Миры Королева (Вся серия с 1-13 книги) - Бессонов Алексей Игоревич - Страница 195

 Я стоял на верхней ступеньке лестницы и смотрел ей в глаза. Она

что-то быстро приказала, и люди поспешно опустили бластеры. И тогда я

начал спускаться вниз. Она стояла не шелохнувшись, словно не узнавая меня.

А я шагал по мокрой траве, холодный сырой ветер трепал мои кудри, закрывая

ими лицо и щекоча правую руку, обхватившую рукоять покоящегося на правом

погоне "нокка". В глазах этих людей я был, вероятно, какой-то нереальной

фигурой - мужчина в окровавленном и изодранном мундире офицера СБ, с

массивным излучателем на плече...

 - Ты мастер эффектных появлений, - прошептала она.

 - Нет, нет, не обнимай меня... ты же видишь, в каком я виде. Мне,

увы, некогда было переодеваться.

 - Боже, я не ждала тебя так рано...

 - Возможно, ты пригласишь меня в дом?

 - О, прости, я потеряла голову...

 Через три минуты я уже нежился в теплом бассейне, на площадке перед

которым стоял столик с роскошным холодным ужином и пара кресел. Придя

наконец в чувство, я вылез из воды и накинул теплый халат. Мой "нокк"

лежал рядом на отдельном коврике. Я взял его в руки и посмотрел на

индикатор. Точно, осталось пятьдесят выстрелов. Да-а, пострелял я сегодня

от души. Зверская, однако, машина. Куда там копам... даже с десантными

лазерами.

 Едва слышно прожужжала дверь. Я обернулся.

 В дверном проеме стояла Ольга и с улыбкой смотрела на меня. Я вдруг

почувствовал, как дергается жилка у меня на виске. Мои пальцы зачем-то

выдернули магазин... вернули его на место. Я опустил оружие и сделал

приглашающий жест: - Прошу вас, миледи.

 Она грациозно уселась в кресло и рассмеялась журчащим смехом

счастливой женщины.

 - Наливай же, мой воин.

 Я раскупорил бутылку шампанского, плеснул по бокалам.

 - За твой приезд, мастер Алекс. Ты, похоже, голоден?

 - Зверски. У меня был не лучший день и не лучшая ночь.

 - Охотно верю... твой мундир придется выбросить. Флаг-майор СБ! Я

думала, ты десантник, а ты, оказывается, рейнджер!

 - Я работаю в разведке, - улыбнулся я.

 - В разведке? И в какое ж дерьмо ты влез?

 - У нас будет немного времени... Это долгий рассказ. Я пришел

требовать долг, Ольга.

 - Господи! - задохнулась она. - Долг! Я до сих пор не могу поверить,

что ты сидишь в моем доме, а ты говоришь о долге!

 - Ты помнила обо мне? - тихо спросил я, откладывая вилку.

 Она опустила голову.

 - Ты очень странный человек, Алекс... Знаешь, когда-то я мечтала... я

мечтала о мужчине, рядом с которым я смогу быть самой собой,. Я жила этой

мечтой, а она проходила мимо меня. Ты не представляешь, как я жила, через

что мне пришлось пройти и что мне приходилось видеть. Какие роли я

играла... и могла ли я думать, что мечта воплотится... вот так?

 - Я знаю, Ольга, - я глотнул вина и заглянул ей в глаза.

 - Да... ты, наверное, все про меня знаешь.

 - Многое.

 - Но тем не менее ты пришел ко мне.

 - Меня никто не ждет, Ольга.

 - Я ждала тебя всю жизнь. Неужели тебе нечего мне сказать?

 Я встал, обогнул столик и подошел к ее креслу. Мягко коснулся

ладонями ее плеч, погладил ее, как ребенка, и, не выдержав, стал целовать

ее шею, уши, глаза... Она медленно поднялась, повернулась ко мне и сжала

меня так, что едва не хрустнули кости.

 - Ты все-таки пришел, - чуть хрипло прошептала Ольга.

 Я распахнул на ней халат, целуя ее грудь, чувствуя, как начинает она

непритворно дрожать, и дрожь эта вызывала во мне упоительный сладкий

ураган, которому я не в силах был противостоять.

 - Боже, - простонала она, запрокидывая голову.

 Я прижался щекой к ее животу, вдыхая ее запах - запах прекрасной

возбужденной самки, забывая обо всем на свете, чувствуя ее пальцы на своих

плечах, слушая ее колотящееся сердце... Ее руки потянули меня вверх и

вдруг мягко опрокинули на ковер.

 - Я не дотерплю до постели, - сообщила она и куснула меня за ухо. -

Ты думаешь, я?..

 ...Я спал несколько часов. Проснулся я вскоре после рассвета на

огромном ложе под тяжелым балдахином с золотыми кистями. Рядом спала

Ольга. Я долго глядел В ее счастливое улыбающееся лицо. Во сне она была

похожа на большого трогательно сопящего ребенка.

 Я смотрел на нее, и отчего-то у меня возникло странное ощущение - как

будто после долгого пути я наконец вернулся домой. Я подошел к окну и

раздвинул тяжелые шторы. На меня смотрел мертвый глаз распахнутого

орудийного клюза "Газели". Во тьме металлической норы хищно поблескивал

ствол оружия, направленного прямо в окно. Я поежился и поднял глаза. На

спине субрейдера равнодушно вращался венчик антенн ближнего обнаружения,

комендоры не спали, выискивая в сыром утреннем тумане возможного врага.

Они хранили мой покой, готовые в любую секунду разорвать свинцовую пелену

небес шквалом лазурных молний.

 Ночью я говорил с Метрополией. Узнав о смерти Фишера, Нетвицкий был

вне себя от ярости. Настроение у него и без того было не самое лучшее -

Элиас Лемберг застрелился почти у них в руках. Генерал гнул матом, как

пьяный шкипер. По его словам, Детеринга следовало ждать здесь с минуты на

минуту.

 А Ларс Фишер мертв... и труп его уже наверняка уничтожен. Что,

интересно, эти орлы придумали для объяснения налета? Наркотики, не

иначе... они это умеют. Они здесь хозяева жизни. Ах, какой я был идиот! Я?

А Фишер? Фишер, прекрасно знающий все входы и выходы в этом параноидальном

мире?.. Значит, не все. А ведь видел, что тут творится, видел... Я провел

рукой по лицу и отошел от окна, задернув штору. Детеринг где-то рядом... а

время идет. Теперь уж ясно, что кашу они заварили нешуточную. Такая

атака... безрассудная атака. Если люди наносят такой удар, прекрасно

понимая, что в ответ они получат просто ураган, значит, они во что-то

крепко верят. А мы?.. Я взял сигарету с туалетного столика под огромным

зеркалом в мраморной раме, клацнул изящной золотой зажигалкой и присел на

низкий мохнатый пуфик. Знали мы и видели... что мы знали? Что живем в

мире, под завязку полном дерьма? Знали... знали, что государственные

должности давно стали предметом торговли, знали, что правоохранительные

силы сплошь и рядом занимаются рэкетом, и жаловаться некуда... знали.

Толку того? Толку? Фаржи мертвы, Фишер мертв, я забился в норку,

спрятавшись под прикрытие ни много ни мало пушек боевого звездолета. И

где? В имперской колонии! Префектура, мать ее, Кассандана... А что,

интересно, мне было делать? Стартовать курсом на Метрополию?.. Что же

все-таки они придумали? Что? Если разобраться, не такие уж они и идиоты.

Не проколись эта бригада с покойником Лафроком, все было бы иначе. Но

прокололись. Поступили в полном соответствии с привычной логикой

безнаказанности. Приволокли труп в полицейский госпиталь! И если бы Фишер

не осторожничал, действуя законным порядком, а сразу же ухватил за задницу

хренова Миллера, остался бы жив. Теперь - я в этом уверен - Миллер уже

далеко, Лемберг беседует с предками... остался шкипер Олаф. Остался? Где

он, черт его дери, остался? Кто он вообще такой? Какую роль он играет в

этом кровавом спектакле?

 - Почему ты не спишь? - услышал я тихий голос Ольги за спиной.

 - Да так, - улыбнулся я, вставая, - думаю.

 Она выбралась из-под одеяла, подошла к зеркалу, села на оставленный

мной пуфик, взяла сигарету.

 "Странно, - подумал я, - до сих пор как-то не верится, что эта

шикарная женщина совсем недавно сходила с ума у меня в руках..."

 - Ты непохож на самого себя, - сказала она, глядя на меня через