Т. 08 Ракетный корабль «Галилей» - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 229

Дон задумался.

— Мне-кажется, Сэр Исаак, что все дело в этом самом «дорогом мальчике». Я вам не «дорогой мальчик». И никому другому. Моих родителей здесь нет, и я не уверен, что, будь они тут, я спросил бы у них совета. Теперь я уже взрослый человек. Конечно, я не так стар, как вы — для этого мне не хватает нескольких сотен лет. Даже по человеческим меркам я еще молод, и мистер Фиппс все еще видит во мне мальчишку. Вот в этом он ошибается. Я — не мальчик, и я хочу знать, что здесь происходит, и только потом принять собственное решение. Я уже вот как наслушался всех этих громких фраз, которыми пытались мной помыкать. Хватит, больше так не пойдет, мне нужно знать факты.

Прежде чем Сэр Исаак смог ответить, Изобел громко захлопала в ладоши. Дон спросил ее:

— Изобел, ты об этом что-нибудь знаешь?

— Я? Ничего. Для меня все эти дела — сплошной мрак. Я просто аплодирую твоей речи.

— Моя дочь, — быстро заговорил Костелло, — ничего об этом не знает. А я знаю, и, думаю, вы тоже имеете право знать.

— Еще бы!

— Вы позволите, Сэр Исаак?

Дракон величественно наклонил голову, и Костелло продолжил:

— Давайте, спрашивайте. Я постараюсь отвечать честно.

— Хорошо. Что это за послание в кольце?

— Видите ли, точно я сказать не могу — если бы мы это знали точно, кольцо нам вообще не понадобилось бы. Насколько я знаю, в послании содержится некая научная информация из области физики — о гравитации, инерции, спине и прочих такого рода вещах. Теория поля. Информация чрезвычайно сложная, и сообщение, конечно же, очень длинное — и я, пожалуй, не сумел бы там ничего понять, даже если бы его прочитал. Я же не какое-нибудь там светило теоретической физики — я простой инженер-связист, да и то уже многое подзабыл.

Дон был сбит с толку.

— Не понимаю. Кто-то запихивает в кольцо учебник физики, а мы играем в сыщиков и воров, гоняем по всей Системе. По-моему, это глупо. Да и невозможно.

Он вынул кольцо и принялся его рассматривать. На свет пластик был совершенно прозрачным. Обычный дешевый сувенир. Ну разве можно упрятать в таком объемистый труд по физике?

Сэр Исаак сказал:

— Дональд, дорогой мой маль… Ох, прошу прощения… Чешуя! Ты думаешь, если что-то выглядит слишком просто, то это настоящая простота. Можешь не сомневаться: послание там, внутри. Теоретически возможно создать матрицу, каждая молекула которой что-либо означает. Именно так устроены мозговые клетки. Умей мы работать так тонко, можно было бы уместить всю Британскую энциклопедию в объеме булавочной головки. Именно булавочной головки! Но тут все гораздо проще.

Дон еще раз осмотрел кольцо и опустил его в карман.

— Ну ладно. Но я так и не понял, к чему, собственно, из-за него столько шума.

Ответил ему мистер Костелло:

— Мы тоже не все понимаем. Послание должно было попасть на Марс. Там на месте специалисты готовы пустить его в дело. Лично я, пока не попал сюда, имел лишь самое общее представление о проекте. Основная идея состоит вот в чем: уравнения, содержащиеся в данной работе, поясняют, как устроено пространство и как с ним обращаться. Я не могу даже представить себе все возможные применения этого, но нам известны два возможных приложения. Во-первых, мы можем установить силовое поле, которое не пробьет даже водородная бомба. Во-вторых, мы можем создать корабль с такими двигателями, что ракета покажется по сравнению с ним пешеходом. Только не спрашивайте меня, как это сделать — такие вещи вне моей компетенции. Спросите у Сэра Исаака.

— Но только после того, как я изучу содержание работы, — сухо заметил дракон.

Дон ничего не ответил. Несколько секунд в комнате царила тишина, которую нарушил Костелло:

— Ну что? Может быть, вы хотите спросить о чем-нибудь еще? Я не совсем понимаю, что вам известно, и поэтому не знаю — что вам рассказывать.

— Мистер Костелло, вы знали об этом послании, когда я разговаривал с вами в Нью-Лондоне?

Костелло покачал головой.

— Я знал лишь о тех надеждах, которые наша организация возлагала на проводимые на Земле работы. Я знал, что они должны быть завершены на Марсе, — видите ли, я был связным, «почтовым ящиком», так сказать, и все сообщения с Венерой осуществлялись через меня, раз уж мой пост давал мне возможность осуществлять межпланетную связь. Я не знал о том, что курьер — вы, и, тем более, мне даже в голову прийти не могло, что вы доверили послание организации моей единственной дочери, — он кисло улыбнулся. — Должен признаться, я даже не сообразил, что ваши мать и отец состоят в нашей организации, иначе у нас не возникло бы никаких вопросов по поводу вашей телеграммы — могли вы заплатить или нет. Переписка организации отмечается особыми знаками, которые мне известны. Их в вашей телеграмме не оказалось. Ну, а фамилия Харви встречается очень часто.

— А знаете, — задумчиво сказал Дон, — пожалуй, если бы доктор Джефферсон объяснил мне, что именно я везу, а вы больше бы доверяли Изобел и хотя бы намекнули ей о том, что здесь происходит, мы много бы чего избежали.

— Может быть. Но люди порой погибают из-за того, что знают слишком много. С другой стороны, нельзя выдать того, чего не знаешь.

— Вы правы. Но мне кажется, что нужно бы устраивать дела так, чтобы людям не приходилось мотаться по планетам, набив карманы секретами и боясь проболтаться.

Костелло и дракон согласно склонили головы. Человек сказал:

— Это как раз то, чего мы хотим — в конечном итоге. Именно такого мира.

Дон обратился к хозяину дома:

— Сэр Исаак, когда мы с вами встретились на «Дороге Славы», вы знали о том, что доктор Джефферсон использует меня как посыльного?

— Нет, Дональд, хотя я должен был догадаться об этом, узнав, кто ты такой. — Дракон помолчал и добавил: — У тебя есть еще вопросы?

— Нет, я хотел бы просто немного подумать.

Слишком много событий за такое короткое время. Масса новой информации. Взять хотя бы то, что говорил про кольцо мистер Костелло — о том, к чему все это могло привести, если, конечно, инженер не ошибался. Космический двигатель, который позволил бы шутя обгонять корабли Федерации… способ защиты от атомных и даже термоядерных бомб… Располагай Республика такими возможностями, можно было бы запросто послать Федерацию куда подальше!

Но, с другой стороны, этот тип, Фиппс, говорил, что вся эта возня затеяна вовсе не для того, чтобы разгромить «зеленых». Организация собирается передать кольцо — что бы в нем ни было — на Марс. Зачем? На Марсе даже нет постоянных поселений людей — только научные станции и экспедиции вроде той, в которой участвуют родители Дона. Марс вообще не пригоден для человека — если на то пошло. Тогда почему Марс?

Кому верить? Изобел, конечно. Он доверился ей, и девушка не подвела. Ее отцу? Изобел и ее отец — разные люди, девушка даже понятия не имела, чем занимается мистер Костелло. Дон взглянул на Изобел; она смотрела на него большими серьезными глазами. Дон посмотрел на ее отца. Что делать? Как ему поступить?

Мэлат? Голос из бочки! Фиппс? Может быть, у него золотое сердце и он очень любит детей, но почему Дон ему должен верить? Да, все они действительно знали про доктора Джефферсона, знали о кольце, возможно, и про родителей его знали — но ведь Бэнкфилд тоже обо всем этом знал. Дону нужны доказательства, а не пустые слова. Теперь-то он уже знает достаточно и пережил тоже достаточно, чтобы понять, какую важную вещь он вез. Он не имеет права ошибиться.

Дон вдруг понял, что у него есть способ проверить все это. Фиппс говорил, будто бы Мэлат вез вторую половину послания, а первая содержалась в кольце. Если выяснится, что вторая половина подходит к той, что лежит у него в кармане, то это и будет лучшим доказательством того, что те, кто устроили эту встречу имеют право получить послание.

Но черт побери! В таком случае ему придется разбить яйцо, чтобы узнать, свежее оно или стухло. Он должен получить доказательства до того, как отдаст кольцо. Дон уже сталкивался со способом передачи сообщений, состоящих из двух частей. Обычный прием, к которому прибегали в армии. И прибегали к нему исключительно в тех случаях, когда было жизненно важно не допустить перехвата сообщения, когда лучше потерять его, чем отдать в руки врага.