы и мы читаем, — усмехнулся директор. — Как же вы искать вещи станете? На толкучках? Барахолках? У подозрительных лиц? Ведь все давно по карманам рассовали, ворье проклятое, небось уже и торговля «слева» началась.

— Вас допросят, — Коля встал. Этот многословный, суетливый человек утомил его. — До встречи.

— Не дай бог, — тоскливо сказал Смирнов и сделал гримасу, которая, вероятно, должна была обозначать улыбку.

В дверях Коля столкнулся с человеком лет тридцати. Добродушное, круглое, лицо, тщательно отглаженный костюм, рубашка с галстуком. Незнакомец выглядел франтом.

— Мой заместитель Борецкий Виталий Павлович, — сообщил Смирнов. — Это из милиции.

— Уже догадался, — кивнул Борецкий, пожимая руку Коле. — Есть надежда?

— Надежды нет только у мертвых, — сказал Коля и смутился. Получилось выспренно, а он не любил «высокого штиля». И добавил: — Сделаем все, что в наших силах.

— Давать советы не собираюсь, — сказал Борецкий, — но у меня ощущение, что украдено слишком много и слишком быстро. Вы не согласны?

— Что вы, собственно, имеете в виду? — Коля отлично понял, на что намекал Борецкий, но хотелось услышать не намек, а главное, посмотреть, как среагирует Смирнов. Директор действительно среагировал моментально.

— Борецкий! — крикнул он возмущенно. — О чем ты говоришь? Твои слова эти — подозрение в адрес нашего здорового коллектива! Это выпад против общественности! Не слушайте его, товарищ Кондратьев!

— Милиция во всем разберется, — мягко сказал Борецкий.

Коля вышел во двор. В углу, у помойки, подметал дворник. Коля подошел к нему и стал смотреть, как красиво и профессионально обращается тот с метлой.

— Хорошо у вас получается.

— Опыт, — улыбнулся дворник. — Хотите попробовать?

— У меня не выйдет. Вы Хасанов?

— А вы из МУРа? — снова улыбнулся дворник. — Я так скажу: во всем цыгане виноваты!

— Как так? — удивился Коля.

— Да просто… Повадился Смирнов к цыганам ездить — вот и сложил голову. Он, я так понимаю, советский директор, не купец.

— Согласен с вами. Вы мусорные ящики уже чистили?

— Нет. А что искать?

— С намека понимаете, — с уважением сказал Коля. — Белые мужские полуботинки. Вот мой телефон. — Коля записал номер на обрывке бумаги и протянул дворнику. Тот тщательно свернул бумажку и спрятал ее.