Глобальная культура коммуникаций - Макаревич Эдуард Федорович - Страница 71

...

«На карте к приложению А [документ разведки]… указаны двадцать основных промышленных центров Советского Союза и трасса Транссибирской магистрали – главной советской линии коммуникаций. Карта также показывает базы, с которых сверхтяжелые бомбардировщики могут достичь семнадцати из двадцати указанных городов и Транссибирскую магистраль. Согласно нашей оценке, действуя с указанных баз и используя все 196 атомных бомб… Соединенные Штаты смогли бы нанести такой разрушительный удар по промышленным источникам военной силы СССР, что он в конечном счете может стать решающим».

И началось. В середине 1948 г. был составлен план «Чариотир» – по нему предполагалось сбросить 133 атомные бомбы на 70 советских городов. К 1 сентября 1948 г. появился документ «Флитвуд» – своего рода методическое руководство к составлению оперативных планов. А уже 21 декабря 1948 г. был готов разработанный по этой методике оперативный план бомбардировки СССР. В 1949 г. родился еще один план – «Дроп Шот», по которому в первые дни войны на СССР планировалось сбросить более 300 атомных бомб, не считая обычных, способных уничтожить до 85 процентов советской промышленности [239] .

Был период, когда американские военные даже взялись за подготовку атомного блицкрига. Но не получилось. И не только благодаря растущей военной мощи СССР, у которого к концу 1949 г. уже была своя атомная бомба, но и в силу «внутрисоветских» причин, главная из которых – отношения власти и народа. Далеко не весь советский народ мыслил как солженицынский Спиридон Данилович из романа «В круге первом»:

...

«Если бы мне, Глеба, сказали сейчас: вот летит такой самолет, на ем бомба атомная. Хочешь, тебя тут как собаку похоронит под лестницей, и семью твою перекроет, и еще мильен людей, но с вами – отца Усатого и все заведение их с корнем, чтоб не было больше, чтоб не страдал народ по лагерям, по колхозам, по лесхозам?.. Я, Глеба, поверишь? нет больше терпежу! терпежу – не осталось! я бы сказал… А ну! ну! кидай! рушь!!»

Два плана – Сталина и Маршалла

Когда в конце 40-х – начале 50-х годов XX в. в США наряду с накапливанием ядерных бомб «нарабатывались» планы политического и идеологического сдерживания Советского Союза, вплоть до нанесения по нему ударов, И. В. Сталин тоже готовил свой политический план, который разрабатывался параллельно с планами наращивания военной мощи. Политическое руководство СССР очень хотело, чтобы в Болгарии, Венгрии, Польше, Румынии, Чехословакии представители просоветски настроенных левых политических сил вошли в состав правительств, а то и возглавили их. И если в первые послевоенные годы большинство правительств стран Восточной Европы были коалиционными, то в 1947 г. Сталин поставил вопрос о преобразовании их по советскому образцу.

Его подтолкнул к этому американский план Маршалла – план восстановления послевоенной Европы. 5 июля 1947 г. госсекретарь США Дж. Маршалл выступил с идеей срочной экономической помощи европейским государствам, в том числе и СССР. И хотя она прикрывалась необходимостью ликвидации последствий Второй мировой войны, на самом деле этой помощью надеялись привязать европейские страны, и прежде всего восточноевропейские, к западной экономической, рыночной системе. Тем самым предполагалось сделать Советский Союз зависимым от Запада, ослабить его влияние на страны Восточной Европы. А деньги предлагались по тем временам немалые – на всю Европу 9 млрд долларов.

Советское руководство сначала согласилось с американским предложением, рассчитывая с помощью недавних военных союзников возродить разрушенную промышленность в западной части страны. Но советская разведка заставила кремлевских вождей по-иному взглянуть на американский план. Сотрудник британского Министерства иностранных дел Д. Маклин («наш человек в Лондоне») сообщил в Москву, что план Маршалла – ловушка, что все восстановление промышленности в странах Европы и в СССР будет взято под контроль американским капиталом.

И позиция СССР резко меняется. На парижской встрече министров иностранных дел европейских стран прозвучало заявление советского министра В. М. Молотова. Совершенно очевидно, говорил он, что европейские страны окажутся подконтрольными государствами и лишатся прежней экономической самостоятельности и национальной независимости в угоду некоторым сильным державам. Восточноевропейские страны задумались – и помощь нужна, и СССР против. Те, кто готов был принять план Маршалла, получили от Москвы ультимативное требование отказаться от этого желания. В числе первых этот ультиматум выслушал министр иностранных дел Чехословакии Я. Масарик.

Вот тогда-то Сталин и стал добиваться перестройки власти и общества в восточноевропейских странах по советскому образцу, чтобы максимально приблизить эти страны к СССР, сделать их верными союзниками. Отклонение американской помощи восточноевропейскими странами и осуществление плана Маршалла в западноевропейских странах окончательно раскололи Европу на два лагеря.

И еще одна сталинская инициатива способствовала этому: было решено воссоздать международный коммунистический орган – Коминформ. Москва провозгласила тезис: важнейшим долгом коммунистов во всех странах в новых условиях является оказание помощи и поддержки Советскому Союзу. Этому и должна была способствовать координационная деятельность Коминформа. «Поскольку во главе сопротивления новым попыткам империалистической экспансии стоит Советский Союз, – внушал новым союзникам секретарь ЦК ВКП(б) А. А. Жданов, – братские компартии должны исходить из того, что, укрепляя политическое положение в своих странах, они одновременно заинтересованы в укреплении мощи Советского Союза как главной опоры демократии и социализма» [240] .

Политическое обоснование ведения тайных операций против СССР

Наступательно-сопротивленческая позиция Советского Союза американским планам вызвала в США серьезное недовольство и стимулировала политическую и идеологическую активность. Там окончательно взяли курс на конфронтацию с СССР, да такую, в которой политика и идеология шли рука об руку с тайными операциями. Тогда-то и родилась в американском Совете национальной безопасности директива СНБ-58. Президент США Г. Трумэн 14 сентября 1949 г. утвердил ее как руководство к действию. Изложенные в ней политические цели и технологии не устарели до последних лет существования СССР и других соцстран. Вот некоторые фрагменты из этой директивы [241] :

...

«Наша конечная цедь, конечно, появление в Восточной Европе нетоталитарных правительств, стремящихся взаимодействовать и найти свое место в свободном мире. Однако серьезнейшие тактические соображения препятствуют выдвижению этой цели как непосредственной… Для нас практически осуществимый курс – содействовать еретическому процессу отделения сателлитов. Как бы они ни представлялись слабыми, уже существуют предпосылки для еретического раскола. Мы можем способствовать расширению этих трещин, не беря на себя за это никакой ответственности. А когда произойдет разрыв, мы прямо не будем впутаны в вызов советскому престижу, ссора будет происходить между Кремлем и коммунистической реформацией…

Мы должны вести наступление не только открытыми, но и тайными операциями… Курс на подстрекательство к расколу внутри коммунистического мира следует вести сдержанно, ибо этот курс всего-навсего тактическая необходимость, и нельзя никак упускать из виду, что он не должен заслонить нашу конечную цель – создание нетоталитарной системы в Восточной Европе. Задача состоит в том, чтобы облегчить рост еретического коммунизма, не нанеся в то же время серьезного ущерба нашим шансам заменить этот промежуточный тоталитаризм терпимыми режимами, входящими в западный мир. Мы должны всемерно увеличивать всю возможную помощь и поддержку прозападным лидерам и группам в этих странах».